Адский меч ниндзя

Все фюрер

Гитлер про себя отметил, что самый опасный для Германии противник - это, конечно же, СССР. И очень глупо недооценивать богатую сырьем империю управляемую тоталитарными принципами. Британия с её гнилым плюрализмом и раньше от Гитлера сыпалась, а сейчас вообще разбегается. Так что же для кого скрывать силу? США что ли? Но Америка сейчас в шоке, и на гране выхода из войны! Кроме того даже если раскрыть применение нового оружия, противная сторона в условиях современной динамичной войны, скорее всего и не успеет его скопировать.

Но здравый смысл и германском генштабе, взял вверх: "Отдано только распоряжение о применении кумулятивных снарядов".

Но ведь если с Т-34 и КВ встретились впервые же дни, то, как без таких снарядов удавалось справляться? Более того, даже обычных бронебойных снарядов ощущался недостаток:

"...по большинству видов боеприпасов удалось накопить достаточные запасы, так как расход их оставался незначительным. Из-за нехватки сырья ощущался недостаток лишь в бронебойных снарядах".

Гитлер прервался, думать и рассуждать надоело, а ураганный ветер ослаб и связь, наконец, заработала, а значит можно и переговорить с нужными людьми. В данном случае с Борманом, отдав ему распоряжения и проект реформирования военных сил. Тут помимо упрощения структуры управления, ускорения оперативности принятия решений, что в прочем уже делалось раньше, предусматривалось подчинение ГКО и структуры формирования резервов, и экономики и всей жизни в Германии. То есть создание системы наподобие, что была, во время СССР, но с более высоким уровнем мобильности и властью командиров групп армий.

Борман выслушал фюрера, коротко сообщил:

- Сделаем величайший!

Гитлер приказал:

- На всех подконтрольных нам территориях должны существовать генеральные комиссариаты, полпреды фюрера с огромными полномочиями, чтобы иметь, возможно, давить в зародыше сопротивление и более эффективно использовать экономику захваченных стран. Причем у каждого генерального гаулейтера: первый заместитель должен быть из числа представителей деловых кругов, бизнесменов не ниже ранга миллионера. Это позволит нам более профессионально подходить к эксплуатации подконтрольных территорий и новых колоний. Египет уже наш, значит следующий этап, это полный контроль над Африкой и Азией. Кого бы рекомендовал бы на роль, генерального комиссара на востоке?

Борман почти сразу же ответил:

- Наверное, Розенберг, он занимался проблемами Азии. А вообще мое мнение с точки зрение, перспективы эксплуатации - куда лучше земли Украины и Кавказа. В России чудные черноземы, а Африка и Ближний Восток... Там есть любое сырье кроме избытка хлеба и мяса. Первая задача накормить немцев, может быть решена лишь за счет России, хотим мы этого или нет!

Гитлер жестко поправил:

- Большевистской, тоталитарной России, с фанатично преданным своему вождю народом. Это не царские времена Борман, это действительно не сословное, а квазинародное государство. Большинство населения, которого вполне искренне верит, что живет в самой счастливой стране на свете, а вокруг враги вождь Сталин гений.

Борман тут неожиданно буркнул(опровергая стереотип, что он лишь поддакивал Гитлеру):

- Да ну Адольф Алозиевич, неужели вы в это верите?

Гитлер повысил голос, его кулаки туго сжались:

- А у нас раз не так! Разве подавляющее большинство немцев не считаем меня гением? А нашу страну самой счастливой на свете, хоть и окруженной врагами! Так что понимать надо! Тоталитарные режимы наиболее прочные именно в силу своей тоталитарности. А если учесть, что у русских больше в два раза населения, чем у нас, даже если считать не только Германию, но и диаспоры с фолькдойче, и то, что СССР имеет полную таблицу Менделеева. - Капитан-фюрер сделал паузу, ветер успокаивался, самолет почти не трясло и, скоро они сядут. Борман молчал, и Гитлер глотнул сока ананаса с мандарином и шоколадной стружкой. Продолжил!

- Плюс все природные ресурсы для войны, тяжелую индустрию, тотальную пропаганду, и относительно молодое пока еще не успевшее окостенеть руководство, то это опаснейший противник.

Борман и тут возразил:

- У нас есть союзники, если их население суммировать, то это не меньше, чем весь СССР, плюс еще и иностранные дивизии, можно формировать... Да общий промышленный потенциал у нас выше!

Гитлер не согласился:

- Это, смотря как считать! Качество солдат у союзников куда ниже. Какие вояки итальянцы мы уже убедились и в Африке, и в Греции, и пожалуй даже в Испании. На счет Румын тоже большие сомнения. Венгры конечно получше, но их вооруженные силы недостаточно многочисленны, как, кстати, и у финнов. Что касается общего промышленного потенциала, то в СССР тяжелая промышленность в отличие от Европы переразвита в ущерб легкой. - Фюрер это решил подчеркнуть особо - Мало пищевой промышленности и производства потребительских товаров. Да и оборудование в советской России, почти все новейшее, отчасти даже и из Германии. В то время как в Европе качество станков, ну куда больший процент устаревших. Понятно, что поздняя индустриализация имеет и некоторые плюсы. В частности много используется новаций и куда меньший износ станков.

Борману и тут нашелся:

- У нас культура производства выше!

- Культуру на хлеб не намажешь! Зато у них куда меньше эгоизма у управляющих. А у нас, к сожалению полно эгоизма. Например, негодные самолеты Ме-210, и Хе-177 были запущены в производство, хотя их несостоятельность была уже видна на испытаниях. А что это как не корысть! - Гитлер жестко закончил. - Вообще я недолжен ни кому ничего объяснять! Фюрер приказал, и он решит, когда и где на кого нападать. Время работает на нас и через год могущество Третьего Рейха значительно вырастет. Уже сейчас мы можем значительно увеличить нефтедобычу в Ливии, а также в Нигерии. Ну, Ближний Восток от нас не уйдет, но нужно будет, решить проблему доставки!

После чего была уже вечером встреча с Петеном. Престарелый маршал выглядел достаточно бодро. Во время Первой мировой войны Петен прославился героической обороной Вердена, где немецкая армия понесла потери вполне сопоставимые со Сталинградскими почти миллион убитых и раненых солдат. Фактически тогда, Германия и оказалась в стратегически проигранном положении, и лишь революция в России позволила продлить агонию до 1918 года и даже чуть не взять Париж. Сам Петен в реальной истории был обвинен в предательстве, но по состоянию здоровья освобожден от уголовной ответственности. Реальная власть в экономике принадлежала господину де Вишу, который крутился рядом с президентом Петеном.