Агатовые Зеркала: Хрупкие Создания

Глава 2

Глава 2.

    Назойливое шуршание над головой, которое постепенно превращалось в неразборчивый шум, привело Слепого Пита в состояние легкого дискомфорта, появляющийся каждый проклятый раз, если просыпаешься раньше положенного времени. Он тяжело раскрыл веки, ловя себя на мысли, будто что-то изменилось в зрении. Покинув город призраков на рассвете дня, картина перед глазами знакомо помутнела, расплылась, извратилась под странным углом; а мальчика ведь предупреждали. В прошлом осталась всего одна ночь, один раз, когда он почувствовал себя, пусть ненадолго, полноценным человеком. «Удивительно, - подумал Питер, - такое впечатление, будто я родился в чужом мире». В мире призраков  парню все понравилось: он увидел подругу, с которой знаком с детства – она ему стала почти сестрой, - любовался миром, буквально собранным по крупицам привидениями, полагаясь исключительно на память и интуицию. Ведь наверняка кто-то создал вещь, о которой мечтал всю жизнь, но так и не получил желаемого будучи живым. Или вообще нечто не существовавшее в помине!

    После возвращения от Шейлы, потеряв при этом зрение, его остальные чувства как обычно обострились. Все равно, что родиться голубем без крыльев. Однажды, когда Питеру было девять, он увидел чайку со сломанным крылом. Она отчаянно пыталась присоединиться к сородичам, но взлететь получалось не дольше, чем на секунду, не выше чем на фут. Отец мальчика тогда сказал, что нет ничего хуже, чем быть «другим». Признаться, папа Питера был не горазд поддерживать, давать советы, но мальчик любил его просто за то, что он давал ему: любовь, заботу, дружбу, еду. Сейчас Пит, вспоминая ту бедную птицу, хотел понять, что было бы хуже: родиться слепым или ослепнуть однажды? Он как никто другой понимал какого это: мечтать бороздить просторы необъятного неба, а довольствоваться лишь подставляя голову ветру.

    Открывая глаза по утрам, мальчик обычно видел яркий свет, исходивший из окна. Порой он слышал голос. Солнце знало, когда будить юношу, а он знал, что проснется только, когда теплый луч нежно ляжет на лицо и даст понять, мол, пора просыпаться.

Как я уже сказал, Питер почувствовал неладное. Перед глазами неясно двигались бормочущие тени, иногда они меняли положение и в глаза мальчику били лучи солнца.

    - Мальчик не дышит, - уверенно подытожил ворчливый голос с прискорбием.

    - Каллеген прав, смотрите, бледный, как складка на моем локте. – Подтвердил кто-то не менее противным тоном.

    - Ты в отражении себя видел? Тощий, точно картина у могилы моей бабушки, - приглушенно спросонья просипела женщина, - дышит еще как! – голос принадлежал тете по имени Марж. Она почти каждый день проводила с детьми в приюте, и всегда была дружелюбной, за исключением моментов, когда в силу вступали воспитательно-поучительные выражения, зачастую сопровождающиеся криками и бранью.

    Хмурые лица без зазрения совести разглядывали мальчика, пытаясь на глаз определить – чтобы лишний раз не дотрагиваться к трупу – мертв ли тот.

    - Да быть того не может, - уверенно отрицал Каллеген, - своими глазами видал: дух за ним явился.

    - Ой, смотрите, смотрите! Глаза-то открыл! – в истерике забилась молодая девушка. То ли от счастья, то ли от шока. Скорее всего, второе. Люди еще сутки назад поставили на мальчике смертоносное клеймо.

    - Судорога, - нашел объяснение человек с бледным локтем. Он поспешил закрыть глаза, как это делают на мертвецах, но Питер уже устал выслушивать разноплановые волнения по его душонку. Мальчик выпустил руку вперед, намереваясь перехватить чужую, но схватил лишь неподдающийся ком воздуха. Толпа испугано вздрогнула.

    - Вы гляньте, судорога-то и руку тоже свела, - не унимался дед, и плотно перехватил тоненькую ручонку.

    - Оставьте меня в покое, стервятники. – Наконец выпалил юноша. – Живой я.

Кто-то в толпе разочарованно вздохнул. Щупловатый Мистер Трин разочаровано махнул запачканной в земле рукой и хлопнул за собой входной дверью.

    Из толпы выглянуло перекошенное лицо Стена, а следом и его дружков. У всех троих под темными веками вальяжно расположились мешки, полученные в результате бессонной ночи. В такие мешки только мелочь прятать. Стен рассеяно тряхнул головой в надежде согнать усталость, но тут же потерял равновесие и чуть не упал.

    - А какого черта ты еще живой? – раскатисто пробасил юноша, за что получил свирепый взгляд старших. Однако взрослых волновал этот вопрос не меньше, пусть они и боялись выступить с ним напрямую. Жители давно убедили себя и своих детей, которые их заменили, что призраки приходят вместе со смертью к ним в дома. И хотя со дня, когда привидение забрало последнюю душу прошло семь лет, жители деревни убедили всех, а в первую очередь себя, что получить цветок лотоса равносильно страшной смерти.

    - Прости, Стен, что разочаровал, – приподнимаясь на локтях, ответил Питер, произнося слова так эмоционально, чтобы тот не усомнился, не свело ли судорогой еще и язык. - Надеюсь твоим надеждам не суждено когда-либо сбыться – никаким.

    - Что? – в недоумении спросил парень.

    - Советую в следующий раз спать ночью, а то твой мозг нагрузок не выдерживает.

    Стен скривил ухмылку, представив, что эти слова сказал он, а потом…

    - Он сказал что-то обидное? Ведь если да, я его прям здесь прикончу.

    - Стен, замолчи. – Устало проговорила Марж. – Питер, нам, правда, всем интересно, почему ты жив. Привидение приходило ведь, но ты остался цел. Что-то пошло не так?