Айк – мужчина

Глава седьмая.

1.

Ехали они долго, делая остановки по шесть часов, чтобы Лина могла отдохнуть. Никого из парней никогда не учили водить машину — ведь считалось, что это не мужское дело: крутить баранку.

Айк внимательно следил за движениями девушки, наблюдая, как ловко она управляется с машиной.

— Хочешь, научу? Мне кажется, ты быстро разберёшься, — предложила Лина.

Свой первый урок Айк получил прямо в поле, на просёлочной дороге.

Самым трудным оказалось тронуться с места. Машину трясло, дёргало то вперёд, то назад, и каждый раз она глохла. После первых двух неудачных попыток парни, испугавшись, что он сейчас всех угробит, выскочили из машины и решили пройтись пешком.

Но на третий раз у него всё-таки получилось — машина поехала.

Айк немного разогнался, и Лина сказала переключиться на вторую передачу. Это оказалось гораздо легче, чем тронуться. Потом он перешёл на третью и разогнался до шестидесяти километров в час.

По кочкам машину сильно трясло, и Лина попросила пока ехать на второй передаче.

Вскоре стало ясно: водить машину не так уж сложно. Нужно только привыкнуть трогаться и вовремя переключать передачи.

Как говорится в народе, «мужчина за рулём — всё равно что обезьяна с гранатой». Но на деле оказалось, что это неправда. Всё зависит от человека, который управляет машиной.

Лина похвалила Айка за его способности и снова села за руль. Увидев это, остальные сразу полезли обратно в салон.

— Пусть лучше Лина ведёт. Доверим дело профессионалу, — улыбнулся Бато, и все его поддержали.

— Вот гады… Я думал, мы братья и готовы доверить мне свои жизни. А вы… эх! — в шутку обиделся Айк.

— Давай не сегодня. И точно не в те дни, когда ты за рулём, брат, — громко сказал Маркус и хлопнул друга по плечу.

Все рассмеялись, и каждый счёл своим долгом подлить масла в огонь.

— Распустил ты их совсем! Дети, не балуйтесь. Скоро мы приедем в наш новый дом! — подхватила шутливый настрой Лина и включила какую-то популярную музыку.

Толпа сразу переключилась с подколов Айка на подпевание. Точнее сказать — на подвывание.

Всем парням было от девятнадцати до двадцати двух лет, не больше. Самым старшим был Маркус.

Им пришлось повзрослеть слишком рано, чтобы выжить в этом мире.

Но в душе каждого из них всё ещё горел огонь ребячества. Хотя пережитое за последнее время уже оставило свой след.

Они были молоды, амбициозны, часто витали в облаках и смотрели на мир через розовые очки.

Айк надеялся, что им и дальше будет везти. И он действительно в это верил.

Наконец они добрались до бывшего Главного дома.

Повсюду стояли камеры наблюдения. По верху забора тянулась проволока под напряжением. Пустовали наблюдательные вышки.

Настоящая крепость.

И теперь она никому не была нужна — а значит, отлично подходила для новых жильцов.

Микроавтобус подъехал к воротам.

У парней возникло странное чувство страха — будто они сами лезут в капкан. Но Лина пыталась их успокоить.

Камеры можно было просматривать только изнутри, а в доме никого не было. К тому же Главная Мама была настолько уверена в своей безопасности, что никому даже в голову не пришло бы попытаться проникнуть сюда.

Лина вышла из машины, приложила руку к считывателю, и ворота медленно начали открываться.

Они поехали по прямой асфальтированной дороге. По обеим сторонам росли высокие деревья, их ветви смыкались над дорогой, закрывая небо.

Через несколько минут микроавтобус остановился перед трёхэтажным домом в стиле неоклассицизма.

В архитектуре не было ничего необычного: колонны, строгая симметрия, квадратные окна — всё как в старых зданиях.

Над входом висел герб семьи Франт: солнце, на которое был направлен сжатый кулак.

Айк спрашивал Лину, что это означает, но она только пожимала плечами.

Внутренний интерьер тоже говорил сам за себя — ничего лишнего, всё строго и функционально.

Сначала они попали в огромный холл с высокими потолками. Влево и вправо уходили две лестницы, ведущие в разные корпуса.

Но парни не спешили подниматься.

Они стояли тихо, настороженно оглядываясь.

— Господа, добро пожаловать! Располагайтесь, будьте как дома. Осматривайтесь и выбирайте себе комнату по душе. Хотя они все почти одинаковые — кроме комнат нашей семьи, — сказала Лина приветственную речь.

Но парни словно окаменели.

— Э… Мне как-то не по себе, если честно… Айк… Может, уедем в лес? — переминался с ноги на ногу Бато, обнимая себя своими огромными руками.

Многие поддержали его, молча кивая и прижимаясь друг к другу, как напуганные зверьки.

Страх охватил даже самых сильных.

Энергетика этих стен давила на них, заставляя невольно пятиться к выходу.

Но Айк был непреклонен.

— Друзья, мы проделали огромный путь, чтобы добраться сюда. Назад дороги уже нет. Нас ищет вся страна.

Он сделал паузу.

— В столице переполох. Блокпосты на каждом шагу. В интернете нас объявили вне закона — врагами государства. Наши фотографии на каждом углу.

Айк обвёл взглядом холл.

— Сейчас именно в этом доме вероятность того, что нас найдут, самая маленькая. Поэтому прошу вас успокоиться и принять гостеприимство Лины. Не впадайте в панику.

Его голос стал жёстче.

— У нас и без вашего нытья хватает проблем.

Парни что-то пробурчали себе под нос и нехотя разошлись по дому небольшими группами, осматривая комнаты и пытаясь хоть немного успокоиться.

Айк тихо повернулся к Лине.

— Они боятся… и я тоже. Но скоро привыкнут. Спасибо тебе за такую возможность.

Он сказал это так тихо, чтобы никто не услышал.

Лина ничего не ответила.

Она просто обняла его и притянула к себе, положив его голову на свою грудь.

— Всё в порядке, — тихо сказала она. — Я знаю.

2.

Первые дни были очень тревожными. Парни не могли нормально спать: любой шум или свет за окном казались страшным предзнаменованием надвигающейся беды.