Адептка с чертовщинкой, или Испытание для дракона

Глава 23

Остаток дня и начало следующего я провела, нервируя Ливию. Проще говоря, привязалась к ней и бродила из аудитории в аудиторию, слушая лекции у первокурсников. Ужасно скучное занятие, но так я хотя бы пыталась обмануть договор и сделать вид, что готовлюсь… к чему-нибудь.

Злость на Шейна не хотела исчезать. Вообще-то, я прекрасно его понимала. Учитывая наше интересное совместное прошлое, было бы странно, если бы он не подумал, что пропуск стащила я. Особенно после того, как любезно предложила на мне отыграться. Это вышло случайно. Именно такими фразами мы и признавали поражения в детстве, просили передышки. Конечно, Шейн решил, что я украла пластинку, а потом не смогла придумать, как лучше ею распорядиться, вот и сдалась.

Я опасалась, что теперь Шейн совсем перестанет мне доверять. Но все равно обижалась.

Меня подставили, а я толком не знала, кого за это «благодарить». Связываться с Аникой мне не хотелось. У нее была метка, а значит, и полная сила, которой я до сих пор не обзавелась. Для нее я не соперник.

У этих чешуйчатых гадов все было до безобразия просто. Полная сила шла в комплекте с истинной парой. Магическая любовь и величие в одном флаконе. А мне предстояло попотеть, чтобы получить крылья. Сильное потрясение, как же. С крыши Академии, что ли, спрыгнуть? Может, до встречи с землей успею достаточно «потрястись»?

Я фыркнула, а Ливия очередной раз шикнула на меня. Пара подходила к концу и успела мне наскучить. Особенно если учесть, что придется повторять в следующем году. Ладно, тогда у меня хотя бы будет законное место.

Я не удивилась, когда Ливия с подружками сбежала сразу, едва всем разрешили идти. Специально, чтобы не выходить вместе со мной. Она снова обижалась, ведь я не оценила ее страданий. Половину ночи Ливия рассказывала мне о своих несчастьях, в тысячный раз повторяя жалобу, что Нейт не пригласил ее на второе свидание. Сначала я пыталась поддержать ее, намекая, что живем мы, вообще-то, в одном здании, а потому ничего не мешает ему заявиться к ней без предисловий. Ливия мне не поверила, а ее страдания увеличились в пару раз. Голос так дрожал, что я всерьез начала переживать, не устроит ли она нам потоп из слез. У меня никогда не было подружек и, честно признать, я понятия не имела, что с ними делать, но если все девчонки окажутся такими, как она, то я, пожалуй, обойдусь без них. Даже у Шейна были свои достоинства по сравнению с… этим.

Я сама боялась однажды стать такой, как Ливия. Даже демоническая ипостась не могла помочь мне самоутвердиться. Если у мужчин это была боевая форма, превращавшая их в монстров, то у женщин… В общем, существовали объективные причины, почему демоницы никогда не участвовали в войнах, да и вообще не демонстрировали свою истинную ипостась другим видам, предпочитая передвигаться в человеческом обличии.

Лучшая характеристика, конечно же, принадлежала Шейну, который много лет назад впервые увидел меня на тренировке с отцом.

— Я бы тебя обнял и пожалел, — выдал он, — но боюсь случайно раздавить, грозная ты демоническая мышь.

Несколько лет я пыталась избавиться от этого глупого прозвища, а теперь оно вдруг снова всплыло. Этот гад ничего не забывал.

У дверей аудитории меня ждал посыльный с приказом явиться к ректору. Я сквозь зубы прокляла Шейна и побрела в указанном направлении. Это он мне что-то там про благородство заливал?

— Ни в чем не признаюсь, — угрюмо высказалась я с порога вместо приветствия. Впрочем, ректор Саверьен слишком хорошо знал меня и мою семью, чтобы ожидать чего-то другого.

— И я рад тебя видеть, Миранда, — отозвался он с беззлобной усмешкой. — Садись.

Он указал на кресло перед своим столом. Я с сомнением покосилась на него.

— Ты быстро пришла. Обычно приходится вызывать адептов несколько раз, а потом еще и искать, в какой угол они забились в ожидании расправы.

— Все равно ведь достанут, — пожала плечами я, но приободрилась и все-таки дошла до кресла.

— Хоть кто-то это понимает, — проворчал ректор Саверьен, поднимаясь из-за стола. — Посиди здесь. Принесу сам, чтобы не ждать.

— Кого? — удивилась я и поправилась: — То есть, что?

Он загадочно улыбнулся и быстро вышел из кабинета.

Не раздумывая, я вскочила на ноги и подбежала к шкафу, где на полке стояла знакомая зачарованная корзинка. Сняла ее и заглянула внутрь. Мои артефакты лежали на месте. Отец запретил мне их носить, но я не помнила, чтобы этот пункт был в договоре. Вряд ли отец стал бы вносить такую мелочь — достаточно просто сказать об этом ректору. И существовал только один способ проверить. Если не повезет, я это тут же узнаю. У меня зачесалось горло, будто кожа вспомнила удавку. Я зажмурилась и опустила руку в корзинку.

Ничего.

Решив не злоупотреблять свалившейся удачей, я выбрала только одну сережку. Ту, что меняла цвет волос. Сунула ее в карман.

Все! Больше никаких серых мышек! Мышки с этого дня ярко-рыжие!

Я едва успела поставить корзинку на место, как дверь кабинета открылась. Возвращаться в кресло было поздно, и я уставилась на книги. Ректор Саверьен подошел ко мне и протянул пластинку, очень похожую на ту, что нашел у меня Шейн.

— Твой временный пропуск на полигон.

Я удивленно уставилась на пластинку, потом — на ректора.

— Не думала, что мне полагается.

— Не полагается, но вчера один адепт с безупречной репутацией попросил сделать пропуск под его ответственность, чтобы ты могла тренироваться, когда полигон свободен. Я не против, если ты никого не ставишь под угрозу.

Я мысленно прокляла Шейна еще раз, только теперь с искренней благодарностью, и приготовилась извиняться. Надо же мне было все испортить как раз после того, как он заказал мне такой подарок.