Академия для двух невест

Глава 39. Переход

Валерия Дубинина

Мы собирались в мир тёмных так, будто опаздывали на поезд. Небулла притащил из подсобки три мешка и суетливо бросал туда всё, что попадалось под руку, практически не глядя. Какие-то консервы, зубные щётки, полотенца, тёплые носки. Запасной комплект формы он положил на кровать рядом со мной и приказал переодеться.

Лоран спал, его никто не трогал. Образно выражаясь, он в этой суматохе наши билеты на поезд. Если потеряем, забудем или испортим — никуда не поедем. Пусть отдыхает, ему нужны силы.

— Десантных капсул у нас два типа: большая и маленькая, — бубнил Костя, записывая для Громовой инструкции по встрече с цзы’дарийцами. — В одной шесть мест и багажное отделение, в другой восемнадцать и грузовой отсек. Там хранится наземный транспорт на всю группу. Но большую возьмут, если решат, что мне здесь совсем плохо. Следи за небом. Капсула спускается так, словно звезда падает. Яркий огонёк летит в ночи. Может, два или три огонька.

— Красиво, наверное.

— Да. Когда наши возвращаются из космической командировки, в небе над космодромом настоящий звездопад.

У обоих глаза горели. Они смотрели друг на друга, упиваясь влюбленностью, а мне было тошно. Такая особая форма зависти, когда у тебя всё паршиво, а кто-то рядом бесстыдно и безнадёжно счастлив. Я комкала в руках уже высохший платок и клялась себе больше никогда не приближаться к мужчинам. Не складывается у нас. До истерики, катастрофы и травмы на всю жизнь не получается строить отношения. Оба моих парня вытерли об меня ноги. Второй ещё и убить собирался, а перед этим решил изнасиловать. «Ты не достанешься ему. Если хочет, пусть подбирает объедки после меня».

Объедки. Он назвал меня объедками. И кто должен был подобрать?

Я уронила голову в ладони и посмотрела сквозь пальцы на Лорана. Показалось, что он сморщился от боли. Показалось. Мастер-менталист дышал ровно и спал. Нет, больше никаких парней, женихов и свиданий. Железно. Я лучше сдохну в одиночестве. Нецелованной, нетраханной, скучной и никому не нужной старой девой.

Хорианец дёрнулся во сне и сжал в кулаке угол подушки. Тоже плохо стало? Потерпите, мастер, скоро пройдёт. С вами никто даже не подумает сделать то, что сделали со мной. Почему я не родилась мужчиной? За что мне всё это?  

— В открытую они в ГУПМиК не придут, — продолжил Костя. — Сначала отправят пару разведчиков с дронами, а потом, когда убедятся, что внутри всё тихо, одного внедренца. Носи маяк с собой. Вообще не выпускай его из рук, ты поняла меня? Даже в душ его бери.

— А в туалет не надо? — съязвила Громова, но как-то беззлобно. — Я поняла, Кость. Если маяк найдут отдельно от меня, то никакие документы никто не получит.

— Вот именно, — вздохнул разведчик и вырвал из блокнота чистый лист. — Сначала покажи им рапорт. Нет, сначала назови моё имя и код аварийного маяка. Вот я написал его тебе в уголочке. Код и станет системой «свой-чужой». Знаком того, что ты говорила со мной лично, и тебе можно доверять. Рапорт просто отдай.

— А что за закорючки? — удивилась Ксюха, заглядывая в листок, где писал Костя.

— Цзы’дарийские глифы, — усмехнулся разведчик. — Я пишу на родном языке.

— Ой, затупила, извини. Для меня ты давно родной. Домашний.

Они улыбнулись, как два влюбленных идиота, и на этот раз задело не только меня.

— Костя, шевелись, — глухо зарычал Небулла. — Теряем время.

— Хорошо, — разведчик уткнулся в листок, а Громова едва заметно покраснела.

Королева ГУПМиК и Жанна Д’Арк в одном флаконе. Амазонка, чтоб её, валькирия. И это в противовес такой размазне, как я. Всё самое важное сложили на её хрупкие плечи, а она храбрилась и задирала нос. Будет, что рассказать внукам, да, Ксюшенька? Настал твой звездный час, радуйся.

И прости мне мой яд. Это я так… По привычке срываю на тебе злость. Удачи и чтоб ни один козел, вроде Герассу, не добрался до тебя, пока цзы’дарийский возлюбленный охраняет совсем другую девушку. Здесь Небулла, Занкх и другие преподаватели. Вы должны справиться, пока не прибудет помощь в лице тёмных.

— Пора, — кивнул старший воспитатель, когда Громова забрала у Кости готовый рапорт. — Нужно будить Лорана.

Мастер-менталист поднялся с кровати, опираясь на плечо разведчика. Я забрала три наших мешка, одёрнула форменную гимнастерку и встала рядом.

— Давайте без прощальных речей, — вздохнул Лоран. — Всем удачи, будьте сильными. Я начинаю.

Только теперь я заметила у него на запястье тонкий обруч, вспыхнувший зелёным светом. Крошечные огоньки срывались с металла и кружились в воздухе, рисуя арку. Словно тысячи светлячков, управляемые коллективным разумом. Арка пульсировала, то расширяясь до потолка, то сжимаясь в точку.

— Лоран? — встревоженно позвал его Небулла. — А ты удержишь?

— Да. Погоди немного, сейчас стабилизирую.

Светлячки успокоились и замерли. Внутри арки появилась чернота. Вязкая, как мазут. Это вообще нормально?

— Готово, — объявил хорианец. — Валерия, ты первая.

Ну, что ж, первая, так первая. Громова вдруг жалобно всхлипнула и зажала рот рукой. Моя очередь служить примером стойкости духа, хотя ноги тряслись, и сердце тяжело бухало в груди.