Академия для попаданки

6.

Оглянувшись подозрительно по сторонам (а не прячется ли где зубастая Мерзость), подхватываю свой саквояж и шагаю к Мерзусу. Тот сердито отодвигается, но благоразумно молчит. И мы имеем счастье наблюдать, как мои соотечественники воюют со своим багажом.

Зачем, спрашивается, столько вещей набрали? Были бы девушками, еще понятно: одно платье в сложенном виде у меня полсаквояжа заняло. Но мужская одежда намного удобнее и места займет куда меньше. Они что весь свой гардероб с собой приволокли?

Первым до нас доковылял Михаэль, груженный двумя чемоданами и рюкзаком. Кидаюсь ему помочь, забираю один из чемоданов, и он меня сразу тянет к земле. Тяжелющий!

— У тебя там булыжники? — интересуюсь шепотом.

— Книги, — так же шепотом отвечает Михаэль.

Мерзус тихонько хмыкает, явно подслушивая. Потом щелкает пальцами, и чемодан становится легким, как перышко. Судя по изумленному возгласу, Михаэль его багаж претерпел те же изменения. А вот остальным подоспевшим так не повезло. Парни сгибались под тяжестью чемоданов и баулов, потели, пыхтели, но мужественно молчали.

Я поворачиваюсь к Мерзусу и едва заметным кивком головы указываю на замученных парней. Что ему стоит и им помочь. Но Мерзус делает вид, что моего намека не понял, и манит нас за собой.

Академия, выглядевшая снаружи мрачной и компактной, внутри производила совсем другое впечатление. Учебные корпуса, возвышающиеся над остальными зданиями, располагались в центре. Более приземистые постройки, их окружавшие, являлись лабораториями, тренировочными залами, складами, библиотекой и прочими подсобными помещениями.

Общежития располагались по периметру, и от учебных и вспомогательных зданий их отделяла парковая зона, которая ничем от земного парка не отличалась. Та же песчаная тропинка, кустики вдоль нее, скамейки и клумбы. Протягиваю руку, чтобы сорвать приглянувшийся цветок с куста, а бутон превращается в зубастую пасть и злобно щелкает ими около моих пальцев. В последний момент успеваю отдернуть руку, но спина холодным потом покрывается.

Куда мы попали, если даже безобидный кустик тебя загрызть пытается? Отодвигаюсь подальше от зеленых насаждений и смотрю обеспокоенно под ноги. Возможно, что и так неприятные сюрпризы таятся. Ничего подозрительного не заметила, но дальше перемещалась исключительно на цыпочках. На всякий случай.

Парни же топали, как стадо слонов, крутили головами в разные стороны, как любопытные страусы. А под ноги смотреть и не думали, поэтому именно я первой заметила внезапно появившуюся у левого края тропинки зигзагообразную трещину, которая стремительно расширялась.

— Опасность слева! — кричу и пячусь назад, куда трещина еще не добралась.

— Стой, дура! — сердито шипит Мерзус, каким-то образом оказавшись рядом со мной и крепко ухватив за руку.

Из трещины между тем полезли бледно-розовые и склизкие на вид не то черви, не то корни. Мои соотечественники дружно ломанулись вперед, а там — новая трещина в земле. На этот раз поперек тропы.

Парни разворачиваются и бегут к нам.

— Стойте на месте! — повелительно кричит Мерзус и тянет меня с тропы.

Я упираюсь, не желая оказаться среди хищных растений, но Мерзус оказывается сильнее. И мне ничего не остается, как семенить за ним следом. Вопреки моим опасениям, нас с ним никто не трогает, а вот парням приходится уворачиваться от пытающихся ухватить их щупалец.

— Что это? — спрашиваю Мерзуса, теперь уже сама крепко вцепившись в него.

Как бы предвзято я к нему не относилась, но сейчас он — единственный, кто может помочь. Он-то наверняка знает, с какой напастью мы столкнулись, и как нам от нее избавиться.

— Корни хватай-дерева, — охотно поясняет Мерзус, — Они на колебания почвы реагируют, поэтому от корней не бегать нужно, а на месте замереть.

— А ну стоять! — гаркаю так, что даже Мерзус на меня уважительно смотрит, а уж соотечественники и подавно на середине движения послушно замирают.

Забавное зрелище получается: кто-то ногу поднял и так ее на весу держит, пытаясь изо всех сил равновесие удержать, кто-то скособочился, что чудом на бок не падает. И все смотрят на меня так, словно я во всех бедах мира виновата.

— Не шевелиться! — командую уже тише, надеясь, что и дальше меня послушаются.

Послушались. Замерли нелепыми изваяниями, только глазами меня убить пытаются. Да только мне от их враждебных взглядов ни холодно, ни жарко. Еще спасибо скажут, что спасла их если не от смерти, то от позора точно. Потому что мне с того места, где мы с Мерзусом находимся, прекрасно видно приближающуюся к нам процессию во главе с магистром темной магии Афольфиусом Первозданным.

Неужели нас, студентов по обмену, все-таки решили встретить, как полагается? Только очень сомнительно, что с таким выражением лица кого-то приветствовать можно. Скорее, распекать и наказывать. И я не ошиблась.

— Вильгельм Мерзус Пятый, — громогласно восклицает представительный мужчина в светлой мантии, — Вы разве не знали, что территория парка временно закрыта для посещения?

Мерзус виновато опускает голову, но глаза его довольно блеснули. Я-то рядом стою, поэтому все прекрасно вижу. Специально он нас сюда завел, хоть сейчас и начнет утверждать обратное.