Академия для двух невест

Глава 5(2)

Валерия Дубинина

Желание сжечь Громову вместе с её Лораном крепло с каждым днем. Я даже взяла в библиотеке знаменитый “Молот ведьм” в переводе, но с оригинальными картинками и цитатами. Занятные были авторы у книженции. Знали толк в ведьмах. Я искала, как правильно сложить костер и не нашла. Видимо, нужна другая книга. Зато нахваталась латыни, и теперь хлёсткие слова лезли из меня по любому поводу. Позёрство? Плевать. Зато я душу отводила, посылая по-латыни одноклассницу, а она не понимала, куда именно. И даже бледный друг из загробного мира ничем не мог помочь. Он не отходил от Громовой, а я сейчас бездельничала во дворе прямо в середине учебного дня.

Мою группа стихийников с позором выставили за дверь аудитории с лекции по молекулярной физике после того, как Макс приморозил преподавательницу к стулу. Напыщенный и самоуверенный дурак! Нашёл над кем изгаляться. Ида Яковлевна — обычная бабушка-одуванчик в огромных очках, блузке с жабо и узкой юбке самого что ни на есть старушечьего фасона. Ну, голос занудный, ну, трындит зазубренное когда-то, не вдаваясь в истинный смысл, но это же не повод! Примчавшийся на разбор конфликта Небулла так и сказал: «Радуйтесь, что кто-то вообще согласен преподавать физику в вашем сумасшедшем доме!» Раньше я за старшим воспитателем такой экспрессии в выражениях не замечала. Довели выходца из Ада. Приятно, что на этот раз не я. Мне наказаний за войну с некромантками хватало за глаза. Последний случай до сих пор не разобрали, Небулла ждал меня после лекций. И вот опять.

Макс вообще странный. Даже для мага странный. То носится, как угорелый, то сядет в уголочек и застынет с дебильно-пустым выражением  лица. О чём он там думает? О судьбах Вселенной или об очередной пакости? Помешались все на розыгрышах и подставах. Какое раздолье-то теперь с магией. Мои стихийники то воду разольют на полу в коридоре и заморозят до ровного катка, то сотворят вихрь и унесут конспекты и ручки под потолок. Прыгай потом за ними, как обезьяна, и вылавливай из доморощенного торнадо. Но одно дело развлекаться между собой, отрабатывая практические навыки, и совсем другое — на преподавателях упражняться. Да, иногда получается весело, но чаще некрасиво. Ида Яковлевна вот не оценила.

От нечего делать мы уселись на скамейки возле учебного корпуса. Территорию вчера тщательно подмели и практически вылизали. Двор ГУПМиК щеголял побеленными поребриками и подстриженным газоном. Тополя шумели листвой, стыдливо роняя остатки июньского пуха, щебетали птицы, а от летней жары было совершенно некуда деться. Я расстегнула ворот гимнастерки и рассматривала через прищур коллег-стихийников.    

Долговязый и длинноволосый Макс, своей бледностью больше похожий на гота-некроманта, чем на мага льда. Его подружка-блондинка Катя, предпочитающая тратить силу земли только на то, чтобы выращивать цветы. «Сиамские близнецы» Стас и Кирилл, маги воздуха. Мы прозвали их близнецами из-за привычки везде ходить вместе, а так они были похожи друг на друга не больше, чем котлета на макаронину. Рыжий и конопатый Антон. Такой же гордый поджигатель, как я, с самым низким уровнем силы среди стихийников. Только нам не подчинялись другие стихии от слова совсем. Тот же Макс спокойно зажигал артефакт-имитатор газовой плиты, Катя  крутила маленькие торнадо, а мне облом, печаль и горе.

— Эй, лови! — крикнул Стас и запустил снежком в Макса.

Долговязый увернулся и бросил в Стаса палку, просто и без лишней магии поднятую с земли. Не долетев до обидчика нескольких сантиметров, снаряд резко взлетел вверх и по дуге приземлился на ступени крыльца административного корпуса.   

— Щит ставить так и не научился, — хмыкнул Макс.

— Лучшая защита — контратака, — не растерялся Стас.

Пока они препирались, во двор университета заехала огромная машина, до ломоты в зубах напоминающая лимузин. Интересно, как она не разбила подвеску на наших ямах и ухабах?

— Глянь, — панибратски толкнул меня локтем в бок Антон, — никак президент Америки к нам пожаловал.

— Лучше, — фыркнула Катька, заправляя блондинистую прядь за ухо, — сам ректор из отпуска вернулся.

Тут, как говорилось в книгах, моё сердце пропустило пару ударов. В зобу дыханье спёрло, а голова закружилась до солидных вертолётиков. Ректор! Средоточие всего самого прекрасного, волнующего и сногсшибательного в любом фентези-романе о магических академиях. Он обязан быть знатным, богатым и ужасно красивым. К тому же ему во что бы ни стало нужно влюбиться в первокурсницу-попаданку. Эх, не вовремя Ксюха втрескалась в мастера Лорана. Вот какую рыбу стоит ловить в пруду ГУПМиКа!       

Я расчесала пальцами длинные волосы, пригладила мизинцем брови и поправила гимнастёрку.

— Зря, — насмешливо прокомментировал Антон наши с Катькой попытки прихорошиться. — Такие пигалицы, как вы, зрелым мужчинам не интересны. А полезете общаться, так всем ещё и влетит за то, что в учебное время торчим во дворе.

— Если ректор влюбится, то можно больше не учиться, — заявила Катька под неодобрительным взглядом Макса. Тоже начиталась книжек в мягком переплёте? Сколько первокурсниц сейчас думает точно так же? Пропал ректор! Лорана одна Громова донимает, а ему достанется столько женского внимания, что не унесёт.

Водитель в военной форме вальяжно обошел лимузин, чтобы открыть дверь. Я зажмурилась в предвкушении зрелища невиданной красоты и не ошиблась. Как вы думаете, куда делся весь средневеково-фэнтезийный пафос нашего отечественного Хогвартса? Правильно, сконцентрировался в ректоре.