Айла: Скрытые механизмы

Глава 28

Глава 28

Алхимик охает, перенося вес с одной ноги на другую. Должно быть, я повредила ему ногу, когда заваливала на землю. Для меня загадка, почему это человек все еще в своем уме и при памяти, после психической атаки Древнего. Люди хрупкие.

- Что скажете? – Он приближается к обрыву.

Подползаю к краю и смотрю в провал тьмы. Света яркой луны и моего собственного зрения не хватает, чтобы сквозь толщу воды разглядеть фигуру монстра.

- Он жив, - говорю я.

Алхимик демонстрирует явное недоверие. Потом смотрит на оружие в своей руке. Крутит. Все символы поддернуты черной пленкой.

- Ай, хорошая была штука, - качает он головой, тщательно протирая полой алхимического халата лезвие и рукоять. Не убирая ткани замахивается и посылает револьвер в полет, в темные и грязные воды. – Жаль, что недолговечная.

Подобное действие наводит на мысли, что револьвер не более законен, чем пушки с пороховыми патронами. Ай-я-яй. Не хорошо.

- А еще есть? – спрашиваю одновременно с надеждой и опасением. Не хотелось бы самой попасть под такую штуку, а вот от обладания ею не отказалась бы. Люди явно преуспели в смертоносности своих изобретений.

- Не понимаю, о чем вы, - говорит Алхимик, отступая от края. – Значит, думаете, что он мог выжить?

- Он не только жив. Он еще и вернется за нами.

- Алек Роз, - внезапно говорит Алхимик. Я не сильно удивляюсь тому, что он знает это имя. – Генник «ЛинКорп». Продан корпорации в прошлом году для осуществления охранной деятельности. В номе значится бракованным материалом. – Мужчина хмыкает. – После сегодняшних событий номарх обвинит директора в незаконных экспериментах, а весь ном устроит на полукровку охоту. Может они не были готовы к такой силе, но теперь они знают с чем столкнулись. Мистер Роз сильно ошибается, если считает, что, перебив штатную охрану, одолел весь ном.  С таким ворохом проблем ему будет не до меня.

- До вас, - не соглашаюсь. – Фактически вы его одолели. Такое сильно ранит самолюбие… эээ чудовищ. – Неуверенно заканчиваю.

Впрочем, Алхимик не спорит со мной о терминологии. В отличии от колдуна его мало интересуют права кимпуруш.

Колдун! Он может быть еще жив.

Пробую подняться.

Получается не очень.

Спина ободрана. На ней вот-вот яркими пятнами начнут расцветать гематомы. Не самые опасные, но болючие и отвлекающие. Удивительно, что у меня ничего не сломано. Выходит, Древний не собирался меня калечить. Хотел бы основательно травмировать тело – переломал бы ноги или хребет. Задушить меня человеческой рукой он конечно не вышло бы, но свернуть шею – запросто.

Отодвигаю мысли подальше.

- У любой силы есть временные рамки, - тихо замечает Алхимик. Его взгляд падает на когти, выросшие из ногтевой пластины моей руки. – И физические ограничения. Кимпуруши лучше нас всех разбираются в подобных вещах. 

Человек прав.

Древний жив, но ранен. Его человеческая оболочка повреждена. Только потратив большую часть приобретенных сил он может ее восстановить. А именно этого он и хочет: продержаться подольше в шкуре генника.

- Думаю, наши с вами дела окончены. На данный момент. - Мистер Дарис медленно отступает от обрыва и, продолжая удерживать меня в поле зрения, спускаться с пригорка. Он умнее, чем кажется. Нельзя поверчиваться спиной к только что трансформировавшемуся нелюдю, особенно если он ранен – Остановимся на том, что было приятно иметь с вами дело.

- Погодите. – Окликаю. - У вас есть ручка и бумага?

Тело болит так, будто меня медленно поджаривают на огромной сковородке.  К подранной коже липнет грязь, подсохшая трава и мелкие камушки. Воспаления вспыхивают яркими цветами инфекции. Подкожные чешуйки противно скрипят, когда я встаю.

- Не поздновато ли писать завещание? – Вскидывает брови Алхимик, прежде чем достать из внутреннего кармана блокнот и грифельный карандаш.  – Может вам лучше морфина?

Кривлюсь. Под обезболивающими тяжело контролировать изменения тела. Для трансформации требуется весь спектр ощущений. Даже простая валерьянка может выйти боком в момент манипуляции генами. 

Мужчина настороженно следит за моими движениями. Я приближаюсь к нему предупредительно медленно, чувствуя каждую косточку, каждую мышцу, каждый кровеносный сосуд. Когда оказываюсь на расстоянии вытянутой руки – он протягивает писчие принадлежности.

Он осторожничает, но он в себе уверен. По его движениям я понимаю, что выброшенный револьвер – не единственное оружие в его арсенале. Как минимум еще один ствол в наплечной кобуре и два ножа прикреплены на запястье. Еще какой-то вид оружия пристегнут к голенищу.

 Алхимик - сильный человек, но он мне не нравится. Сущность, взращенная понятиями чести и справедливости Главного, протестует. Но обстоятельства диктуют условия.

- Вот, - черкаю на бумаге заковыристый символ. Тот самый, что поломанной печатью лежал на янтаре Древнего. – Это вам знакомо?

- Даром время не теряете? – Алхимик оглядывает меня с ног до головы. – Вы из крови и плоти или Сендара заменил вам внутренности на сталь и ледокаин?