Аглая Полынникова: магия сыска

Глава 22

*****

Снежок осторожно, словно кот на охоте, подкрался к двери Аглаи. Его ушки настороженно подрагивали, пока он прикладывал ухо к деревянной поверхности. Через несколько минут напряжённого прослушивания до его чуткого слуха донёсся едва уловимый звук — тихое похрапывание.

— Пф, а ещё утверждает, что не храпит! — прошептал он с улыбкой и, довольный своей маленькой победой, направился в свою комнату.

Там его уже поджидала Виола. Она кружилась вокруг люстры, создавая причудливые тени на стенах, которые плясали в такт её движениям.

— Успокойся, а? — устало произнёс Снежок, плюхаясь в кресло. — От твоих танцев у меня уже голова кружится. Как ты сама от себя не устаёшь?

— А как ещё мне выплёскивать эмоции? — обиженно надула губы Виола.

— Ты что-то узнала? — чертёнок подался вперёд, впиваясь пальцами в подлокотник кресла.

Их с Виолой план казался рискованным, но это была единственная возможность разузнать что-то о ковене и его обитательницах. Идея пришла в ту ночь, когда Аглая была с Владимиром — тогда никто не мешал их разговору. Снежок тогда горячился, предлагая радикальные меры, а Виола настаивала на тонкой игре. Женская месть, как она говорила, блюдо, которое подают холодным.

Виола, словно дразня, ещё немного покружилась под потолком, а затем плавно опустилась на спинку кресла, устроившись по-турецки.

— Короче, Ираида та ещё штучка! — начала она. — Она как-то раздобыла запрещённую книгу...

— Так ведь все книги по колдовству запрещены, — попытался вставить замечание Снежок.

— Ещё раз перебьёшь — вообще ничего не расскажу! — Виола демонстративно отвернулась.

— Ну говори же! — хихикнул чертёнок. — Тебя сейчас разорвёт от любопытства.

— Так вот, эта особа нашла запрещённую книгу и прочитала там что-то — то ли заклятье, то ли проклятье. В общем, именно она мешает Аглае использовать свою силу в для себя же.

— Ничего себе! — Снежок нервно застучал хвостом по креслу. — И как нам это снять?

— Да никак! — хихикнула Виола. — Скоро всё само снимется. Смех плохой, но Ираида больна, жизнь утекает, как песок сквозь пальцы. Вот её силы стало меньше, и Аглая наконец вошла в полную силу! А ведь могла бы давно, просто проклятье тётки мешало.

— То есть будем просто ждать?

— Будем просто смотреть фильм, а там видно будет! — Виола грациозно опустилась на кровать.

— Сначала в душ схожу, надо и здесь оставить вонь своей шерсти, — пробурчал чертёнок, направляясь к выходу.

— Прости меня! — тихо пискнула Виола ему вслед. — Сказала не подумав, Снеж!

*****

Утренний свет едва пробивался сквозь плотные шторы, когда я открыла глаза. Ночь без пробуждений должна была восстановить силы, но морально я чувствовала себя ещё хуже, чем вчера. Раздражение, словно липкая паутина, окутывало сознание.

Воспоминания о вчерашнем разговоре с Фёдором, тягостное молчание с утра и до вечера со стороны Владимира — всё это высасывало энергию, словно невидимый вампир. Правильно говорят, что от мужчин одни беды! К этому ещё добавился тяжёлый сон, который оставил после себя неприятный осадок.

Мне приснилось, что я стою в бабушкином саду возле старых качелей. Там, где летом бабушка любила устраивать чаепития — под раскидистой яблоней, в тени, подальше от душного дома. Я помнила эти яблоки — большие, сочные, с наливным бочком. Ветви гнулись под их тяжестью, словно специально наклоняясь, чтобы я могла дотянуться до самых спелых плодов.

В этом сне я была одна. Прошла по знакомой каменной тропинке между кустами пионов. Их розовые пышные цветы склонились под тяжестью росы, и я не удержалась — провела пальцами по влажным лепесткам. Холодные капли приятно холодили кожу.

Внезапно я услышала шаги за спиной. Охваченная необъяснимым чувством вины, будто я проникла в чужой сад, резко обернулась. Сердце заколотилось как сумасшедшее.

Передо мной стояла Ираида. Её лицо изменилось — появились морщины, тонкие и короткие, словно следы от карандаша, а от носа к уголкам рта пролегли глубокие борозды. В её взгляде читалась неприкрытая ненависть. Пальцы нервно перебирали воздух, а длинное платье колыхалось на несуществующем ветру.

Я почувствовала опасность каждой клеточкой тела. Инстинктивно начала отступать, но она не сводила с меня пронизывающего взгляда:

— Куда же ты? Столько лет не виделись!

Не найдя что ответить, я бросилась бежать. Не оглядываясь, зная, что она не последует за мной, но всё равно ощущая на себе её тяжёлый взгляд, от которого по коже бежали ледяные мурашки.

Я осторожно приоткрыла дверь в комнату Снежка. Чертёнок сладко посапывал, закутавшись в одеяло, словно куколка в коконе. Знакомая картина — на полу валялись фантики от конфет, смятые упаковки чипсов и пустые бутылки из-под газировки.

В коридоре на столике стоял поднос с остатками позднего ужина. Ах, эти привычки! Вспомнилось, как зимой мы устраивали целые марафоны любимых сериалов. Если следующий день был выходным, просмотр мог затянуться до самого рассвета. И конечно же, без снеков никуда — мы закупались чипсами, сухариками, заказывали еду на дом и объедались до икоты.

После таких ночных посиделок Снежку приходилось наводить порядок, но в гостинице, видимо, решил не отказывать себе в удовольствии — всё-таки убирать будет персонал.

Я аккуратно прикрыла дверь и позвонила на ресепшен уточнить время завтрака. Какое счастье — завтраки начинались в шесть утра! Попросив принести еду в номер, я направилась в душ, всё ещё настороженно оглядываясь в ожидании появления Виолы. Но призрак, похоже, действительно испугалась руны и держала слово.

Сидя за столом, я погрузилась в размышления о ночном кошмаре. Подсознание явно пыталось предупредить — Ираида опасна. Удивительно, но когда-то я восхищалась ею. Её умение держать лицо, властность, способность одним словом заставить всех замолчать... В детстве я считала это крутым.

Теперь-то я понимала — быть такой, как Ираида, низко. У неё не было ничего святого, она шла по головам ради достижения целей, не знала жалости. Я же, сколько ни пыталась, не могла стать такой — это противоречило самой моей сути.