Адская работа

Глава 18. Отдел Забвения

Путь к Отделу Забвения не был прямым.

Он никогда не бывает. Это не место, а скорее… провал в реальности. Переход в то, что было вычеркнуто. Именно туда Люцифер предложил отправиться, когда стало ясно: ответы не даст ни архив, ни протокол.

— Мы идём туда, где нет прошлого. Но где каждое воспоминание хочет быть найденным, — сказал он.

— Очень обнадёживающе, — фыркнула Саша. — В следующий раз просто зови меня в кабинет к стоматологу-демону.

Он протянул ей руку.

— Там ты можешь увидеть… то, что тебе не покажут зеркала. Главное — не пытайся вспомнить всё сразу. И не верь голосам. Они не лгут, но и не говорят правду. Они — просто остатки.

Проход был за стеной в старом офисе. Там, где раньше стоял сломанный лифт, теперь была шахта без дна. Они шагнули внутрь — и упали. Без падения. Просто оказались.

Сначала — пустота. Потом — свет, похожий на свет фонарика, воткнутого в кучу забытых писем. Всё вокруг — пыль, туман и шорох.

— Где мы?

— В отделе, где всё, что забыто, всё ещё живёт. Смотри не вдохни слишком глубоко — можно случайно вспомнить чужую жизнь.

Они шли по коридорам, сделанным из бумаги, из шепота, из невысказанного. Мимо них проносились образы — лица, фразы, улицы, чувства. Саша чувствовала, как они её узнают.

Как будто она тут уже была.

— Почему всё так знакомо?

Люцифер посмотрел на неё с лёгким страхом. Только не в ней — в себе.

— Потому что часть тебя… здесь. Давным-давно. До смерти. До Ада.

Они подошли к огромной стене, исписанной символами. Печати. Первая, Вторая, Третья — уже разрушены. Четвёртая — треснута. Пятая — пульсирует.

А рядом — имя. Наполовину стёртое.

Ан...дра.

— Это я?

— Нет, — тихо сказал он. — Это до тебя.

Саша ощутила, как воздух дрогнул. Стена шептала. Она слышала слова — на всех языках, которых не знала:

> "Первая пришла не спасти. А вспомнить. Вспомнив — отвергла. Отвергнув — начала разлом."

— Что это значит?

— Я не знаю. Я никогда этого не читал. Это было запечатано ещё до моего прихода.

И тут перед ними возник силуэт. Прозрачный, будто дымный.

Николас.

Но не живой — воспоминание. Он стоял у той же стены. Говорил с кем-то. С женщиной. Лицо не видно. Но фигура — узнаваемая.

Саша шагнула ближе. И услышала:

— Мы не должны открывать всё. Её нельзя будить полностью. Если она вспомнит — Ад не выдержит.

— Тогда я откажусь от трона, — ответил Николас. — Но не от неё.

Свет погас.

Они вышли оттуда в молчании.

Саша чувствовала, как что-то внутри неё пытается прорваться наружу. Воспоминание, забытое, как собственная тень.

Люцифер остановился. Повернулся к ней.

— Я должен знать. Если… если ты не та, за кого мы все тебя принимаем. Если ты связана с этим изначально… ты бы мне сказала?

Саша посмотрела на него. Медленно. Глубоко.

— А если я не знаю?

Он коснулся её руки. Осторожно. Почти по-человечески.

— Тогда будем искать вместе.

И в эту секунду Саша позволила себе шаг. Небольшой. Почти невидимый.

Она прижалась к нему лбом. И он не отстранился.

А в воздухе снова зазвучал шёпот. Не угроза. Не приговор.

Просто факт:

> "Пятая печать готова."