Академия альфачей 2, или Всем подставить сопатки!

Глава 48. Труба и чуйка

   Трещины на бусинах тем временем наполняются белым сиянием.

‒ Чего это с ними? ‒ опасливо спрашиваю я.

‒ Напитываются энергией сильных источников. ‒ Реджи шевелит пальцами над моими ладонями, судя по всему, решая, как аккуратнее забрать их у меня. ‒ Нас, альф. Мы очень близко от них.

Нашлись мне тут энергососы. И что теперь делать? У меня в кармане обосновались тикающие бомбы, а я тут променад через вооруженное полчище устраиваю. Да еще и позволяю себя вертеть, кидать и за пятки хватать.

‒ Раньше они так не сверкали, ‒ сглотнув, бормочу я.

‒ Ты просто вступила с ними в активное взаимодействие, когда вытащила наружу. Вот и пошла активация. И впитывание энергии.

‒ И… что делать? ‒ Я окончательно теряюсь.

Дело худо. Дело труба. Еще чуть-чуть, и меня вынесет в энное измерение вместе с моими чувством справедливости и увещеваниями на тему благородства и нравственности.

Неожиданно кто-то обхватывает меня сзади за шею и крепко прижимает к груди.

‒ Избавься от  них, ‒ слышу я над ухом голос Люкоса.

‒ А что с прислужни?..

‒ Забудь о них. Думай о себе.

Легко ему говорить. Обдает меня тут жаром со всех сторон, да еще и боевые кличи со стороны противника, находящегося вне поля моего зрения, не утихают. А это свидетельствует о том, что победа вовсе не за нами, и Люкос неоправданно легко покинул поле боя в самый разгар битвы, полностью отвлекшись на меня.

‒ Но там у нас пленные девушки, а враги, по-моему, уже лезут на сцену…

‒ Сказал же, о себе думай. ‒ К моей макушке прижимается подбородок Люкоса. ‒ Реджи, выиграй нам минуту.

‒ Понял.

Реджи пропадает из зоны видимости.

Меня прошибает холодный пот. Что-то я очкую. Мое тело ‒ не образчик идеальности, но, блин, люблю его таким, какое оно есть сейчас. С полной комплектацией и отсутствием постороннего тюнинга. Натур-продукт от верхней точки до нижней. Не хочу, чтобы у него что-нибудь оторвалось.

‒ Нужно убрать от тебя бусины. ‒ Под моей находящейся на весу рукой появляется ладонь Люкоса. Он прижимает свою руку к моей, обеспечивая ей устойчивость.

‒ Как?

‒ Заставь его съесть их.

‒ Кого? ‒ Боюсь лишний раз шевельнуться. Мне уже мерещится, что бусины подскакивают на ладони в задорном обещании устроить достойный бадабум.

‒ Своего кугу.

Люкос наклоняется и настойчиво толкает меня подбородком в висок. Моя голова под его напором чуть поворачивается, а взгляд упирается в Маляву. Тот следовал за мной до самого места лежания Реджи и оставался рядом до сих пор. Вижу собственное отражение в обсидиановых глазах псинки и кусочек лица Люкоса.

Скормить взрывчатку Маляве?! Ну нет!

‒ Да ни за что. ‒ Ежусь от палящего дыхания Люкоса на моей шее. ‒ Он же пострадает.

‒ У нас нет времени на споры, Лютик. Ничего с ним не случится. Это же лавовая куга. Такого практически невозможно умертвить.

Несмотря на заверения Люкоса, желание проверить степень устойчивости моей псинки у меня так и не возникает.

‒ Лютик, он не сделает этого без твоей команды! ‒ Люкос тянется вперед, управляя моей рукой так, что ладонь с бусинами оказывается прямо перед мордочкой Малявы. ‒ Хотя бы одну. Остальные я блокирую.

‒ Но…

‒ Давай же!

Малява принюхивается к моей ладони.

‒ Сможешь какую-нибудь защиту по периметру сцены создать? ‒ Мой голос от напряжения слегка дрожит.

‒ Смогу, но не ту, что выдержит взрыв этих артефактов.

Так, если чуйка меня подводит, всем капут.

Влепляю с разворота локтем Люкосу по скуле, вырываюсь из его хватки, несусь на всех парах к краю сцены, попутно замечая, что Реджи уже трудновато сдерживать наступления черной лавины прислужников, и, размахнувшись, запускаю все три бусины в потолок.

Эни еще ни разу меня не подводил. И, чисто теоретически, должен был предположить, как именно я могу поступить.

Необоснованно гигантское доверие по отношению к малознакомому парню поражает и меня саму.  

Наверное, меня зачаровали. Иного объяснения попросту нет.

‒ Люкос, давай защиту! ‒ кричу я и присаживаюсь на корточки, собираясь прикрыть голову руками. Однако оторвать взгляд от опасных артефактов так и не удается. 

Сверкающие бусины летят ввысь, прямо на ходу выплевывая сгустки сияния. Достигают максимальной точки и…

Взрываются.