Агенство "Тени & Ко"

Глава 12

Тени Сфинкса и Шепчущий Переплет

Тикающая мелодия радио Сергея Митрофановича, сегодня особенно похожая на падение монет в бездонный колодезь, была единственным звуком в предрассветной тишине кабинета. Анна сидела за столом, разбирая гору странных квитанций, которые материализовались на ее столе вместе с первыми лучами солнца. Не банковские выписки, не счета за коммуналку – а… расписки в получении услуг. На древней, пожелтевшей бумаге, выведенные витиеватым почерком чернилами, которые пахли пылью и временем.

«Получено от Господина А.И.В. сию сумму в размере трех золотых империалов за услуги по сокрытию Вещи от любопытных глаз. Услуга оказана в полном объеме. Свидетели: Тени стен и молчание совести. Казначей Сфинкса.»
«Принято в залог у Дамы в Сером: Один час беззвучного смеха. Обеспечение: Фрагмент сновидения о полете. Срок выкупа: До первого крика новорожденной звезды. Хранитель Переплета.»
«Уплачено Госпоже Тишине: Два глотка чистого страха и отражение луны в слезе. За услугу: Хранение Имени в течение лунного месяца. Подпись неразборчива, похожа на сплетение корней.»

– Клим! – Анна не повысила голос, но в нем прозвучала сталь. Она отодвинула от себя странные бумаги. – Объясни. Сейчас.

Из-под стола, где новоиспеченный стажер, видимо, пытался «наладить энергетический обмен» между ножкой стула и пылесосом Горничной (пылесос тихо бубнил что-то недовольное), вынырнула вихрастая голова. Глаза Клима сияли неподдельным интересом.

– О! Документы из Архива Сфинкса! Бабушка упоминала! Это же легенда! – Он выкарабкался, отряхнул клетчатые шорты от невидимой пыли и подошел к столу, почти не касаясь пола сапогами. – Где взяли? Они обычно сами находят тех, кому нужны… или кого нашли.

– Они просто появились. Вот. На столе. Вместе с утренним кофе, который, кстати, тоже материализовался в идеально прогретой чашке. – Анна ткнула пальцем в старинную фарфоровую чашку с причудливым золотым узором, которой раньше в агентстве не было. Аромат кофе был неземно насыщенным.

Клим осторожно потрогал одну из расписок. Его пальцы слегка затрепетали.
– Ощущение… как будто трогаешь спящую змею под слоем пергамента. Холодно и… многозначительно. Архив Сфинкса – это не место, Анна. Это… состояние. Договоренность. Система хранения и обмена нематериальных ценностей. Запутанная, древняя и чертовски опасная. Бабушка говорила, что туда лучше не соваться без приглашения. А приглашение обычно выглядит как… ну, как вот это. – Он махнул рукой на квитанции. – Кто-то очень настойчивый хочет, чтобы агентство вмешалось.

– Вмешалось во что? – Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок, не связанный с утренней прохладой. Эти бумаги дышали бедой.

– Судя по обрывкам… – Клим склонился над расписками, его нос почти касался пожелтевшей бумаги. – Кто-то что-то спрятал. Что-то очень ценное и, вероятно, очень нехорошее. Использовал услуги «Сфинкса». А теперь… что-то пошло не так. Хранители требуют оплаты, которая не была предусмотрена, или залог не выкуплен вовремя… или спрятанная Вещь… проснулась. И начала шептать. – Он вдруг резко выпрямился, прислушиваясь не к реальным звукам, а к чему-то внутри. – Оно… оно здесь. Шепот. Сухой, как перетираемые страницы. Злой.

Тиканье радио вдруг сменилось резким, пронзительным скрипом – звук, похожий на то, как огромная дверь открывается в сыром подземелье. Затем – шепот. Настоящий, слышимый даже Анне. Неразборчивый, полный шипящих и свистящих звуков, струящийся из динамиков, словно дым. В нем чувствовалась древняя, затаившаяся злоба и… голод.

– Вот и оно, – прошептал Клим, его глаза стали огромными. – Шепчущий Переплет. Дух Архива… или его охранник. И он недоволен. Очень.

В этот момент дверь в архивную комнату, обычно плотно закрытая, сама приоткрылась ровно на сантиметр. Из щели потянуло запахом старой кожи, плесени и чего-то горького, вроде полыни. Дух Писаря не появлялся, но его молчаливое присутствие стало ощутимо тяжелым, как свинцовая пелена.

– Архивариус знает, – констатировала Анна, вставая. Ее усталость как рукой сняло. Пришло время работы. – Он открыл дверь. Значит, дело касается и его владений. Что нам нужно, Клим? И где искать этого… Сфинкса? Или того, кто спрятал Вещь?

Клим уже рылся в своем рюкзаке, вытаскивая клубок разноцветных ниток, маленький медный компас со стрелкой, бешено вращающейся по кругу, и… засушенную летучую мышь.

– Нам нужен источник шепота! И точка входа в Архив! Бабушка говорила, что Архив Сфинкса существует на стыке миров, в местах, где реальность истончена временем, болью или… большими деньгами. – Он вдруг хлопнул себя по лбу. – Деньги! Счетовод! Он же оперирует потоками! Древними и современными! Он должен чувствовать разрывы в финансовой ткани реальности! Анна, попробуйте спросить у терминала! Где аномалия?

Анна подошла к старому монитору, который теперь служил интерфейсом Счетовода. На экране обычно мерцали цифры балансов, котировки криптовалют или лаконичные сообщения духа-экономиста. Сейчас экран был заполнен бешено мелькающими символами – не цифрами, а странными, угловатыми значками, напоминающими клинопись, смешанную с бинарным кодом. Рядом с монитором лежавший на полке медный циркуль Ван дер Клоота начал медленно вращаться по столу, описывая все более широкие круги, а бронзовая табличка «Берегите лифт» стала ледяной на ощупь.

– Счетовод фиксирует… возмущение, – пробормотала Анна, пытаясь уловить смысл в мельтешении символов. – Огромный, древний финансовый разрыв. Что-то вроде… черной дыры долгов или невыполненных обязательств. Координаты… – Она прищурилась, выделяя знакомые цифры из хаоса. – Улица Чайковского… Особняк Вяземских? Но он же…

– Снесен! – воскликнул Клим. – Полвека назад! Там теперь… – Он задумался на секунду, потом лицо его озарилось. – Там теперь бизнес-центр «Невский Кристалл»! Один из самых дорогих в городе! И стоит он как раз на месте старой усадьбы! Бабушка рассказывала легенды про старика Вяземского, коллекционера и мистификатора, который якобы продал душу за редкую рукопись. И пропал. Вместе с коллекцией.