Адская Кухня

Глава 1: Контракт на выживание

Раннее тосканское утро пахло эспрессо, нагретой солнцем черепицей и надвигающейся катастрофой.

Марко Челентано стоял посреди кухни ресторана «Trattoria della nonna» и с нескрываемым презрением разглядывал коробки, которые грузчики только что занесли в помещение. На коробках красовалась пижонская неоновая наклейка «Молекулярные текстуры и сифоны».

— Хемоза… — процедил Марко сквозь зубы, поправляя свой видавший виды поварской колпак. — Он собрался кормить тосканцев порошками? Внуков синьоры Бьянки? Да они его этими же сифонами и прибьют.

Марко был ходячим воплощением традиционной кулинарии. Плотный, широкоплечий, с вечно испачканными в муке руками и громовым голосом, он свято верил, что лучшая паста — это та, которую раскатали вручную, а лучший соус — тот, что томился на плите минимум четыре часа по рецепту его собственной прабабушки.

— Это называется прогресс, деревенщина, — раздался от двери холодный, высокомерный голос.

В кухню вошел Маттео Риччи. Высокий, подтянутый, в идеально отглаженном белоснежном кителе с индивидуальной вышивкой и в модных часах, которые вообще-то правилами безопасности на кухне запрещались. Маттео только что вернулся из Милана, где стажировался в ресторане со звездами Мишлен, и смотрел на весь мир как на недоваренное ризотто.

— Прогресс? — Марко скрестил руки на груди, из-за чего стал похож на разъяренного быка. — Твой прогресс — это пена из пармезана и десерты из азота. Люди приходят в трактир, чтобы есть, Маттео! Нормально есть! А не разглядывать каплю соуса на огромной тарелке через лупу.

— Люди приходят за искусством, Марко. Но откуда тебе знать? Твой потолок — залить всё килограммом оливкового масла и назвать это «домашней классикой», — Маттео язвительно улыбнулся и демонстративно провел пальцем по идеально начищенной медной кастрюле, висящей над плитой.

Воздух между двумя поварами буквально заискрился. Они ненавидели друг друга еще со времен кулинарного училища, и то, что они оба оказались претендентами на одно и то же место, было злой шуткой судьбы.

В этот момент тяжелая дубовая дверь кухни распахнулась, и вошла она. Синьора Бьянка Моретти.

Владелица ресторана выглядела как истинная сицилийская мафиози на пенсии: черное строгое платье, нитка безупречного жемчуга на шее и взгляд, способный заморозить кипящий бульон за долю секунды. Позади неё семенил испуганный администратор.

Повара тут же выпрямились.

— Тихо! — Бьянка даже не повысила голос, но мужчины мгновенно замолчали. Она прошла к разделочному столу, шлепнула на него толстую папку с документами и оперлась на свою трость с серебряным набалдашником. — Наш ресторан катится в бездну. Выручка упала на сорок процентов. Туристы хотят шоу, местные требуют традиций. Вы оба — лучшие придурки в этой провинции. И мне нужен один из вас. Но только самый сильный.

Марко и Маттео переглянулись. Каждый был уверен, что Бьянка выберет именно его.

— Я не собираюсь платить двум шефам, — продолжила Бьянка, сузив глаза. — Поэтому правила будут жесткими. Я объявляю пятидневную кулинарную битву. Каждый день — новое задание. Победитель получит официальный контракт шеф-повара и процент от прибыли.

— А проигравший? — осторожно спросил Маттео, поправляя манжету.

Бьянка хищно улыбнулась:
— А проигравший подпишет вот этот контракт. Он станет СУ-ШЕФОМ победителя. На целый год. Без права досрочного увольнения. Будет чистить лук, мыть полы, терпеть любые приказы своего нового начальника и получать копейки. Если кто-то из вас откажется сейчас — двери там. Но я позабочусь, чтобы в Тоскане вас больше не наняли даже чистить картошку в привокзальной чебуречной.

У Марко перехватило дыхание. Стать су-шефом у этого миланского выскочки? Да лучше сразу утопиться в бочке с вином!
Маттео на секунду побледнел. Подчиняться этому громкому деревенскому медведю Марко? Это убьет его карьеру навсегда.

— Я согласен, — одновременно выкрикнули оба повара, сверля друг друга яростными взглядами.

— Отлично, гладиаторы, — кивнула Бьянка. — Раунд первый. Задание на сегодня — классическая паста Карбонара. Самое простое и самое сложное блюдо. У вас есть два часа до открытия ресторана. Я буду оценивать вкус, подачу и скорость. Время пошло!

Бьянка развернулась и вышла, стуча тростью по кафельному полу.

На кухне воцарилась гробовая тишина, которая через секунду взорвалась хаосом. Марко рванул к холодильнику за фермерским гуанчиале (вялеными свиными щечками) и свежими яйцами. Маттео бросился к своим коробкам, вытаскивая какие-то колбы и весы.

— Посмотрим, как твоя химия справится с настоящим римским рецептом! — крикнул Марко, с грохотом ставя огромную кастрюлю с водой на огонь.

— Твой рецепт устарел еще до нашей эры, Марко! — отозвался Маттео, аккуратно отмеряя текстуры для своей будущей «деконструкции».

Они готовили как сумасшедшие. Марко виртуозно резал мясо, наполняя кухню умопомрачительным ароматом жареного жира и специй. Маттео в это время колдовал над желтками, превращая их в идеальные сферы с помощью альгината натрия.

Оставалось тридцать минут до подачи. Напряжение достигло пика.

Марко на секунду отвернулся к раковине, чтобы слить воду из пасты. В эту самую секунду из-под старинной дровяной печи показалась маленькая серая мордочка. Это был мышонок Донателло — местный нелегальный житель кухни, у которого была одна слабость. Он обожал сыр.

Донателло запрыгнул на край стола Марко, где в миске лежал мелко натертый, драгоценный выдержанный сыр Пекорино Романо. Мышонок ухватился лапками за край миски, но не удержал равновесие. Миска с грохотом перевернулась, и весь сыр полетел на пол, прямо в грязную воду!

— Святая мадонна! — взревел Марко, оборачиваясь. — Мой сыр!

Донателло испуганно пискнул и бросился наутек, но не в сторону печи, а прямо по столу Маттео. Мышь задела хвостом кабель электронных миланских весов, на которых Маттео высчитывал граммы для своей сырной пены. Весы задергались, сбились и выдали ошибку.