Адская работа

Глава 41. Сопротивление в шёлковых перчатках

Совет вновь собрался в зале Вечного Баланса — круглом помещении с чередой мозаичных витражей, каждый из которых изображал один из первичных грехов, в мрачной манере, достойной лучших инквизиторских фантазий. На этот раз — без иллюзий безопасности. Место Раэля по-прежнему пустовало. Его кресло покрылось инеем, намекая: он либо мёртв, либо предан заморозке по старому протоколу Отказа от Откровения.

Саша вошла первой.

За ней — Люцифер, уверенный, чёрный, как плохой кофе с корицей. И между ними, крепко держа их за руки, Прообраз — ребёнок, которого нельзя было не замечать. Ни демоном, ни ангелом. Ни грешником, ни праведником. Он просто был. И это пугало больше всего.

— Что это за фарс? — взвизгнул Маммон, вставая. — Мы не на родительском собрании!

— Садись, глиста с золотым кашалотом, — устало отозвался Вельзевул. — И слушай.

Саша сделала шаг вперёд:

— Это — ключ. К альтернативе. Он не вирус. Он — шанс.

— Ага. Только нам шанса не надо. Мы здесь, знаете ли, не терапевты. У нас квоты, — прошипела Лилит, и её волосы на мгновение превратились в змей. — Этот «ребёнок» пахнет надеждой. А она всегда ведёт к революциям.

Люцифер вздохнул:

— Именно поэтому вы все так боитесь.

Саша взглянула на него. В этот момент он был спокоен, почти… земной. В его голосе не было пафоса. Только уставший, но искренний выбор.

— Вы хотели новый Ад? Вы боялись, что он начнёт разваливаться? Так вот. Он уже разваливается. Лео пробудился. Он подменяет сами законы причинно-следствия. У нас нет больше чистых грешников. Нет честных проклятий. Даже кофе стал сладким по умолчанию.

— ЧТО?! — завопили трое демонов одновременно.

— Так вот, — продолжила Саша. — Если мы не перезапишем систему с нуля, через Врата, то Лео сделает это за нас. Но уже без нас. Без вас.

Маммон встал.

— Я… согласен.

— Слишком быстро, — насторожился Астарот.

— Я видел, как мои золотые формулы рушатся. Доходы душ начали терять ценность. Пустые инвесторы в страдание, бессмысленные мучения. Рентабельность Ада — под угрозой. Так что, чёрт с вами. Я за.

Лилит встала резко.

— Я… против. Я не верю в ребёнка. И не верю в любовь, которая приходит из бухгалтерии.

— А я — верю, — прошептал Люцифер. И, не отрывая взгляда от Саши, наклонился, чтобы поцеловать её. Это было нечто большее, чем интимность. Это было заявление. Публичное. Опасное. И, возможно, роковое.

В тот же миг в зале вспыхнул чёрный свет.

Из воздуха появился силуэт в форме человека. В идеально выглаженном пиджаке. Синие глаза, как у мёртвой звезды.

— Лео… — прошептал Прообраз.

— Вы все — забавны, — сказал он. — Но игра закончилась.

И он метнул в Люцифера копьё света.

Саша успела закрыть его собой.

Копьё растворилось — не в ней, а в пространстве. Вокруг неё возник купол.

Из самого ребёнка.

— Не трогай моих родителей, — сказал Прообраз. И впервые — с силой.

Совет замер. Даже Лилит была бледнее пепла.

— Что… ты… такое? — выдохнул Лео.

— Я — результат того, чего вы боялись. Я — баланс. И выбор.