Академия Дальстад. Убойный спецкурс

Глава 4

Я вернулась в свою комнату, преисполненная жаждой действий. Ручная арахнида по имени Фая, канареечно-жёлтого цвета, радостно пискнула при виде меня, быстро завязала на плетёной занавеске маленький узелок и засеменила навстречу, перебирая по стене всеми восемью пушистыми лапками. Забежав по протянутой руке на плечо, она ласково потёрлась о мою шею и затихла.

- Мне понадобится твоя помощь сегодня, - прошептала я своему фамильяру. - Помнишь того самовлюблённого нахала, что разозлился на меня из-за рубашки? Как ты знаешь, он теперь наш декан, но ведёт себя не как ответственный руководитель, а словно порядочная свинья.

Фая возмущённо пискнула и ощерила крошечные клыки, выражая недовольство поведением де Ареона. Я устало вздохнула, села на край кровати и рассказала Фае о псевдозадании в библиотеке. Арахнида тонко чувствовала моё настроение, поэтому в течение всего рассказа она клацала клыками, прыгала на одном месте и на моменте разговора в кабинете декана, многозначительно покрутила у головы одной из своих мягких лапок - словом, показывала своё негодование всеми доступными ей способами.

Выговорившись, я почувствовала словно гора упала с плеч. В очередной раз я оглядела свои предоставленные академией для проживания двадцать метров и ощутила себя словно в музее изысканных и воздушных кружев. Фая отлично постаралась: арахнида имела страсть к изящному плетению, поэтому все занавески, поверхности и даже ручки на дверце шкафа походили на произведение искусства. И вот сегодня после ужина мне пригодится её умение плести крепкие большие сети.

Не успела я приступить к осуществлению важной части нашего плана: объяснить Фае её задачу, как раздался тихий стук в дверь.

- Заходи, Энни! - крикнула я и в дверь ужом скользнула моя подруга.

Вид у Эннабеллы был весьма тревожный. Перед тем, как закрыть дверь, она высунула голову в коридор, метнула цепкий взгляд голубых глаз по сторонам и убедилась, что нас никто не подслушает.

- Не нравится мне вся эта затея, - проворчала подруга, села на стул и, взяв из вазочки сахарное печенье, принялась его меланхолично жевать.

- Дурное предчувствие? - я слегка напряглась. У боевых магов превосходно развито шестое чувство и проигнорировать его было бы весьма опасно.

- Не совсем, - помотала головой Энни, хватая очередное сахарное печенье. - У тебя есть чай?

- Нет, только кувшин с отваром. Сама знаешь, некроманты не дружны с бытовой магией и даже подогреть воду в чашке для нас небезопасно.

- Давай его, - махнула рукой Энни и ещё раз тяжело вздохнула.

Удивившись кислому настрою подруги, я взяла с подоконника пузатый графин, доверху наполненный рубиновой жидкостью, налила в кружку до краёв благоухающий напиток и пододвинула его поближе к своей коллеге.

- Не нравится мне наш декан, - осушив содержимое кружки до дна, произнесла Эннабелла. - Я чую, он ещё всем нам покажет.

- Поясни, - коротко ответила я. Надеюсь, Гаубе не откажется в последний момент от нашего розыгрыша ведь её роль в нем очень важна.

- Вспомни, как он вёл себя в поезде: заносчивый богатенький кретин, который тыкал нам в лицо своим авторитетом и социальным положением. Вёл себя так, словно он - важная шишка, а мы так, пыль под его ногами. Провинциальные дурёхи, низший сорт.

- Энни, довольно сравнений, - поморщилась я, но всё же признала, что черноволосый задавака произвел на нас именно такое впечатление.

- А потом выясняется, что он - наш декан. И знает всё про Эннабеллу Гаубе и Диянику де Савеллину. Но знает нас лишь на бумаге! В поезде он даже не догадывался с кем имеет дело!

- Не совсем.

Помедлив, я всё же рассказала Энни о своём ночном бегстве от проводников после того, как обещала призраку исполнить его последнюю волю, а затем ошибочно вломилась в купе де Ареона.

- Штатный маг наслал на всех людей магические чары сна, но мы с тобой и Кристиан их даже не ощутили - в тот момент мы спорили из-за испорченной рубашки. И уже ночью, когда я очутилась в его купе, он сразу понял кто я. Почувствовал подвеску сквозь плотную ткань моей пижамы!

- Так вот почему ты вернулась в купе с разорванным воротом? - ахнула Энни.

- Именно так. Он отшутился, сказал что разорвал воротник на пижаме как месть за испорченную рубашку. Но я не забуду с каким странным взглядом он изучал подвеску. Словно ему было известно, что это такое.

- А что это? - не удержалась от вопроса Эннабелла.

- Подарок-оберег от моей мамы. Ты же слышала о Катарине де Савеллине?

- Величайшей некромантке столетия? О ней известно даже в самых отдалённых уголках нашей страны.

- Кроме Провичей. Катарина была моей мамой, - грустно ответила я. - Но давай вернёмся к разговору о Кристиане. Даю слово, что однажды я расскажу тебе всё о себе.

- Да, что-то я увлеклась. Так вот, весьма странно, что такого молодого и обеспеченного мужчину поставили деканом к горстке не самых именитых магов. Скорее, к провинившимся с недоброй славой. У него вообще отсутствует этика руководителя. Вместо того, чтобы с первой же минуты наладить с нами общение и сделать так, чтобы мы почувствовали себя командой, он словно нарочно пытается вбить клин между нами!

- С этим я бы поспорила, - не выдержав, я усмехнулась. - У него всё же получилось объединить нас друг с другом. Правда, на почве нелюбви к его персоне, но это уже детали.

Мне удалось поднять подруге настроение и до вечера мы с ней обсуждали подробности нашего общего плана, заодно подключили и Фаю. Арахнида громко пискнула, подтверждая, что ей понятна роль в будущем представлении и побежала доплетать незаконченную занавеску.

Глянув на часы, мы увидели, что близится час “икс”, то есть время ужина. Пожелав друг другу удачи, я подхватила пушистого фамильяра и запустила её под дверь актового зала Академии Дальстад, где проходили все торжественные мероприятия. Энни без видимых усилий приоткрыла тяжёлую дверь и скользнула следом за Фаей. Вышла оттуда минут через пять, с взъерошенными волосами, но весьма довольная собой.