Академические будни Бабы Яги

Глава 4

…Дорога оказалась достаточно короткой: минут через пять я с черепом наперевес вывалилась на поляну, где у слабенького чахлого костерка сидела одинокая девица, по виду из купеческих. Заслышав треск сучьев, девица подскочила, и испуганно воззрилась на меня. С запозданием я подумала, что выгляжу, видимо, так себе: взлохмаченная, испачканная копотью, да еще и со сверкающими от ярости глазами.

- Смерти своей ищешь?! – рявкнула я, на всякий случай решив не выходить из образа безумной лесной ведьмы.

Девица отступила на пару шагов, прижавшись лопатками к стволу векового дуба:

- Не-ет,- растерянно вымолвила она, а потом затараторила: - Яга Ягинична, пощади, умоляю, нет у меня никакого злого умысла! Клянусь тебе! Не убивай, прошу!

Глаза ее при этом упорно косили куда-то в сторону моего плеча. Проследив за ее взглядом, я сообразила, что девица таращится на светящийся череп в моей руке. Видимо, он внес в мое появление дополнительный драматический эффект. Я задумчиво перехватила палку поудобнее, и уже с чуть меньшим напором спросила:

- А лук со стрелами где?

- Какой лук?

- Из которого ты в мою избушку стреляла! – огрызнулась я, уже понимая: девица эта явно ни при чем. Она же лук толком натянуть не сможет, вон какая вся пышненькая да изнеженная. Белые ручки и к труду-то не приучены, не то, что к оружию!

- Что ты, Яга Ягинична, да разве я смогла бы?! – замотала головой девица, и на миловидном личике отразился искренний ужас.

Нет, не она это. Точно не она. Я недовольно цыкнула, и череп, восприняв это на свой счет, прибавил огонька. На поляне стало значительно светлее. Девица побледнела окончательно.

- Ладно, допустим, - после тягучей паузы нехотя согласилась я. – А ты-то тогда что в лесу забыла?

Девица опустила голову:

- Тебя, Яга, искала, да заблудилась…

Ну вот. Нашла себе заботу на голову…

- Ладно, пошли, - махнула рукой я. – Тут рядом.

Затушив костерок, мы с девицей двинулись через лес назад к избушке на курьих ножках. Шли в молчании. Я уже достаточно уяснила правила здешнего мира про «накормить-напоить», потому с расспросами не приставала. Успеется.

…Поляна сверкала как новогодняя елка в Замке вампирского Ордена. Черепа на заборе полыхали желто-зеленым огнем, отбрасывая беспокойные зловещие тени. Даже мне стало на миг некомфортно, а девица так вообще застыла как вкопанная. Я оглянулась, не услышав ее шагов, и с досадой поморщилась:

- Да уж, согласна, с иллюминацией я явно переборщила.

Я щелкнула пальцами, и все огни разом погасли, погрузив поляну в непроницаемый мрак. Теперь черепа скалились из темноты смутными черными тенями, и выглядели еще более мрачно.

Зря я, видимо, так расстаралась, тут самой бы рассудком не тронуться, глазея на подобную красоту каждый день. Эх, ладно, завтра с утра настрою режим приближения, пусть иллюзия показывается только в присутствии посторонних, а то и впрямь как-то не по себе.

Я провела девицу в дом и буквально впихнула ее внутрь. Сандер, уже вовсю суетившийся с ужином, при виде нас обернулся и, оскалив вампирские клыки, ласково протянул:

- Добрый вечер!

Вот зараза! Мог бы и не демонстрировать свои зубы, и так девица того и гляди рухнет в обморок! Но нет, специально ведь расстарался с угрозой, как бы предупреждая незваную гостью, за кем здесь сила.

Я за спиной девицы стала показывать Сандеру, что прибью его, если он будет пугать девчонку. На особенно живописной сцене, где я с чувством изображала процесс откручивания вампирской бедовой головушки, девица оглянулась на меня и с ужасом шарахнулась в сторону. Дотянувшись до хлебного ножа на столе, она прижалась спиной к беленому боку печи и, выставив оружие перед собой, закричала:

- Ну-ка прочь! Живой не дамся! Тех троих в лесу не испугалась, а вас тем более не боюсь!

Улыбка немедленно сползла с моего лица.

- А ну стой, - тотчас же посерьезнела я, – повтори-ка, что ты там сказала про «тех троих»?

Девица стиснула зубы, не отвечая. Сандер вздохнул и закатил глаза:

- Эл, ты не с того начала!

Подхватив со стола теплый пышный каравай, он разломил его пополам и протянул одну из частей девушке. От второй он нехотя откусил сам. Ну точно! Как же я забыла про законы гостеприимства? С кем преломил хлеб, от того зла уже не жди, покуситься на гостя это страшное преступление! Девица это знала лучше меня. Она опустила нож и, осторожно взяв краюху, тоже укусила ее. Прожевала, и тотчас укусила еще. И еще. И снова.

Да она же голодная! – сообразила я, наконец. Расстелив на столе честно выпрошенную у Змея Горыныча скатерть-самобранку, я торопливо организовала угощение, и щедрым жестом пригласила девицу к ужину. Та благодарно кивнула, присаживаясь на лавку.

Следующие полчаса мы молча поглощали пищу, оценивающе поглядывая друг на друга. Девица постепенно оттаяла и подобрела, даже начала улыбаться.

- Как тебя звать-то? – спросила я, посчитав ритуал встречи гостя относительно соблюденным.

- Марьюшкой, - ответила гостья.