Адептка с чертовщинкой, или Испытание для дракона

Глава 25

Из боевого крыла я позорно сбежала. Добралась до своей комнаты, гордо спряталась с головой под одеяло, но сомкнуть веки до утра не смогла. У меня тряслось все, что только могло трястись, и я была готова поспорить, что этот чешуйчатый гад меня как минимум чем-то заразил, а как максимум еще и проклял. Иначе произошедшее объяснить было невозможно.

К утру желание видеть мир не появилось, и я решила спрятаться получше. Там, где Шейн точно не станет меня искать. Путь вел в библиотеку. Впервые в жизни я отправилась туда по доброй воле. Решила выяснить все о допросном шаре и, если получится, доказать, что Шейн меня снова подставил. Я сказала про любовь к нему в шутку!

Впрочем, в библиотеке Академии мне сразу понравилось. Поводок не реагировал, значит, я спокойно могла провести здесь весь день, прохаживаясь между длинными рядами стеллажей. И да, не встречаться с Шейном!

Плана у меня не было. Когда я только вошла в помещение, попыталась обратиться с вопросом к тощей даме в очках, которая куда больше походила на мышь, чем я, но она сбежала куда-то вглубь своих владений, забавно бормоча что-то под нос.

«Ладно, — решила я, осматриваясь, — было бы странно, если бы она меня не узнала». Не все в Академии мечтали подружиться с демоном.

Я заправила волосы за уши, а заодно взглянула на кончик локона, чтобы в который раз убедиться, что он оставался рыжим. Настроение от этого улучшалось. Реакции драконов на изменение цвета волос я не опасалась — какая им, собственно, разница? Даже Шейн вчера ничего не сказал. Единственным, кто мог оказаться против, был ректор Саверьен, а с ним я готовилась спорить, но артефакт не отдавать.

Через три часа поисков я смертельно устала и жутко проголодалась, но ничего полезного так и не обнаружила. Точнее, как работает допросная магия, я все-таки выяснила. Особенно мне не понравился пункт, что созданный для ее использования шар мог и убить испытуемого, если тот лгал слишком откровенно. Врать шару вообще было бесполезно, потому что он реагировал не на сами слова, а выискивал подтверждение в памяти, чувствах, магии. Проще говоря, это была отвратительная штука, которую совершенно невозможно обмануть. А мне требовался способ доказать Шейну обратное.

Сдаваться не хотелось, поэтому я потратила на поиски еще час, а потом со стоном уселась на пол между рядами полок и уткнулась лицом в ладони. Сколько бы мы с Шейном ни творили друг другу пакостей, сколько ни мстили, сколько планов ни срывали, а это поражение оказалось самым болезненным. Потому что я абсолютно точно знала, что он не мог мне нравиться!

Шаром на боевом факультете пользовались как учебным инвентарем: телохранителям полагалось уметь противостоять любым пыткам. Я попыталась убедить себя, что он не настоящий, но даже в мыслях звучало жалко. Этих ребят не стали бы учить на игрушках.

Кое-как я поднялась на ноги, распихала книги по местам и побрела вдоль стеллажей. Решила просмотреть все по алфавиту с мыслью, что взгляд сам зацепится за что-нибудь нужное.

Раздел о демонах разнообразия не предлагал. Большая часть названий начиналась со слов «способы уничтожения» и другой подобной гадости. Я поморщилась, осматривая полки сверху вниз. Ни одной полезной для меня книги не нашлось.

А нет, одна все-таки была.

Я вытянула с полки запылившийся труд неизвестного автора — имя на обложке совсем стерлось — и повертела в руках. Открыла раздел об особях женского пола и начала читать со случайного места:

«Доказано, что демоницы имеют человеческую форму и способны только на частичную трансформацию, поэтому считаются ущербными представителями вида».

— Кретин! — обиделась я и захлопнула книгу. — Доказано!

Вот поступлю на первый курс и, так и быть, позволю кому-нибудь написать обо мне курсовую, чтобы восстановить справедливость. Обещала же я поработать учебным пособием. Нашли ущербную, тоже мне!

Следом я добралась до книг о драконах. К моему удивлению, их оказалось ненамного больше. Странно, если учесть, что драконы правили Единой Империей уже сотни лет. Спокойно жили здесь среди людей и вроде ничего не скрывали.

Вроде.

Распространяться о том, что нельзя заметить невооруженным взглядом, драконы тоже не любили. Например, о свойствах своих меток.

Я выбрала книгу поновее в надежде на свежие знания и принялась лениво перелистывать страницы, пока не добралась до нужной части. Пространные рассуждения автора сводились к тому, что метки истинной пары у драконов различаются по виду и цвету в зависимости от стихии и специализации избранника или избранницы. Обретение полной силы возможно только в случае взаимного принятия, которое должно произойти не позднее двадцатитрехлетия. Метка обеспечивала притяжение к своей половине, а работать над чувствами предстояло самим. Можно было встретить свою истинную пару, но глубокие чувства к ней не прилагались. Любовь к паре считалась высшим даром, за который стоило побороться. Существовал и ритуал отказа от истинной пары. Такой отказ не приводил к потере полной силы, как и потеря силы не лишала дракона притяжения истинной пары. До принятия пары метка оставалась черной и не светилась. Такой же она становилась и после ритуала отказа. У того дракона, который не инициировал ритуал, но прошел через него, она исчезала. Обычный человек не мог стать парой дракону. Полукровки могли, но только если драконьей крови в них не меньше половины. О парах с демонами известно не было, слишком мало данных. О потере полной силы — тоже.

Я со стоном захлопнула книгу. У меня раскалывалась голова от формулировок, через которые приходилось продираться. Минимум трижды я пожалела, что вообще начала читать. Поставила книгу на место, развернулась — и чуть не врезалась в Анику. Еще одна бесшумная гадина на мою голову!

— Хорошо выучила свои уроки? — поинтересовалась она с улыбкой, больше похожей на звериный оскал.