Эллиан почувствовал это раньше, чем увидел. Чуждость. Она не пришла извне — она просочилась, словно влага, медленно пробирающаяся сквозь трещины в камне. Её волны ползли под кожей, растекались, прорастали, как корни — острые, живые, впивающиеся в иссохшую плоть земли.
Трещины, что рассекали небо и землю, больше не были просто шрамами. Они дышали. Пульсировали. Вибрации пробегали под ногами, и казалось, что в глубине под ним бьётся чьё-то огромное, древнее сердце
Тьма сгущалась. В ней рождались тени.
Эллиан сжал пальцы. Кристалл в его руке вздрогнул, он пульсировал нервно, слабый, дрожащий отклик на зов магии.
Райен стоял неподвижно. Он почти растворился среди теней, неотличимый от них, как будто сам был их частью.
— То, что находилось по ту сторону, должно было остаться там, — сказал он ровно.
— Ты мог остановить это? — голос Эллиана сорвался. В нём жил страх. Не паника. Не ужас. А то состояние, когда ты точно знаешь: ничто уже не будет прежним.
Райен не сразу ответил.
— Ты можешь остановить молнию?
Сзади раздался треск. Они обернулись. Оно вышло.
Сначала — пятно. Скользящее, неясное. Потом — очертание твари. Она не рождалась. Не появлялась. Она вытекала. Сквозь трещину в рухнувшей стене. Как гной, который течет сквозь марлю, как кровь, которая струиться из старой раны. Она не имела формы — и в то же время собиралась в очертания. Голова. Рука. Коготь. Пустота. Всё дрожало, как отражение в мутной воде.
Но не форма была страшна. Страшны были глаза. Они наблюдали. Переливались разными цветами. Красный, белый, синий, чёрный. Цвет менялся каждую секунду, живя своей жизнью. Но в этих переливах было отсутствие света. В центре глаз не было зрачков, там, в глубине, пульсировало нечто. Запертая бесконечность жизни.
Эллиан в ужасе сделал шаг назад. Райен остался на месте. Даже не дёрнулся.
— Не двигайся, — сказал он, и это прозвучало не как просьба, а как команда, приказ.
Холод сдавил горло Эллиана. Пятно на груди шевельнулось. Корни. Оно приближалось к сердцу. Оно хотело захватить. Удержать.
— Почему?
Райен медленно вытянул руку, ладонью вперёд.
— Они не нападают сразу.
Существо не шло. Оно скользило вокруг. Без звука. Не касаясь земли, но оставляя ощущение веса. И оно смотрело. На него. На Эллиана. На кристалл в его руке.
Оно знало.Оно чувствовало. Оно жаждало. Оно не ошиблось.
— Что им нужно?
Райен выдохнул.
— Магия, им нужна магия.
Кристалл в руке Эллиана дрогнул. Эллиан сжал пальцы. Существо остановилось. Его тело дрожало, оно прислушивалось. Красные прожилки в его глазах начали пульсировать — в унисон с камнем, что пульсировал у Эллиана в ладони.
Они чувствовали друг друга.Кристалл тянулся к существу. И существо тянулось к кристаллу.
— Что ты сделал?! — прошипел Райен. Он не кричал. Но в его голосе была ярость.
Кристалл дрожал в его ладони. Алые прожилки вспыхивали на его поверхности и тянулись наружу, как щупальцы голодного существа, ощупывающего пространство в поисках живого тепла. Они скользили по воздуху, исследовали. Искали.
Кристалл узнавал. Он чувствовал. Существо остановилось. Райен замер, как застывшая тень.
— Не дай ему... — прошептал он. Голос едва прозвучал. Словно страх сдавил ему горло.
Поздно.Кристалл вспыхнул. Алый свет разорвался вспышкой. Существо рванулось вперёд. Эллиан не увидел — он почувствовал. Прожилки впились в чужую плоть, искажая её. Тело вспыхнуло, взвилось в воздух алым столбом, разлетаясь искрами, словно ткань, разрезанная одним точным взмахом клинка.
Вспышка. Свет. Пустота. Существо исчезло. Но мысль осталась. Она мгновенно вползла в голову.
— Ты... не наш.
Слова текли прямо в сознание. Беззвучно. Они заполняли Эллиана, как сосуд. Он не мог двигаться. Вены почернели, выступив под кожей, как чёрные жилы.
Кристалл менялся. Его форма колебалась, переливалась, алые корни обвивали пальцы, тонкие, цепкие, как лианы. Они жили. Они тянулись. Они требовали.
Существо, новое, возникшее из ниоткуда, - двинулось ближе. Без шагов. Без движения. Оно не шло — оно сжимало пространство вокруг себя, втягивая воздух.
— Отдай его.
Это не была просьба. Это не был вопрос. Здесь не было угрозой. Это был факт. Завершённый, принятый и неизменный.
Разлом шевельнулся. Второе существо вышло. За ним — третье. Четвёртое.
Они не появлялись — они множились. Как отражения. Как эхо, которое не затихает, а нарастает, отскакивая от каждой поверхности, возвращаясь многоголосо, давяще и громче.
Райен сорвался с места.
— Эллиан, беги!
Но Эллиан не мог. Ноги не слушались. Воздух становился вязким. Существа не касались земли, но двигались — и с ними двигался мир вокруг. Слой за слоем, как жара над раскалённым камнем, дрожали стены, трещал пол, свет рассыпался в пыль.
Их присутствие заполняло всё.Тело ныло. Грудь сдавило огненным обручем. Тени начали расплываться, теряя очертания. Одно из существ вытянуло руку. Тень легла на Эллиана.
Кристалл дёрнулся.Он узнал. Узнал хозяина.
Рывок — и Эллиан понял, что теряет контроль. Камень вырывался из пальцев. Кто-то разжимал его руки. Сильно. Спокойно. Планомерно.
Боль пронзила тело. Сильная. Обжигающая.
Райен вырвал кинжал из рукава. Сталь сверкнула — и исчезла во тьме.
— Держись! — крикнул он.
Эллиан почти не слышал. Мир трещал. Пространство сжималось. Прожилки тянулись к существам. Выбирали. Щупали. Вбирали магию в себя, высасывая ее из пространства.
Кристалл искал. Он выбирал.
Райен взмахнул кинжалом.Существо дернулось. Раздался крик. Резкий. Громкий. Крик боли и отчаяния, сорвавшийся с небес на землю.
Отредактировано: 25.05.2025