Адептка под прикрытием. Операция "Ректор"

Глава 11

Сердце колотилось где-то в районе горла, отдаваясь глухими, быстрыми ударами прямо в висках. Адреналин — старый знакомый, но в этом молодом теле он ощущался иначе: острее, ядовитее, заставляя пальцы слегка дрожать, а в ушах стоять лёгким звоном.

Мы, это братство по несчастью, рассыпались по периметру, как тараканы от внезапно включённого света. Каждый сам за себя. В суматохе я потеряла Элис из виду. Хорошо. Плохо. С одной стороны — некому паниковать и мешать. С другой — некому прикрыть спину.

Холодный рассудок, Константиновна. Оцени обстановку.

Правила просты: украсть из любой комнаты. Логика подсказывала: не лезть туда, где горит свет или слышны голоса. Не идти туда, куда побежали все — будет давка, шум, привлечёшь внимание. Нужно тихое, тёмное, желательно на отшибе.

Я рванула в противоположную сторону от основного потока, вдоль здания. Идеально. Выбрала самое дальнее окно, от которго не доносилось ни звука. Свет не горел.

Ловко (о, это молодое тело!) взобралась на подоконник. Окно было приоткрыто — проветривали. Неосторожно, господа магистры. Не следуете правилам безопасности. Я проскользнула внутрь, бесшумно приземлившись на мягкий ковёр.

Тишина. Темнота, нарушаемая лишь серебристым светом луны, льющимся из окна. Я замерла, прислушиваясь. Ничего. Отлично. Место преступления готово.

— Нужно что-нибудь стащить. Что-нибудь… неброское, но однозначно принадлежащее хозяину.

Я бегло, но методично осмотрела комнату в лунном свете. Это был не кабинет, а нечто среднее между гостиной и спальней. Книжные шкафы, тяжёлые портьеры, камин… и у кровати, на прикроватном столике, лежал он.

Амулет. Не брошка, не безделушка. Солидный кусок металла в виде свернувшегося дракона. Глаза его были инкрустированы зелёными, мерцающими даже в полутьме камнями. Он выглядел дорого, старинно и… лично. Не казённая вещь. Личная.

Идеально, — мысленно похвалила я себя, хотя внутри что-то ёкнуло от неприятного ощущения. Взяла его. Он оказался на удивление тёплым и тяжёлым в ладони. Какая красота… и какая обуза.

И в этот самый момент, когда я уже собиралась ретироваться тем же путём, за дверью щёлкнул замок. Чёткий, громкий звук в тишине.

Вот же чёрт!

Мысли пронеслись со скоростью света: Не успею к окну! Шкаф? Под кровать? Но тело уже действовало на рефлексах — я, как тень, метнулась обратно к окну, выбросила ногу наружу, выскользнула, не забыв прикрыть раму, и спрыгнула вниз, в кусты. Сердце бешено колотилось, в горле пересохло. Я, не разгибаясь, просочилась вдоль стены, а потом, выбравшись на открытое пространство, пустилась бежать сломя голову к своему, теперь уже такому родному, убогому крылу.

Прибежав в комнату собраний, я, запыхавшаяся, с амулетом, стиснутым в потной ладони, с удивлением обнаружила, что была далеко не первой. Уже добрая половина «перваков» сидела там, сжимая в руках свои трофеи: у кого-то перо, у кого-то печать, у одной девочки — вообще шелковый носовой платок. На лицах — смесь облегчения, страха и гордости.

Я бегло осмотрела комнату. Элис! Она уже тут, сидела, прижимая к груди маленький хрустальный флакон. Мы переглянулись. В её взгляде — торжество и испуг. В моём, я надеюсь, — показное спокойствие. Я подсела к ней, крепче держа амулет.

— Ты чего взяла? — прошептала она.

— Какую-то безделушку. А ты?

— Помаду… или что-то похожее. В красивой штучке.

Спустя время прибежали последние, самые медленные или самые нерешительные. Комната наполнилась сдавленными вздохами и шёпотом.

И тогда снова вышла вперёд наша «хозяйка» бала, черноволосая мегера. Она окинула нас оценивающим, хищным взглядом.

— Так, отлично! — заголосила она. — Похоже, все справились. Молодцы, не подвели! А теперь можете все возвращаться по своим комнатам и… спать.

В зале повисло недоумённое молчание. Все переглядывались. Это был какой-то слишком простой финал. Слишком… безопасный.

— И… это всё? — робко спросил кто-то с задних рядов.

На лице старшекурсницы расплылась ядовитая, довольная улыбка. Та самая, что бывает у следователя, когда он только что задал подсудимому каверзный вопрос.

— Ооо, милые мои, — протянула она сладким, ядовитым голосом. — А теперь — самое интересное. Веселье только начинается. То, что вы стащили… как правило, находится под личной защитой или вниманием этих самых ректоров и магистров. Завтра, послезавтра, через неделю… они начнут искать свои вещи. И теперь победит в нашей маленькой игре тот, кого не рассекретят. Чей «трофей» не будет обнаружен, и кто не будет публично уличён в том, что именно он стащил эту вещь из той самой комнаты.

Она наслаждалась моментом, наблюдая, как понимание, медленное и леденящее, сползает по нашим лицам.

— Удачи, первачки! Спите спокойно. Или нет.

Она развернулась и вышла, её свита, хихикая, поплелась за ней. Дверь закрылась.