Акацуки. Сага. Forever

11. Эпизод одиннадцатый. Таланты Дейдары

Счастье короткое бог нам отмерил –
Непостоянна людская душа.
Я ведь не зря в эту сказку не верил –
Слишком она хороша.

Как ты красива сегодня,
Нет в моем сердце ни боли, ни зла.
Как ты красива сегодня,
Как ты сегодня светла.
(В. Меладзе «Как ты красива сегодня»)

Стремительно приближалось восемнадцатое сентября, день рождения Лины, а за ним и девятнадцатое – Нагато. Праздновать решили сразу девятого. Ноября. В день рождения Сасори.

Шучу.

***
Понедельник, шестнадцатое число девятого месяца тринадцатого года третьей тысячи лет от Рождества Христова, начался с того, что Лина не разбудила своих драгоценных детей в школу. Кроме того, что понедельник – день тяжелый, для Евы воскресенье был еще более нелегким. Дело было на самом деле просто: перед сном, когда уставшая после стирки Романова ушла расслабиться в ванную, Хидан в компании Кисаме и Какудзу вероломно вошли в настежь раскрытую дверь комнаты девушек и на глазах несколько удивленной Конан, как раз красившей ногти за столом, вынесли будильник. Просто все Акацуки решили, что бедная девушка должна отдохнуть от заботы, хотя бы поспав чуть больше, чем положено.

Утречком Акацуки бодренько встали (Нагато сам разбудил Конан, заглянув в комнату к ним, Лина, к слову, даже не проснулась), оделись, позавтракали и ушли на уроки получать свои знания.

Кроме Дейдары.

У него была бессонница, поэтому уставший его толкать Сасори просто оставил его досыпать. Но Тсукури, оказавшись на редкость примерным школьником, проснулся ко второму уроку, посмотрел на часы, оглядел комнату, зашел на кухню, обнаружил там пустоту и легкий беспорядок, витиевато высказал свои мысли по поводу своих сожителей и бывшего напарника в частности, а затем быстро собрался (не успев привести волосы в порядок) и умотал в школу.

Как раз была перемена. На крылечке школы стояли девчонки в коротких юбках, потому что около крыльца находилась скамья, на которой сидели парни.

- Денис! – его увидела Алина – бойкая девятиклассница, умеющая заводить дружбу с абсолютно любым человеком. Сама, однако, оставалась трудным ребенком, как для учителей, так и для родителей. – Диня, а я все утро тебя выглядывала, думала все, когда ж ты придешь! – звонкий деревенский голос, передавшийся ей от ее предков, приправленный легкой хрипотцой от курения, которым она баловалась, перекрыл все голоса в небольшом школьном дворе, заставив обратить внимание на лохматого и злого Дейдару.
- Овца малолетняя, - пробормотал себе под нос он, сдунув челку с лица. Не отвечая ей на приветствие, Тсукури свернул в туалет, потому что там заметил знакомые лица…

***
…Был обед, Евангелина была занята своими делами во дворе – она в свой законный выходной решила поработать в саду, потому что осень приближалась, а деревья стояли необработанные. Ввиду этого Лина, сидя на корточках, белила уже обрезанные от сухих веток вишни с яблонями, испачкав халат, надетый поверх шаровар, желтые перчатки и даже лицо с волосами.

Вздохнув и поднявшись с корточек, оглядывая фронт работы, Лина устало утерла лоб рукой, задев выпачканной перчаткой себя по лбу, замарав белилами. Нужно было пойти умыться, пока едкая известь не въелась в кожу. В доме никого не должно было быть, поэтому можно было свободно пройти в ванную, предварительно скинув одежду на пол в кухне. Чтобы не нести грязь в дом, Лина сняла с себя халат, шаровары и перчатки, сложив их кучкой у буфета, и прошла в ванную. Она умывалась недолго, успев подумать о том, что работа в саду может подождать и до вечера, а обед надо уже готовить сейчас. Романова фыркнула, смеясь над собой: она никогда бы не подумала, что сможет вот так заботиться о ком-то, словно о собственных детях.

Вытершись полотенцем, девушка вышла из ванной и в полутемной комнате лицом к лицу столкнулась с Дейдарой. Несмотря на до боли грустное выражение лица, он умудрился покраснеть и, остановившись, уставиться в глаза Лине, стараясь не опускать взгляд ни при каких обстоятельствах. Сама же Романова даже как-то забыла, что разгуливает по якобы пустому дому в одном нижнем белье.

- Дейдара? – наметанный взгляд заметил что-то неладное. – Что с тобой случилось?
- Это с тобой что случилось, - отвел взгляд в сторону Тсукури. – Зачем ты так ходишь по дому?

Лина оглядела себя, густо покраснела и быстро нацепила попавшееся под руку полотенце, закрыла дверь ванной и, взяв блондина за руку, вывела его на кухню. Хоть Дейдара и пытался отводить взгляд, Ева разглядела покрасневшие глаза, раскрасневшийся нос и еще влажные дорожки на щеках.

- Что случилось? – сдвинула брови к переносице Романова, готовая пойти и разорвать любого, кто обидел ее «ребенка». А затем она заметила в полутьме, что его волосы гораздо короче, чем были вчера вечером. Кто-то посмел остричь его в школе, так что теперь челка не закрывала глаз.
- Ничего, - вздохнул Денис, отводя взгляд, но не вырываясь из хватки Лины. Девушка молча смерила его взглядом, затем обхватила его голову руками и прижала к своей груди, как мать ласково прижимает родное дитя. Дейдара ощутил запах полотенца, пропахшего мылом с ромашкой, почувствовал тепло рук и не выдержал. Слезы часто-часто закапали из его голубых глаз, орошая и без того большую грудь Лины. Романова молча гладила его по голове, стараясь понять его, и смотрела в потолок, молча ожидая, когда он созреет для разговора.

Она подвела его к дивану и усадила, а он уткнулся ей в колени, продолжив тихо плакать.

Через десять минут Дейдара, лежа головой у нее на коленях, смотрел в потолок, положив руку на лоб, а Ева машинально гладила его по волосам, гадая, кто посмел и что она с этим кем-то в силах сделать.

- Я устал, Лина, - прошептал он, медленно прикрыв глаза, потому что глаза болели от плача.

Романова молча перевела взгляд на юношу. Она знала, что когда-нибудь наступит тот день, когда Акацуки все бросят и скажут, что им все надоело. Но она не думала, что это будет так скоро. Девушке всегда казалось, что первым сдастся Яхико или Сасори, для которых всегда была рядом, ожидая этого, готовая подставить свое плечо. Для Дейдары гарантом психического равновесия служил Сасори, поэтому от него истерики Лина не ожидала совсем. Последней каплей послужила эта дурацкая школа, и девушка начала жалеть, что отдала своих любимых детей в это заведение, полное неадекватных подростков со скачущим уровнем либидо.