Адептка Джейн в академии Хаоса

Глава 24. Дерево грёз

В мою руку упал цветок. У него был приятный, нежный аромат, напоминавший лаванду и розы. Когда бутон коснулся ладони, лепестки вдруг дрогнули, а затем медленно раскрылись.На внутренней стороне, поверх бархатных лепестков, проступили чёрные буквы, складываясь в отчётливые слова:

Железо ржавеет от влаги.

Черви ломают пластик.

Власть ломает тех, кто слаб.

Я выдохнула. Странное предсказание — и всё же я решила его запомнить, вдруг пригодится.

Я сжала цветок в руках и огляделась по сторонам. Кольцо военных неумолимо сжималось. Стражники уже начали отбирать цветы у тех гостей, что находились ближе ко входу. Маги отдавали предсказания неохотно. Некоторые пытались незаметно спрятать их в сумку или отойти от служителей короны подальше. Мне тоже не хотелось отдавать нежный, красивый цветок. Подсознательно, интуитивно это казалось чем-то неправильным и ненужным.

Предсказание было туманным, неясным и вряд ли могло бы обо мне что-то рассказать. Однако оно предназначалось лишь для меня — я это знала.

— Остановитесь! Вы нарушаете Заветы Хорса! Неужели Император не читал Святое Писание? — раздался низкий громогласный голос ректора.

Все присутствующие замерли. Взгляды устремились на Астера и на человека которого тот обвинял.

— Зато я вижу, что вы, Лефлер, слишком увлеклись изучением этой старой церковной рухляди. Спешу вам напомнить, что в Калионге есть только один закон — и это слово Императора.

Люди вокруг испуганно зашумели, переводя взгляд то на одного мужчину в белом мундире, то на другого.

— Слово Императора — это закон, — согласился Ректор, ритмично отмеряя шаги в центр зала. — Однако ничто не может быть выше Слова Божьего.

Голос Лефлера звучал громко и уверенно. Сейчас мне казалось, что он был как никогда близок к тому, чтобы снять маску Ректора и обнажить свою истинную силу и мощь.

Людское море вокруг забурлило, зашумело сильнее. Многие стали спорить, принимая сторону Ректора или Императора. Нашлись даже те, кто попытался ослушаться или сбежать от военных.

Я уйти не пыталась. Я неотрывно следила за опасным диалогом, что вели сильные мира сего.

— Значит, вы бросаете мне вызов, ректор Лефлер? Надеюсь, вы осознаёте, к каким последствиям приведёт это решение?

Голос Императора звучал презрительно и угрожающе, с металлическими нотками. Мне даже показалось, что в зале подуло холодом. Кто-то позади надсадно крикнул, послышался выстрел и звуки борьбы.

Отчётливо, - прозвучал такой же холодный ответ ректора.

А в следующий миг всё вокруг замерцало, заискрилось ярким солнечным светом. Это горели огнём цветы, предсказания и одежда военных.

Зал наполнился криком и возгласами боли. А минуту спустя на холодный мрамор рухнула и кукла Императора, объятая огнём.

— Лефлер, вы за это заплатите, — произнёс теперь уже неживой, но механический голос сломанной куклы. Затем раздалось шипение и каркающий смех. — Правда, Лефлер, неужели вы думаете, что меня убили, а? Вы же не думаете, что я не знаю про ваш маленький секрет? Всесильный во свете — бессилен во тьме. Мой дом — во тьме, Лефлер, а значит, вы меня никогда не найдёте. Зато мои слуги найдут и вас, и всех подобных вам. До встречи, Лефлер.

Голос Императора ещё какое-то время продолжал доноситься из отверстий динамика. Однако слова были тихими, прерывистыми, да и сигнал доходил с помехами, так что нельзя было что-либо разобрать.

В зале же вокруг царило буйство магии и красок. Поняв, что произошло, адепты и магистры перестали сдерживаться и начали вовсю использовать магию против военных. Те, в свою очередь, тоже быстро поняли, на чьей стороне сила, и бежали без оглядки, попутно пытаясь тушить полыхавшую одежду.

В этой битве победа однозначно осталась за магами. Однако смогут ли малочисленные одаренные, противостоять людям, вооруженным техникой в будущем? Этот вопрос пока оставался без ответа.