Адреналиновый рай

Глава 6

Утро первого дня осени встретило прохладой и солнышком. Закинув в багажник комбез, шлем и сумку с джинсами, футболкой и кедами, я посмотрела на отражение в стекле. Почему-то захотелось сегодня быть чуточку женственной. Наверное, пора разделять обычную жизнь и автомобильную, все же девочка как-никак. Поэтому сегодня из бокового стекла собственной машины на меня смотрела девушка, облаченная в черное платье до колен с рукавами в три четверти, удлиненный бежевый кардиган и горчичного цвета лодочки. Даже волосы в косу собирать не стала. Главное теперь в машине, во всем этом не запутаться, а то смешно будет, если вывалюсь из нее перед будущими одногруппниками, вместо того что бы красиво выйти. Припарковалась я на улицу дальше универа, пройти всего пару домов, зато места для машины хоть отбавляй, а у моей новой альма-матер яблоку упасть негде. У главного входа меня уже ждали мои неразлучники. Как хорошо, что в нашем институте много факультетов. И наш экономический учится в одном корпусе с Максовым программерским. Пока ректор толкал речь на небольшой площадке перед главным входом, где толпились студиозы, мы, перешептываясь, знакомились с группой. Рыжий, сдав мне на руки Ольку ушел к своими, пообещав приехать на соревнования. Олюшка же должна была сразу отправиться со мной, дабы поддержать морально и если надо, физически, в смысле, вовремя дать валерьяночки. Как только Горячка нас покинул, подкатили парни из нашей группы, с одним из них, Стасом, мы вместе сдавали документы. Низенький и полненький, русоволосый, он полностью оправдывал свою фамилию ‒ Колобков, и даже не обижался, когда его называли Колобком, снисходительно улыбаясь в ответ. Только один раз я услышала от него, что мужчину полюбят любого, а вот женщинам приходиться проходить огонь, воду и медные трубы ради красоты и внимания. Так что комплексами по поводу небольшого лишнего веса он не страдал. С ним был Дима, смешной лопоухий парень, упорно пытавшийся спрятать торчащие уши в длинных волосах, к счастью тщательно вымытых и уложенных.

Они, узнав, что я сегодня участвую в соревнованиях, сказали, что обязательно приедут поболеть. Но если мы потом вечером обещаем пойти на студенческое посвящение.

Оставив Ольку с машиной на попечение Ворону, я пошла подать заявку на участие и получить стартовый номер. И получила, очень счастливый, тринадцатый, хитрые парни выбирали те цифры, что нравятся, а мне об этом не сказали, вот и досталось то, что никто не берет. Ну и ладно, фиг с ними с суевериями. Вернувшись обратно, я увидела Мишку, и взвизгнув, повисла у него на шее.

‒ А ты говорил: «не ревнуй, дорогая», ‒ раздался сбоку приятный женский голос с хрипотцой. Я растерянно стекла с друга.

‒ Здрасти, Катя. Я Вася, ‒ представилась светловолосой Мишкиной любви, с интересом ее рассматривая.

‒ Здравствуй, Василиса, наслышана о тебе, ‒ усмехнулась она мне в ответ, а мне как-то стало не по себе. ‒ Не расстраивайся, только хорошее, ‒ расхохоталась девушка братца.

Я еле заметно выдохнула. Но в голове настойчиво забилась мысль, что с такой соперницей мне точно не тягаться, и выглядеть мой «дымок» будет явно не убедительно.

‒ Что загрустила, Лиса? Неужели не готова к заезду? ‒ Брат потрепал меня по щеке. ‒ Не переживай, первый раз, он почти всегда жестокий. Я просто заглох на середине заезда. Надо мной не ржал только ленивый.

‒ А я не докрутила руль, воткнулась в ведущего, в итоге меня развернуло, снесло на обочину. Выбраться из собранной тачкой кучи резины самостоятельно уже не смогла, ‒ продолжила Катя.

‒ Про мой первый выезд ничего не скажу, ‒ нахмурился Саша.

‒ Почему? ‒ удивилась Олька.

‒ Да потому что он не выехал на старт, ‒ ответил за него Мишка, неприлично заржав. ‒ Он выпил для храбрости успокоительного, потом подумал, что мало, и повторил… Три раза. В итоге Ворон спал уже на тренировочных заездах.

Все посмотрели на Сашу, а он только с лукавой улыбкой развел руками, да пожал плечами, мол, а что поделать, с каждым может случиться.

‒ Оля, не смей давать мне валерьянку. Проспать первый выезд я точно не хочу. Уж лучше облажаться.

‒ Даже и не мечтай об этом, ‒ подмигнула Катя. ‒ Мы с тобой должны разнообразить турнирную таблицу этих закоренелых шовинистов.

Тут объявили тренировочные заезды, все пошли влезать в комбезы, проверять машины.

Заездов было два, но торопиться я не стала, Оля сидела рядом и снимала трассу на видео, я вслух считала метры и называла фигуры. Почему-то так мне было проще. Просмотреть, подумать, рассчитать, запомнить и потом уж довериться своим чувствам. Все как говорил Куросай, чувства и холодный расчет.

Пока я просматривала видео, Оле позвонил Макс и мальчишки, она взяла пару бейджей для друзей и провела их к небольшому «насесту», что Мишка с Вороном соорудили, так как какая бы организация хорошая не была, все равно там и тут образовывались задержки и простои, а в ногах правды нет. С Горячкой приехала его одногруппница, Света, худая, каждом ухе минимум четыре серьги, вся в черном и с синими прядями в темных волосах. Он сказал ей про меня и соревнования, а девушка оказалась поклонницей НФСки, как она сказала: «В детстве часами могла от этого симулятора не отрываться». Поэтому поехала с ним. Олька, конечно, ревниво приподняла бровки, но Светка сходу залепила ей, что на чужое не претендует, и уселась между Димкой со Стасом, предварительно их растолкав. Кажется, наша компания немного разрослась, подумалось мне, и я переключилась с друзей на соревнования.