Аглая Полынникова: магия сыска

Глава 24

*****

Телефон в руке Фёдора безжизненно мигал экраном. В который раз он пытался дозвониться до Аглаи, но в ответ слышал лишь равнодушный женский голос: «Абонент недоступен». Если бы это говорила сама Аглая, она бы наверняка добавила своё фирменное: «Отвали, Федя!»

Он сам не понимал, как за такой короткий срок Татьяна смогла так крепко в него вцепиться. Её прикосновения, её близость — всё это было приятно, даже слишком. Никогда бы он не подумал, что эта неприметная с виду мышка окажется настолько опытной и раскованной. Но после того разговора с Аглаей он осознал, насколько сильно обидел подругу. И всё из-за чего? Из-за того, что Татьяна, захватившая его внимание, поспешила навязать своё видение мира.

Её «вера» была проста и категорична: Аглая — худший человек на планете. Зачем, зачем он только позволил себе сказать те слова? Мысли крутились в голове, словно заевшая пластинка, пока резкий стук в дверь не вырвал его из размышлений.

Он знал, кто стоит за дверью. Татьяна, как и все прошлые дни, пунктуальная, пришла со своим обедом. Контейнеры с «полезной едой» — брокколи, какой-то непонятный салат из диких трав, куриная грудка на пару. Как же он тосковал по настоящим обедам в кафе! По ароматной солянке, сочному жареному мясу, хрустящей картошке... От этих мыслей рот наполнился слюной.

Татьяна вплыла в кабинет с лучезарной улыбкой, перегнулась через стол, чмокнула Фёдора в губы и начала расставлять контейнеры. Опять эта «трава»! Если они начнут жить вместе, он либо умрёт с голоду, либо начнёт блеять, как козел на пастбище.

— Федюнь, я принесла нам обед! И знаешь что? Сегодня пробуем новую полезную штуку — чай матча! — Татьяна разливала по кружкам зелёную жижу из термоса, от одного вида которой у Фёдора сводило желудок.

— Кто подсказал тебе идею с хинкали на лавочке? — Фёдор пристально посмотрел на свою избранницу. Она слегка поморщилась, но сделала вид, что не услышала вопроса.

— Что, прости? Не расслышала, — она продолжала улыбаться, словно ничего не произошло.

— Тань, не надо, ты прекрасно всё слышала.

— Федюнь, я сама решила так разнообразить театр. Ты чего? — Она подошла ближе, её руки мягко опустились на его плечи.

— Ты забываешь, где я работаю. Тебе Аглая подсказала эту идею? — Фёдор начинал закипать. Он терпеть не мог женское виляние, эти попытки строить из себя не пойми что. Только Аглая всегда была с ним честной и прямолинейной.

— Аглая! Аглая! Аглая! Только и слышу это имя! Как меня от него тошнит! — взорвалась Татьяна, бросившись к двери. Но Фёдор успел перехватить её, взяв за подбородок.

— Ты хоть что-то обо мне знаешь? Знаешь, через что мне помогли пройти Аглая и её бабушка? Знаешь, за чей счёт я закончил последний курс? Прежде чем ненавидеть этого человека, подумай — может, она мне как сестра? Мы с детства вместе... были... Тань, ты даже не знаешь, что я люблю мясо, пиво и спать до обеда в свои редкие выходные, а не медитировать на коврике для йоги на рассвете. Если когда-нибудь ты захочешь начать нормальные отношения, где есть не только ты и твои желания, дай знать.

Фёдор отпустил её руку. В ответ Татьяна влепила ему звонкую пощёчину и выскочила за дверь, громко хлопнув ею. В кабинете повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов и бульканьем недопитого чая матча в кружке.

*****

Утро встретило меня тихим шелестом дождя за окном и ароматом свежесваренного кофе. Я устроилась в кресле с кружкой горячего напитка, наслаждаясь моментами спокойствия. Но радость была недолгой — на экране телефона высветилось напоминание о предстоящей встрече с новым заказчиком. К заметке прилагались адрес и фотография человека, нуждающегося в помощи.

Я осторожно вошла в спальню и толкнула спящего Снежка:

— Виола появлялась ночью?

Он сонно почесал живот и, покачивая хвостом словно маятником, ответил:

— Не-а. Слушай, можно я сегодня в номере останусь? Так хочется поваляться в кровати...

Его просьба неприятно царапнула моё сердце. После вчерашнего ощущения слежки и страха, от которого сердце билось как раненая птица, мне совсем не нравилось, что напарник остаётся в номере.Мне самой хотелось забраться под одеяло и просто лежать, глядя в потолок.

Мы путешествуем, посещаем экскурсии, обедаем в дорогих ресторанах... Но последние дни так хочется остановиться, замедлиться, насладиться тишиной. День, проведённый в бездействии, кажется бесконечным, наполненным особым очарованием.

Но работа есть работа. Мне нравилось то, чем я занимаюсь — помогаю людям решать их проблемы, избавляю от неприятностей и получаю за это достойное вознаграждение. Это куда лучше, чем брать триста рублей, продавая мази от растяжек.

А ведь каждая такая мазь — это целая история. Нужно собрать нужные травы, тщательно перебрать их, правильно высушить, сварить в определённую лунную фазу, при этом без единой ошибки читая заклинания. И вот теперь эта работа под угрозой из-за исчезновения Виолы. Я и блог — вещи несовместимые!

— Ты знаешь, как её можно вызвать? — спросила я у Снежка, обеспокоенная пропажей призрака.

Он лишь махнул рукой и, зарывшись в подушку, пробормотал:

— Не переживай, наслаждайся спокойствием. Наша пропажа обязательно объявится.

С этими словами он засопел, явно не собираясь продолжать разговор. Но тревога за Виолу не покидала меня, смешиваясь с лёгким чувством зависти за то, что я не могу остаться со Снежком.

Я осторожно, почти крадучись, вышла из гостиницы. Огляделась по сторонам — никого. Быстрым шагом, почти бегом, направилась к машине, стараясь держаться ближе к зданию. Сердце колотилось как сумасшедшее, будто пытаясь вырваться из грудной клетки.

Внезапно в памяти всплыло яркое воспоминание из детства. Точно так же мы с Фёдором крались от дома вредной соседки бабы Мани к моему двору. В карманах наших штанов тяжело оттягивали ткань спелые сливы, которые мы только что «позаимствовали» из её сада.