Адептка под прикрытием. Операция "Ректор"

Глава 6

Дверь в мою комнату закрылась за мной с тихим, но обнадёживающим щелчком.

И тут на меня налетело что-то тёплое, пахнущее травами и паникой.

Господи, нельзя же так пугать!

Это был чистейший рефлекс. Моё тело (тело Лиры, но уже натренированное моей мышечной памятью) напряглось, рука сама потянулась выполнить бросок через бедро, а свободная — блокировать возможную атаку. Я лишь в последние миллисекунды увидела каштановые кудри и широкие испуганные глаза.

Элис.

Я застыла в полуприседе, руки замерли в странном, готовом к бою положении. Она же, не заметив этой микроскопической битвы инстинктов, уже лепетала, задыхаясь:

— Ну как ты? Всё в порядке? Как всё прошло? Сильно влетело? Он тебя отчислил? А Дарквуд? Его наказали? Ой, Лира, я так переживала!

Мой мозг, и без того перегруженный анализом поведения ректора, попытался обработать этот каскад. Получился сбой. Что за щебетание? Вопросы заданы не конструктивно, без последовательности. Надо учить девчонку давать показания чётко.

Я выпрямилась, с трудом разжала пальцы и провела рукой по лицу.

— Всё нормально, — выдавила я, и мой голос прозвучал хрипло от напряжения. — Прочитал мне краткую лекцию о недопустимости применения физической силы в учебном заведении. А потом отпустил.

Я посмотрела на неё, ища хоть какого-то рационального подтверждения. — Но ведь я была права? Дать ему отпор, это было правильно?

Вопрос был искренним. Не со стороны Лиры, которую грызли сомнения, а со стороны меня, Веры Константиновны, привыкшей сверять свои поступки с внутренним кодексом, а не с мнением толпы. В этом мире её кодекс мог дать сбой.

Элис, однако, просияла. Её страх сменился восхищением, лёгким и беззаветным.

— Конечно, правильно! Это было… невероятно смело! Ты молодец! Давно ему, зазнайке, надо было дать в бубен! Все в коридоре только об этом и говорят!

Все говорят. Отлично. Значит, инцидент получил огласку. Моя реакция выбивается из шаблона «несчастная Лира». Это хорошо. Это меняет расстановку сил. Хотя и делает меня мишенью для более изощрённых атак.

— Спасибо, Элис, — сказала я, уже более мягко. — Я просто устала.

Она, наконец, уловила сигнал и отступила, давая мне пространство. — Да, да, конечно. Отдохни. Это был жуткий день.

Я кивнула и, наконец, дошла до кровати. Плюхнулась на жёсткий матрац, обхватила голову руками. Пальцы впились в россыпь белых, невероятно мягких волос. Нужно систематизировать. Протокол дня.

1. Объект Вейнер: Проявил неожиданную реакцию. При упрёке в его адрес — замешательство. Не ожидает активного сопротивления. Вывод: не всесилен, уязвим для психологических атак, имеет сложные чувства к Лире (вина? раздражение? остатки чего-то?).
2. Объект Дарквуд и компания: Тактика — стадная, трусливая. После прямого физического контакта переходят в пассивно-агрессивную позицию (ябедничество, косые взгляды). Опасны в массовке, поодиночке — ничто.
3. Союзник Элис: Лоялен, эмоционален, хороший источник информации «из низов». Требует осторожности в общении, но потенциально полезен.
4. Общая задача: Выяснить природу отношений Лира-Ториан в прошлом. Выяснить, кто координирует травлю, если не он лично. Выжить и… что? Восстановить справедливость? Отомстить? Пока — выжить и собрать данные.

Я вздохнула, отпустила голову и открыла глаза. Взгляд упал на стол.

И застыл.

На грубом деревянном столе, среди пергаментов и кристаллов, лежала… коробка. Непростая. Изящная, темно-синего бархата, с глянцевой чёрной лентой, завязанной в сложный, безупречный бант. Она выглядела так чужеродно в этой убогой обстановке, как орхидея в бетонном дворе.

Внутри всё насторожилось. Неожиданный предмет на месте происшествия. Требует осмотра.

— Элис, — голос мой прозвучал слишком ровно. — Что это?

Она, копошащаяся у своего сундука, обернулась и пожала плечами.

— Не знаю. Я пришла — оно уже здесь было. Дверь была закрыта, но… ну, ты знаешь, тут замки какие-то простенькие, или магия какая…

Или магия какая. Прекрасно. Значит, проникновение в жилище — дело пустяковое. Я медленно поднялась и подошла к столу. Рассматривала коробку, не прикасаясь. Ни пыли, ни отпечатков. Чисто. Профессионально.

— Тут у неё… у меня, — поправила я, — полно недоброжелателей. Это может быть чьим-то «розыгрышем». Не самым добрым.

Элис побледнела. — Ой, и правда… Может, там паук? Или… хуже?

— Один способ проверить, — отрезала я.

Аккуратно, кончиками пальцев, я развязала ленту. Она размоталась беззвучно. Я приподняла крышку, откинув её от себя — на всякий случай. Ни щелчка, ни взрыва, ни облака ядовитого розового порошка.

Внутри, на мягкой серебристой ткани, лежало… платье.

Я остолбенела. Взяла его за тонкие бретельки и подняла. Оно развернулось, заструилось, поймав скудный свет из окна.

Это было не просто платье. Это было произведение. Цвета ночного неба, переходящего из глубокого сапфирового в сиренево-серебристые переливы на складках. Ткань — лёгкая, струящаяся, но мерцающая, как звёздная пыль. Крой — одновременно скромный (закрытые плечи, неглубокий вырез) и чертовски изящный, подчёркивающий линию талии и бёдер, которые у Лиры, как я теперь заметила, были весьма ничего.