Академия четырёх стихий. Лишняя

Глава24

— Ты ударила Виктора Штельма… Ты обозвала его дураком… — с ужасом цедила слова соседка, пока я стаскивала с себя остатки одежды. — Ты хоть понимаешь, что он мог с тобой сделать?!

— Выпороть? — досадливо буркнула я, складывая колготки.

— Да он мог как минимум тебя поджечь! А если об этом еще и кто-то узнает… — начала она, а меня замутило от этой недосказанной угрозы.

— Умоляю, Арианна, никому не говори! — жалобно застонала я, шмыгнув носом. К этому моменту тело уже ломило, а голова кружилась и весила, как маленький дракон. Затяжная простуда мне обеспечена. — Сделаю все, что захочешь, только не говори. Меня и так здесь все ненавидят.

— Не скажу. Но чем ты думала?!

— Не знаю. Просто разозлилась… У меня проблемы с языком. — Я попыталась слезть с кровати, чтобы добраться до пижамы, но свалилась, запутавшись в одеяле. Тихонько застонала, вытаскивая ноги из мягкого капкана.

Соседка на это лишь покачала головой. Молча достала из тумбочки мою пижаму и кинула на кровать, а затем протянула мне руку, помогая подняться с пола.

Я посмотрела на нее с искренней благодарностью.

Стоило мне только переодеться и забраться под одеяло, как на пороге появился Виктор. Он уже успел заменить испачканный свитер черной хлопковой футболкой, успокоился и сейчас держал в руках какую-то здоровенную стеклянную бутылку.

— Умница, — огневик окинул меня мрачным взглядом и переключился на Арианну: — Как дела с деканом?

— Все уладили, — серьезно ответила та.

— Отлично. Арианна, тебя там Лор с Филом искали. Что-то по поводу зачетов…

— Ах да, спасибо, уже бегу, — спохватилась соседка и стала собираться.

Она торопливо достала палочку, схватила конспекты и унеслась прочь.

Мы же с огневиком остались вдвоем. Повисла гнетущая тишина. Виктор неспешно подошел к тумбочке, сдвинул карандаши с книжками в сторону и с глухим стуком поставил на нее бутылку.

Затем уселся на краешек кровати, отчего я подобрала под себя ноги и заползла под одеяло так, что только глаза выглядывали.

— Слушай сюда, Лисичка, — с нажимом заговорил маг. — Я обычно оскорблений не спускаю. Но ради тебя сделаю исключение и все неадекватности твоего сегодняшнего поведения спущу на отмороженное состояние. Однако если ты надумаешь выкинуть что-то еще в том же духе, то ты меня слышала. Это ясно?

Молча кивнула и покрепче вцепилась пальцами в одеяло, прекрасно понимая, что в случае чего оно меня не спасет. Но уж лучше иллюзия защиты, чем совсем ничего.

А Виктор между тем продолжал:

— Идем дальше. Это настойка от простуды. Моя личная разработка с усиленными целебными свойствами. Дарю. Будешь принимать по три, — он прищурился, оценив мой внешний вид, — нет, лучше по пять чайных ложек каждые четыре часа, разбавляя в чае.

Получив очередной осторожный кивок, Виктор встал с кровати и направился к небольшому деревянному шкафчику. Достал пузатый чайник, магически наполнил водой, а затем плотно прижал левую ладонь к металлической стенке, видимо, нагревая.

Я же напряженно следила за каждым его движением.

— У Боба поужинать ты, конечно, не успела, и еды у тебя, как обычно, нет, так что я взял кое-что из своих запасов. — Он сделал взмах свободной рукой — и все лишнее с тумбочки переместилось на подоконник, уступая место тарелкам с пирожками, бутербродами с красной рыбой и вазочке с фруктами.

В животе позорно заурчало, а по губам мага скользнула еле заметная улыбка.

— Вижу, что проголодалась, — приговаривал он, доставая жестяную банку с изображением уютного приморского городка, в которой хранилась заварка. — Значит, будешь вести себя хорошо.

Я снова кивнула, понимая, что самое страшное миновало. Но стоило только расслабиться, как он решил меня добить.

— А теперь поворачивайся на животик, натру тебе спинку, пока чай заваривается.

— Не надо… — застонала я, медленно отползая назад, а он уже вытаскивал пробку из бутылки.

Виктор стиснул зубы, прищурился, но отказываться от своих намерений не собирался.

— Надо, Лисенок, надо. Поворачивайся, пока пневмонию не заработала. Бледная, щеки красные, глаза мутные. Чувствую, что и температура уже поднялась.

— Я здорова. Просто устала. Все хорошо. Натрусь твоей настойкой сама, ладно? Когда уйдешь.

— Самостоятельная моя, за тобой глаз да глаз нужен. Уже успела сегодня отличиться. Хватит для одного дня. Лучше повернись по-хорошему, иначе…

Договорить огневик не успел. Я рванулась из-под одеяла, только почуяв намек на силовые действия. Но жесткие мужские руки меня тут же перехватили за талию и кинули на живот, как тряпичную куклу. А Виктор для надежности даже уселся сзади, не выпуская меня из захвата.

— Пусти меня! — завопила, извиваясь по новой.

— Я же предупреждал. — Он потянулся горячими пальцами к краешку моей кофты, приподнимая. — Уймись, Миранда, и дай намазать тебе спинку.

— Отстань! — верещала я, отчаянно пытаясь ухватиться хоть за что-то, чтобы отползти.