Айрис. Изменчивыми тропами

Глава 12.

— Ты сегодня задумчивая. Случилось чего? — спросила Велма, после того как я третий раз не ответила на её вопрос.

— Нет, — извиняющее улыбнулась, поторопилась оправдаться, — повторяю выученные слова.

— Ты не слишком усердствуй, — добродушно усмехнулась женщина, вручая мне миску с салатом, — читать умеешь и уже хорошо, счёт ты знаешь лучше меня, вот научу тебя готовить и не пропадёшь, всегда работу найдёшь.

— Спасибо, — рассеянно улыбнулась, подав Софи булочку, — мы в сад выйдем? Я пока не нужна здесь?

— Нет, иди отдохни, а то скоро без продуха будем на кухне работать.

В саду, устроившись, как обычно в тени раскидистого дерева, я принялась рассказывать Софи, всё, что успела вычитать прошлой ночью. Таким образом, закрепляя полученные сведения у себя в голове, ну и девочку заодно обучая.

— Мы с Горин не были на море, — тяжело вздохнула кроха, срывая травинки, складывала их в невысокий стожок у края пледа.

— Я, наверное, тоже, но мы обязательно его увидим, — проговорила, перевернувшись на живот, подложила руки под подбородок, смотрела, как маленький муравьишка тащит на себе кусок коры, размером больше его минимум в два раза, — а ты знаешь, что муравей может поднять вес, превышающий его вес в пятьдесят раз. Но самый сильным из насекомых считается жук-навозник, он поднимает груз в тысячу раз больше, чем свой собственный.

— Да? — потрясённо пробормотала Софи, устраиваясь рядом со мной, — ой! Точно, смотри какая большая веточка, а муравей несёт. А откуда ты знаешь? В книге прочитала?

— Хм… скорее всего, — запнулась я, поражённая забавной вспышкой своей памяти, — смотри какая гусеница пушистая, словно в шубке.

— Это глаза?

— Да, которые смотрят на тебя и недоумевают, глядя на такого великана, — рассмеялась, наблюдая за удивлённой девочкой.

Время перерыва пролетело быстро, отправив Софи в нашу комнату на дневной сон, как посоветовала Велма, вырастившая двух сыновей. Я вернулась к работе. Сегодня кухарка запланировала напечь коржи для торта и сделать крем. Мне же было поручено взбить яйца в густую пышную пену. Орудуя венчиком в миске, меня терзали смутные видения, что можно это действие сделать гораздо быстрее и менее трудозатратный, но я не могла понять или вспомнить как. Поэтому продолжала трудиться не покладая рук.

— Айрис, добрый день!

— Добрый, Чад, — поприветствовала парнишку, который занимался доставкой продуктов в замок, — как прошла встреча с родными?

— Мать приболела, но уже получше стало. Отец крышу на доме подправил, — принялся делиться последними новостями Чад, время от времени украдкой на меня посматривая. Велма глядя на нас довольно улыбалась, разминая руками сливочное масло вместе с мукой.

— Как Бак поживает?

— Дом начал строить, сказал, пора обзаводиться семьёй, — ответил Чад, вытаскивая из короба мешки с крупой, многозначительно на меня взглянув, продолжил, — я тоже подумываю дом поднимать, и земля имеется у реки и лес рядом.

— Уверена, твоей девушке повезло, — улыбнулась парнишке, догадываясь, что все эти настойчивые рассказы о его семье, о планах неспроста. Но давать ложную надежду я не хотела, Чад отличный парень, но не в моём вкусе.

— Вот, отец велел передать, — смущено буркнул Чад, поставив передо мной небольшую деревянную шкатулку, с потрясающе красивым узором на крышке.

— Спасибо, — растерялась, не зная, как и ответить на такой дар. Мало ли чем эта шкатулка меня обяжет, но и отказывать не спешила, глядя на нахмуренное лицо парнишки. Мне совсем не хотелось его обижать.

— Тал принеси, за такую красоту не жалко столько отдать, — произнесла Велма, не дав и слово сказать Чаду, — ох и умелец твой отец, поди на рынке эти шкатулки мигом разбирают.

Я же, пользуясь моментом, поспешила в свою комнату, где под кроватью в мешке завёрнутые в несколько тряпиц, лежали наши невеликие накопления.

— Спасибо большое, — чуть ли не силком всучила тал в руку Чаду, взяла шкатулку в руки, затаив дыхание открыла крышку, мысленно прося, чтобы в ней ничего не оказалось. Повезло, она была пуста и довольно просторна, будет теперь, где наши с Софи сокровища хранить.

— Эээ, пожалуйста, — пробормотал Чад, бросив сердитый взгляд на Велму, торопливо выложил ещё два мешка и поспешил покинуть кухню.

— Зря ты так, хороший парень, — заметила Велма, стоило нам остаться одним, — и родители тебя не обидят, да и хозяйство у них доброе.

— Тогда почему помогли? — хмыкнула, хитро сощурив глаза.

— Ну тебя, — отмахнулась женщина. — видела, что не по сердцу пришёлся. А обижать не хочешь. Взбила яйца? Отлично, теперь возьми в горшке на полке у окна две пластинки, положи в чашку и залей их холодной водой.

— Не хотела и правда хороший парень, — согласилась с женщиной, заглядывая в многочисленные горшки, в поиске каких-то пластинок, — спасибо Велма, очень выручила.

— Но ты всё же подумай, одной тяжко жить, а у тебя ещё сестра маленькая.

— Подумаю, — произнесла, довольно хмыкнув, обнаружив в седьмом горшке жёлтые с неровными краями пластинки, — эти?

— Они, — подтвердила Велма, — ага в эту чашку, теперь вода… всё хватит, пусть набухает.

— Зачем это? — спросила, рассматривая бледно-жёлтые кусочки в воде.

— Чтоб крем густым был и плотным, как растворится, нагреем и добавим сливки и сок малины. Забыла! Возьми её в корзине и в ступке разомни, сок нужен, да смотри, чтобы ни одно семечко не попало.

— Хорошо, — задумчиво проговорила, ощутив непреодолимое желание, ещё раз коснуться этих янтарных кусочков.

Через час к нам присоединилась Софи, забравшись на стул, она подкрепилась стаканом молока и печеньем, а после помогала Велме нарезать на мелкие дольки яблоки. За работой и разговорами день пролетел незаметно. Наскоро приготовив ужин для слуг, пока Велма занималась праздничным столом. Я успела покормить хохотушку Лету и продолжающую хромать Дору, вымыть посуду. Когда на кухню наконец вошли Грета и миссис Мэдисон, которые задержались в кладовой, с раннего утра проверяя наличие салфеток и скатертей.