Академия альфачей 5, или Всем бежать без оглядки!

Глава 32. Акуна и матата

Анализирую состояние Бариса после озвученной новости. Моя субъективная оценка: дяде поплохело, дядю бы под капельницу. Или в одиночку. Или просто запереть в комнате с мягкими шариками.

‒ Сюда давай эту живность! ‒ рычит он. Роскошные в своей жути конечности принимаются шевелиться с утроенной силой, а рывки становятся плавнее и точнее, как у высокотехнологичного механизма с хорошенько смазанными поршнями.

А на фоне уже видна мчащаяся к нам толпа альф. И цель их марафона отчаянно ясна. При такой раскадровке событий как вообще можно сохранить рассудок? Кто подскажет?

Нет идей?

Вот поэтому-то я и выживаю по-своему: на чистом позитиве.

‒ А-а-а-а-акуна матата!!!

И деру, деру, деру.

Крайне везет с местностью. Поверхность неровная, а на пути встречается еще больше нагромождений из камней. Петлять в этих лабиринтах очень удобно, а громоздкого Бариса при разгоне сильно заносит на поворотах. Прикольная эстафета у нас сорганизовалась на кураже. Правда, «эстафетную палочку» у меня могут вырвать вместе с бонусом из моих же шаловливых ручек.

Заскакиваю в нишу между двух камней и устраиваюсь в тени, чтобы отдышаться. Мохнатый пассажир преспокойно висит на моем животе, не страдая даже намеками на муки совести. А ведь вся вина лежит на макаке. Ей совершенно не обязательно было рваться ко мне для знакомства, запуская попутно новую погоню. С подачи зверюшки количество охотников, претендующих на мою сокровенную личность, растет с пугающей скоростью. Так и устать можно, пока пересчитываешь всех желающих.

Шуршащее рысканье преследователей совсем рядом. Снуют в путанице каменных стен, пытаясь меня унюхать. А сердце выстукивает барабанные ритмы, нагнетая мрачняка атмосфере. Глубокомысленно смотрю на ключик, эффектным украшением лежащий на моей ладони. Рискнуть ли вновь вскрыть пространство? Внимание привлеку, несомненно, а успешной ли будет попытка ‒ остается под вопросом.

Над головой внезапно раздается шелест. Сзади в мой ворот что-то вцепляется, и, ошеломленно икнув, я взлетаю ввысь. Один дивный полный разворот в воздухе, сопровождающийся модным показом небу подошв ботиночек, и вот я уже неуклюже усаживаюсь на относительно ровную поверхность скалы, широко расставив ноги. Будто ростовая кукла без каркаса.

‒ Эй, Сявка, с какой радости мне приходится искать тебя по всей территории соревнования?

Бяка! Слава кексикам! Мою радость и горизонту не удержать.

Приятель грозно нависает надо мной, однако весь образ показной свирепости напрочь сносит внушительный фактор милоты: на макушке Бэки, на его левом ухе, на правом плече, вороте свитера и на середине груди устроились малютки-бабочки. В контрасте с серостью вокруг их нежные трепещущие крылышки выглядят как сочные ягоды, покачивающиеся на ветках. А сам Бэка похож на брутального боксера, устроившегося на время передышки в детский сад нянечкой и милостиво согласившегося стать экспериментальным образцом для детсадовских карапузов, обожающих баловаться с объемными наклеечками и акварельными красками.

‒ Как ты меня нашел, братишка? ‒ Вмиг успокаиваюсь и даже начинаю изумляться тому, насколько успешно одно присутствие Бэки раз за разом создает ощущение безопасности. Прямо домашняя атмосфера. Ну, точно же, брат, братишка, братюня.

Парень цыкает и усаживается на корты рядом. Протянув руку, он безболезненно стучит пальцем по моему лбу.

‒ Я решил, что кто, кроме тебя, тупенькая Сявка, может орать на всю округу «акульи бататы!» Вот сразу и направился в сторону, откуда доносился мерзкий вопль. И, во дела, действительно обнаружил нечто бесполезное по своему содержанию. Тебя.

‒ О да, у нас взаимное восхищение друг другом. Но вообще-то я кричала «акуна матата».

‒ Неважно. ‒ Скривившись, Бэка нехотя признается: ‒ На самом деле с поиском неплохо помогли насекомые твоего Златовласки. Указали прямой путь к тебе.

‒ Правда? ‒ Поджимаю губы, напоминая себе, что Эни все же не сдержал слово. ‒ Что же тогда он не перенес нас сюда всех вместе, как обещал? Лично меня он отправил в одиночное блуждание. И, о, неожиданность, в эпицентр заварухи. А куда вас запульнул?

‒ Он перенес сюда всех, но намного дальше от этого места. Только ты отделилась. Сказал, что вышла накладка, и он объяснит, что случилось, как только ты вернешься в команду.

‒ Накладка? Веришь ему?

‒ А ты нет?

‒ Я необъективна. Донимает лихорадка влюбленности. Так что меня следует периодически жахать реальностью по темечку.

‒ Не поможет. ‒ Бэка, нахмурившись, трет подбородок. ‒ Ладно, если для тебя это важно, поделюсь тем, что успел заметить за время общения с Златовлаской. Когда мы тебя упустили из виду, он выглядел всерьез обеспокоенным. Собирался немедленно ринуться на твои поиски, однако не стал препятствовать, когда за тобой решил отправиться я. И накинул мне в поддержку своих пестрых крылаток. К тому же в качестве пленника он ведет себя смирно. Не пытался сбежать, не требовал развязать его. И со стариканом почтителен. Моя интуиция храпит, а это значит, что или смазливая морда тот еще пронырливый тип и отлично усыпляет бдительность, или правда славный и честный малый и терпеливо сносит всю нашу подозрительность. Более того обладает воистину непостижимым терпением, раз держится за такую двинутую как ты. Честно, к арктическим медведям следует отправить именно тебя.