Аглая Полынникова: магия сыска

Глава 17

*****

— Её надо будить! Что-то не так! — визжала Виола, метаясь вокруг неподвижного тела Аглаи. Её голос дрожал от страха и отчаяния.

— А толку? Она ничего не сможет сделать! — прорычал Снежок, сгорбившись над подругой.

— В смысле? — призрак застыла, широко раскрыв глаза. — Она же ведьма!

— В коромысле! — Снежок с досадой ударил себя по лбу. — Она мне ничего не рассказывала, но за годы жизни с ней я понял: она не может направить свои силы на себя саму...

Он осторожно присел рядом с Аглаей, трепетно касаясь её щеки, проверяя пульс. Его руки дрожали.

— Прокляли? — прошептала Виола, наклоняясь ближе.

— Не знаю! Я же говорю — не знаю! — Снежок схватился за голову, зачатки рожек нервно подрагивали.

— Ну ты же чёрт! Ну сделай что-нибудь! — голос призрака срывался на крик.

— Что?! Что я могу сделать?! — чертёнок в отчаянии ударил кулаком по полу, но мягкий ковёр поглотил звук.

Виола исчезла, оставив его наедине с безмолвной Аглаей.

Снежок опустился на пол рядом с ней. Его плечи дрожали. Он шептал что-то бессвязное, касаясь её холодных рук.

— Пожалуйста, живи... — его голос прерывался от слёз. — Без тебя я не смогу... Ты же знаешь всё, понимаешь всё... Как я буду без тебя?

По его щекам текли слёзы, оставляя влажные дорожки на грязных щёчках. Он прижался к ней всем телом, обнимая хрупкое тело.

— Не уходи... — всхлипывал он, уткнувшись носом в её волосы. — Пожалуйста... Я не могу потерять тебя...

Его рыдания становились всё громче, перерастая в отчаянный плач. Он обнимал её так крепко, будто мог удержать жизнь в её теле силой своих объятий.

— Не бросай меня... — шептал он снова и снова, пока его плечи содрогались от горя. Виола материализовалась внезапно, но Снежок, прижавшийся к Аглае, даже не вздрогнул. Его рыжие уши бессильно опустились, слёзы капали на воротник её пальто.

— Эй, земля-воздух! — призрак хлопнула в ладоши прямо перед его носом. — Кто-то выкачивает из неё силу! Надо найти и оборвать канал!

Снежок поднял на неё воспалённые глаза:

— Круто! А как я, простите, это сделаю? Топором махну?

— Включи мозги! — Виола яростно ткнула прозрачным пальцем в его лоб. — Интернет есть? Ищи ритуал!

— Ты вообще в курсе, что бывает, если верить всему из сети? — чертёнок вскочил, размахивая телефоном. — Сергей и Лера тому пример!

Но руки его уже лихорадочно листали статьи. Паника грызла изнутри: «А если не успею? А если сделаю хуже?»

И вдруг — озарение.

— Свеча! Зеркало! Вода! — выкрикнул он, срываясь с места.

Как ни странно, всё нашлось быстро: восковая свеча с запахом лаванды (Аглая всегда брала её для медитаций), карманное зеркальце в перламутровой оправе, бутылка с минералкой.

— Ладно... — Снежок дрожащими руками расставил предметы на полу. — Только бы сработало...

Свеча дрожала в руке Снежка, отбрасывая прыгающие тени на стены. Он лил воду на зеркало капля за каплей, пока поверхность не затянулась мерцающей плёнкой.

— Ну покажись... — прошептал чертёнок, вглядываясь в глубь стекла.

И увидел.

Сквозь дрожащее отражение комнаты тянулась чёрная верёвка — живая, пульсирующая, как вена. Она впивалась в грудь Аглаи, высасывая из неё сияющие капли жизненной силы.

— Вот ты где, г.а.д.и.н.а... — Снежок поднёс пламя к зеркалу. В отражении огонь коснулся бечевы.

Но та не горела!

Она лишь дымилась, извиваясь змеёй. Снежок вцепился в свечу так, что воск потек по пальцам.

— Гори... Гори же, чёрт возьми! — он водил пламенем вдоль нити, пока дым не заполнил зеркало.

Пот заливал глаза. Ноги одеревенели от позы «на корточках». Руки тряслись так, что огонь едва не гас. Но привязка лишь чернела сильнее, будто смеялась над его усилиями.

— Не... не получится... — хрипел Снежок, но вдруг.

Щелчок!

Крошечная трещинка и нить поползла. Ещё одна. Снежок, затаив дыхание, сосредоточил пламя на слабом месте.

— Лопни... Лопни! — взвыл он, когда веревка начала рваться с противным шипением, будто жгли плоть.

Когда последнее волокно привязки исчезло в дыму, Снежок, не раздумывая, швырнул зеркало об пол.

— Аглая! — обернулся он...

Её ресницы дрогнули. Пальцы слабо шевельнулись. А когда глаза наконец открылись, в них отразилось пламя догорающей свечи — живое, тёплое, настоящее.

*****

Первое, что я почувствовала — пульсирующую боль в висках. Медленно открыла глаза и увидела перед собой хаос: вещи разбросаны по полу, зеркало разбито, свеча догорает прям на паркете.

— Снежок! — я уже открыла рот, чтобы отругать его за беспорядок, но замерла, встретившись с его взглядом.

Его глаза были красные, словно он не спал несколько ночей. На щеках виднелись следы высохших слёз, а губы дрожали.

— Что случилось? — мой голос прозвучал тише, чем я ожидала.

Он рассказал мне о ритуале, о том, как выкачивали из меня силы, как он едва успел всё исправить. Пока он говорил, я заметила, как дрожат его руки.

Я придвинулась ближе и притянула его к себе. Он прижался ко мне так крепко, будто боялся, что я снова упаду в обморок.

— Я так испугался... — прошептал он, уткнувшись носом в моё плечо. — Думал, потерял тебя.

В этот момент появилась Виола. Она выглядела непривычно смущённой, её полупрозрачные щёки будто порозовели.

— Прости... — начала она, глядя в пол. — Мы со Снежком удалили сообщение, тебя звали в ковен… Если бы ты знала про него, то, возможно, не было бы этой проблемы…

Внутри всё сжалось. Сообщение от тётушек... Что теперь делать? Ехать в ковен или бежать от него подальше?

Мысли крутились в голове как вихрь. Теперь я была уверена — кто-то из родных пытался сломить меня. Либо они чувствовали моё приближение и решили заранее ослабить меня, либо у них большие проблемы и им нужна моя помощь.

— Я... я не хочу сейчас ехать в ковен, — произнесла наконец. — Хочу ещё задержаться в этом городе. И, возможно, заглянуть в другие места по пути, — я заговорщицки подмигнула чертёнку.