Агентство Святогор "Демон спит в песках"

Олечка в деле.

Наина дала нам очень ценную информацию. Теперь надо было поговорить с владельцами выставки. Идя к Серому на доклад, мы ломали голову как их убедить помочь нам. Вдруг Казанова хлопнула себя по лбу.

- Олечка!

Конечно, как мы могли о ней забыть. Осталось лишь убедить Олечку применить свой дар.

Мы с Казановой снова загрустили. Это было нереально. В том, что касалось дара, Олечка была непоколебима. И тут я решил применить нечестный прием – родители Баси! Для счастья девочки Олечка пойдет на что угодно. В этом я не сомневался.

Серый полностью одобрил наш план и даже пообещал кое-кому позвонить. Из его полунамеков мы поняли, что директор гостиницы – бывший клиент одного из наших. А это значило, что встречу нам организуют на высшем уровне. Олечку даже уговаривать не пришлось. Мы с ведьмой заговорщицки переглянулись. Имя Баси произвело просто магический эффект. Она лишь спросила когда? По ее настрою я чувствовал, что за ребенка она способна убить, и совесть ее мучить не будет. И это наша добрая и заботливая Олечка. Не хотел бы я оказаться на месте этих англичан.

Всех своих способностей Олечка не знала, да и, если честно, знать не хотела. У нее выработалось стойкое отвращение к своему дару, она его считала проклятием после того, как ее муж стал ее рабом. Серый и я Олечку понимали, а Казанова тихо психовала. Она утверждала, что Олечка способна на большее, и ей надо развивать свой дар, но Олечка с завидной твердостью отвергала все попытки ведьмы начать ее обучение.

На другой день я, в сопровождении двух сногсшибательных спутниц, подходил к отелю «Роял», который находился в соседнем здании от Исторического музея. По правую руку от меня – миниатюрная и воздушная зеленоглазая брюнетка, одетая в черное платье в стили Коко Шанель, браслет из крупного жемчуга в три нити на правой руке и в тон браслету легкие туфельки на шпильке. По левую руку – высокая, почти с меня ростом блондинка с голубыми глазами и родинкой над губой, как у Мерлин Монро, одетая в белый брючный костюм и голубую кружевную блузку. Только не было в нашей Олечке той трогательной беззащитности звезды Голливуда, которая так привлекала мужчин, а даже совсем наоборот. Она шла твердой и уверенной походкой, не смотря по сторонам.

Все встречные мужчины без исключения провожали меня взглядами, в которых читалась черная зависть либо желание тут же прикончить меня и занять мое место. Казанова наслаждалась произведенным эффектом. Олечке вся эта мишура была безразлична.

Швейцар подобрал отвисшую челюсть только и после того, как Олечка недовольно нахмурилась, поспешил открыть дверь. Мы вступили в холл отеля. Обстановка была шикарная. Стены украшала дорогая лепнина, картины, фрески. Пол был выложен мозаикой в греческом стиле, настоящая антикварная мебель дополняла ощущение роскоши и богатства.

На ресепшене предупредительный парень, вежливо улыбаясь, сообщил, что нас уже ждут и все порывался проводить нас до номера. Но я с собственническим видом решительно отверг все его поползновения. Парень с кислой улыбкой вернулся на свое рабочее место, бросив напоследок восхищенный взгляд на Олечку, которая, естественно, оставила без внимания все его сигналы.

Пока мы ехали в лифте, договорились об условном сигнале между мной и Олечкой. Нам не хотелось сразу лишать их свободы выбора. Возможно, они хорошие люди, оказавшиеся в трудном положении, и сами нуждаются в помощи.

Мы остановились перед дверями президентского люкса, Казанова решительно постучала.