Академия Дремачей

Глава 23. Пограничье. Сквозь сон – за границу реальности

Лада бежала по знакомой аллее старого городского парка. Высохшие листья шуршали под ногами, вечернее солнце цеплялось за верхушки деревьев, но она не замечала ничего. Слёзы застилали глаза. Веста… Мама была так близко. Спала рядом, и Лада не почувствовала. Столько времени потеряно. Если бы сразу… Если бы…

Перед её лицом юркнула птичка и растаяла — послание от Клима. Он нашёл способ предупредить, что её уже ищут. Они всё узнали.

Лада сжала кулак. Бежать. Быстрее.

Она выскочила на городскую улицу и влилась в людской поток. Ветер гнал пыль, рекламные вывески мигали, запах жареного мяса, бензина и вечерней сырости ударил в нос. Толпа текла, глухо шумела. Она смешалась с ней, исчезая.

На ходу она сплела несколько узоров снов. Золотистые линии вспыхнули между её пальцами — как тонкие нити паутины — и ушли в разные стороны, искать спящих и запутать её след.

Метро. Там сны — как клубы пара над водой: плотные, живые, мягкие. И они могут стать её дорогой.

Она спустилась в подземку. Вечер. Люди возвращались с работы, уставшие, полусонные. Лада видела их — как свечи, затухающие и мерцающие.

На ближайшей лавочке сидел мужчина, ссутулившийся, зажатый с двух сторон. Он уже почти провалился. Не сбавляя ходу, Лада начертила символ на своём запястье и коснулась его плеча. Переход произошёл мгновенно. Он плыл по реке, лицо сияло — он был счастлив, свободен.

Она вышла, даже не оглянувшись.

Дальше. Ещё один — мужчина у колонны, зябко кутающийся в шарф, глаза полуприкрыты. Лада вошла. Он шёл по лесу и вдруг увидел — белый гриб. Огромный, сочный. Улыбнулся.

«Нет, не то…» — подумала Лада, выходя из сна.

Платформа мелькала перед глазами, как смазанный фон. Она шла — почти бежала — мимо людей, ловя каждый сонный отблеск в их взглядах. Вот — женщина в возрасте, дремлет, устало положив руки на сумку. Лада скользнула внутрь.

Платья. Магазин. Цветы. Восторг.

«Опять не то…»

Поезд подошёл. Вагон наполнился людьми. Лада шагнула внутрь вместе с толпой. Потоки энергии в этом месте — густые, вязкие. Мечты, страхи, утомление — всё кружилось в воздухе, как пар из кипящего котла.

Она стояла у двери, сжимая поручень, пытаясь сосредоточиться.

Вглядываясь в лица пассажиров, Лада заметила молодого человека, склонившего голову, почти задремавшего. Его дыхание было ровным, а веки дрожали — он уже наполовину провалился в сон.

Символ на запястье вспыхнул едва заметным светом.

На расстоянии труднее, — подумала Лада. Но получилось.

Она скользнула в его сон, будто в воду: с холодком, но мягко. Лада сразу почувствовала страх. Вот это то, что ей нужно.

Внутри — светлый офис, серый костюм, трясущиеся руки. Он шёл на собеседование. Волновался. Подошёл к стойке, заговорил, слова путались — но его выслушали и приняли на работу. Он вышел… счастливый, лёгкий, почти прыгающий от радости.

Не то. Опять не то.

Лада выскользнула из сна, пошатнулась — и в этот момент поезд остановился. Толпа подхватила её, вытолкнула на платформу, повела вверх — по эскалатору, к шумной улице.

И вот она стояла среди города. Дома высокие, машины гудят, неон мигает. Повернулась влево — ничего. Вправо — снова пусто.

Где?.. Куда?..

И вдруг…

Женщина прошла мимо, толкая детскую коляску. В ней — ребёнок, спящий. Спокойный. Уязвимый.

Лада тихо пошла следом. Взмахнула рукой — и вновь символ на запястье вспыхнул.

Осторожно. Чтобы не спугнуть, вошла в сон ребёнка.

Свет, цвета, громкие звуки — огромный торговый центр. Малыш стоял посреди холла и плакал. Он потерял маму. Люди проходили мимо — равнодушные, безликие. Он звал, всхлипывал, тёр глаза кулачками.

И тут Лада увидела трещину. Она расползалась по полу, чёрная, как выжженный след. Из неё начал сочиться туман — вязкий, тягучий, словно дышащий злом.

Рождается кошмар. Пограничье. Это оно…

Малыш всё плакал.

Трещина становилась больше. Пространство дрожало, вибрировало. Лада приготовилась.

Сейчас. Я должна. Она побежала, собираясь прыгнуть в самую тьму.

Но в тот же миг чья-то рука резко схватила её за плечо.

Она обернулась —

Дориан.

В его глазах — молнии. Лицо каменное.

— Проснись.

Его голос ударил, будто колокол. Он дёрнул её.

И Лада очнулась — уже в реальности, посреди улицы.