Адептка с чертовщинкой, или Испытание для дракона

Глава 35

Тренировка не задалась с самого начала. Меня раздражало все, включая собственные навязчивые мысли. Шейн казался рассеянным, что ему обычно не было свойственно. Он пропускал удары, и это нервировало больше всего. Потому что отбиваться от меня Шейн мог даже с закрытыми глазами и заткнутыми ушами, мои навыки по сравнению с его вызывали снисходительную улыбку. Но много мне и не требовалось — вступительный экзамен предназначался для новичков. Разница в том, что они хоть немного готовились, а я раньше не пользовалась огнем как основным оружием. Только сегодня Шейн не собирался давать мне даже это «немного».

Волнение от приближения дурацкого экзамена нарастало, а терпение заканчивалось. Я лишь хотела в который раз попросить Шейна не отвлекаться, но вырвалось совсем другое:

— Если у тебя нет на меня времени, то проваливай уже к Анике. Сама лучше позанимаюсь.

Шейн посмотрел на меня. Задумчиво так посмотрел, изучающе. Как на тупенького зверька, который хоть и вызывает любопытство, но все равно отправится прямиком хищнику в пасть.

Я поджала губы и скрестила руки на груди, скорее, стараясь защититься, чем изобразить грозный вид. Стоило признать — внимание Шейна я привлекла. И сразу об этом пожалела. К тому же практически призналась, что подслушивала, хотя и была уверена, что все они знали об этом. Просто не сочли достаточно важным скрывать свои разговоры от меня.

Шейн молча злился, и вокруг становилось холодно, несмотря на вполне летнюю погоду. Казалось, что воздух между нами застыл. А я теперь хорошо видела разницу между настоящей злостью и тем, что Шейн за нее выдавал во дворце. Там комнаты не замерзали. Я подумала, что лучше бы он наорал на меня. Сделал что-нибудь. Но не стоял и не молчал. Если он сейчас решит превратить меня в большой кусок льда, я даже сделать с этим ничего не смогу.

— Я на тебя мало времени трачу? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Не на меня, а на приказ ректора! — Я отступила на пару шагов, и сразу стало теплее.

Я видела, как сжались его кулаки. И хотя точно знала, что он меня не тронет, стало жутковато.

— Мышка-Мышка, — процедил он. — Ты единственная, кто способен вывести из себя любого. А ты хоть раз пыталась подумать о ком-то, кроме себя?

Сделав еще шаг назад, я остановилась. Вообще-то, я только и делала, что о нем думала… Тьфу! Когда его по моей вине ранили, я переживала…

По моей вине…

Я опустила голову и плотнее сжала губы. Что-то в его обвинениях было справедливым, только мне это не помогало. Ведь жизнь Шейна была куда проще моей. Ему хотя бы нравилось то, чем он занимался. Нравилось же?

— Прости, что я так переживаю, когда на кону стоит моя свобода, а ты с подружкой предпочитаешь тратить время на планирование развлечений, — огрызнулась я. — Что, недостаточно напитков еще запасли? Шатти, свободная неделя — это же так важно! Так страшно упустить!

И кто за язык тянул? Несет и несет…

Шейн покачал головой, а его руки расслабились. Нет, моими словами он точно не проникся. Скорее, отчаялся что-либо объяснять.

— Из-за тебя я уже упустил единственный шанс найти своих родителей, — ровным и каким-то механическим тоном проговорил он. — Как думаешь, сколько лет потребовалось, чтобы завести нужные связи в Тайном совете в обход твоего отца? Как думаешь, будет ли у меня возможность повторить это, когда присяга свяжет меня по рукам и ногам? Мне важна свободная неделя? Да, она важна. Я планировал использовать ее для чего-то большего, чем твои капризы, пока еще принадлежу себе. Речь о твоей свободе? Речь о моей жизни. Не находишь, что у меня тоже есть повод? Напомнить тебе, что я делал вместо этого? Сидел у твоей кровати в лечебном крыле. Чтобы не испортить твой поводок и не отнять твою свободу.

Слова звучали так безжалостно, что от них становилось физически больно.

— Чему конкретно я помешала? — прошептала я — подвел голос.

— Встрече с курьером.

— И ее нельзя назначить снова?

— Нет. Тайный совет был там раньше меня.

— Это была бы очень нелегальная встреча.

Шейн приподнял левую бровь, без слов выражая свое презрение к моим логическим выводам.

— Хочешь, я помогу? — вдруг предложила я.

Все внутри меня натянулось, а инстинкты кричали об опасности. Идея была настолько плоха, что я почти взмолилась, чтобы Шейн отказался. Но в то же время почувствовала, что очень хочу ему помочь. Мне нужно было исправить хоть что-то. Что-то из случившегося за последние несколько лет. Может быть, тогда он заметит, как нужен мне?

— Как же? — хмыкнул Шейн

— Отца сейчас не должно быть в столице. Весна закончилась, вовсю идут визиты вежливости ко Дню примирения. То есть… в последние годы он ездил вместо императора. С чего ему изменять привычкам? Все важное должно дожидаться в его кабинете.

— Любопытная история. Об этом я успел подумать и без тебя. Предлагаешь мне влезть во дворец после двухлетнего отсутствия и без Адриана?

— Нет. Я влезу. Никто не знает, куда я делась, и, откровенно говоря, всем наплевать. Но я не вызову подозрений, если просто вернусь домой. А открывать кабинет отца я давно научилась.

— Исключено.

— Почему? — вырвалось у меня.

— Потому что это глупость, — ответил Шейн. Равнодушно, но я прекрасно видела, как тяжело дались ему эти слова. Он мог обманывать кого угодно, но не меня. Я слишком хорошо его знала — приходилось изучать малейшие реакции, чтобы понять, достаточно ли сильно его задела моя очередная месть. Я вдруг подумала, что это удивительно: сколько времени мы в самом деле тратили друг на друга. Эта ненависть была чем-то большим, чем дружба.

А потому я прекрасно знала, что Шейн не согласится. Не согласится, но и не решится меня остановить. Даже такая избалованная бестолочь, как я, понимала, насколько ему это важно.

— Я схожу сегодня ночью, пока отец не вернулся. Залезу в кабинет, найду твою посылку и вышвырну с балкона. А потом уйду так же, как и зашла. — Я с трудом набрала в грудь воздуха и продолжила: — Но мне нужно, чтобы ты пошел со мной и остался неподалеку. Иначе мой поводок порвется, и я потеряю свободу. Поэтому если твои развлечения с Аникой…