Айла: Скрытые механизмы

Глава 36

Башня «ЛинКорп» звалась Шпилем за уходящие высоко в небо этажи и собственно длиннющий шпиль–громоотвод, пронзающий облака насквозь: не каждый аэростат рискует подниматься так высоко. Сама башня состояла из офисов, лабораторий и жилых помещений для сотрудников – компания не любила тех, кому нравится проводить время за ее пределами. Сам мистер К. обосновался в верхних апартаментах, занимающих собой несколько этажей и включающих в себя покои Сендары–старшего. Совсем рядом с техническим этажом, через который открывается Поворот на остров.

Все это поведал колдун, пока мы тряслись в одной из открытых полу–механических полу–алхимических повозок. Паромобили не занимались частным извозом в тех кварталах, где мы провели ночь, а своими ногами добираться до Левокрылья долго и непрезентабельно.

– Выставочные залы для привлечения клиентов и на радость простому люду, – поясняет колдун, когда мы приближаемся к стеклянным крутящимся дверям. – Но не слишком простому, поэтому веди себя… как статусный человек. – Добавляет он при виде человека в форме портье и кобурой охранника. Тот, вытянут в струнку, неподвижен и с пустым взглядом, но мы не остаемся для него незамеченными.

– Мы идем через главный вход, – замечаю. – Почему не через черный для сотрудников?

– Главный как раз для сотрудников, почтенных граждан и клиентов, предпочитающих демонстрировать внешнюю благонадежность. В таком месте Сендара скандала не захочет.

– А мы планируем скандал? – тушуюсь, заново перебирая все сказанное сегодня колдуном и ищу, где пропустила намек на изменение плана.

Тем временем мы оказываемся в главном холле.

Невольно разеваю рот, отчего колдуну приходится толкнуть меня локтем в бок.

Первое, что бросается в глаза – высокие стены в несколько этажей, обилие балконов, свисающие громадные люстры, горящие среди дня лампы и много–много зеркал, размером не больше крышки от бутылки, расположенные в самых разных и странных местах помещения. Картины, обилие движущихся деталей, производящих цветной пар, и живые растения в горшках.

Здесь много людей. Одни, как и я, крутят головой, разглядывая высокие потолки, бренчащие шестеренки, подвешенные на тонких цепях, готовых вот–вот сорваться вниз, огромные витражные окна, причудливые изобретения, неестественно движущиеся и проигрывающие музыкальные композиции. Другие что–то пишут в блокнотах, суетятся, завлекают других людей.

Движение. Очень много хаотичного движения, ход которого невозможно предсказать и на все отреагировать. Как будто пикси объединили свои стаи в один общий клан и захватили башню.

– Все действительно важное происходит выше. – Тянет меня колдун к одной из лестниц с небольшой площадкой.

Мы поднимаемся. Якобы незаметная охрана, отмечает каждое наше движение. Останавливаемся у двустворчатых дверей. Они узорчатые, с большим количеством острых углов и мелких механизмов. Пока колдун возится с ними, опершись на изогнутые волной перила, обращаю внимание на потолок зала. Тот выложен цветной мозаикой, складывающейся в изображение птицы. В самом центре, где подразумевается ее глаз, – огромная люстра с красными стеклами – символ компании «ЛинКорп».

Тихий противный звук, отвлекает меня от игры света. Оборачиваюсь. Колдун возится со скважиной и одной из своих побрякушек.

– Конечно они отменили пропуск, – бормочет он, после чего дергает за свисающую цепочку с колокольчиком и обращается к позолоченной разговорной трубе.

– Это Вик Соулдан. – Представляется он. – Личный артефактор мистера Сендары. – С той стороны не звучит ничего кроме мелодии, которая по воспоминаниям знакома даже мне. Внизу двое мужчин в хороших одеждах внезапно оживляются и начинают движение к нам, лавируя среди людей.

– Колдун. – Предупреждаю.

Он не отвечает, лишь дергает за цепочку еще раз и весело произносит:

– Я знаю, что у вас не так давно значительно поредели силы профессиональной охраны. Вы уверены, что хотите рисковать тем, что осталось?

Время тянется.

Колдун предупреждающе барабанит пальцами по медной пластине двери. К подножью лестницы приближается первый мужчина, но подниматься не спешит. Ждет приятеля. Зеваки в холле начинают посматривать в нашу сторону.

– Подумайте о том, что скажет ваш шеф, если в разгаре дня начнется потасовка. Скрутить меня бесшумно не получится. К тому же я не один. Подозрительного колдуна с сомнительной репутацией вам простят, а хорошенькую девушку – нет.

Хмыкаю.

Беспорядки. Хаос. Разрушения. Это то, что следует за колдуном тенью. Весомая угроза на мой вкус. Сил в мужчине немного. Он не смог бы одолеть меня физически, но легко разрушил мой дом и продолжает уничтожать мою жизнь. Если подчиненные Сендары не глупы, они предпочтут решить проблему с вредителем словами или же, – поднимаю взгляд на зеркально–стеклянные вставки на стенах, меняю спектр зрительного восприятия, немного сдвигаюсь, перекрывая воображаемую линию, и продолжаю мысль, – точным выстрелом в затылок.

Шестеренки дергаются. Произведение искусства приходит в движение. Механизм такой тонкий, аккуратный и идеально выверенный, что в бункере не продержался бы дольше пятнадцати минут. Стеклянная метель не признает красоты, кроме своей собственной.

Двери раздвигаются в разные стороны. Схватив под локоть, колдун тащит меня за собой. Но едва порог пройден, мы упираемся в преграду. Преграда представляет собой сухопарую женщину в очках с желтыми оптическими стеклами. Она выше меня на полголовы, подтянута, волосы собраны в тугой пучок. В складках хорошо сшитого брючного костюма не видно оружия, но я чувствую запах алхимии и смазки для шестеренок, которую доставляли в бункер.