Академия Эвейл. Подснежники для Люции

17

Между тем, обед завершился прекрасно, наш разговор плавно сместился в сторону моей учебы. Мы успели обговорить план подготовки к экзаменам, когда к столу снова подошел Марис и протянул лежащий на серебряном подносе запечатанный гербовой печатью конверт.

Как только официант ушел, Виктор победно улыбнулся мне и распечатал письмо. Пробежав глазами по тексту, он поднял свои невозможно голубые глаза на меня и произнес:

— Похоже, нам придется поговорить с отцом прямо сейчас! Десерт переносится!

— Но как? — я убрала выбившуюся прядь волос за ухо, - Он в МонтКлер?

— Люция, у меня здесь собственные апартаменты. Там есть артефакт связи.

Артефакт связи? Да я о таком только слышала! Они то ли были проектом, то ли начали появляться в столице. Слухи ходили, но больше были похожи на фантазии. Я даже не уверена, что у нашего ректора есть свой.

Я проследовала вслед за Виктором через весь зал в фойе ресторана ни разу не обернувшись, а после мы перешли в центральный помпезный холл отеля и подошли к лифту.

Эта гремящая, но изящно украшенная кабина подняла нас на самый верхний этаж. Выйдя, я увидела всего две двери.

— Это мой номер, — показал Виктор на дверь справа, где не было никаких табличек, только замки-артефакты, определяющие хозяина.

— А вторая? — я прокручивала в голове несколько вариантов.

— Моих родителей. Там никто не живет.

Получается, у семьи Виктора в их собственном отеле есть целый этаж.

***

Обстановка номера была странной.

Когда я нерешительно переступила порог, то оказалась в еще одном светлом бежевом холле, вторящем обстановке всего отеля. Те же шелком обтянутые стены, та же лепнина и высота потолков, свет, зеркала.

Но вот на одной из мягких кушеток-рекамье были оставлены какие-то чертежи, а у небольшой богато украшенной консоли светлого дерева под вазой с свежими цветами сгрудились нераспечатанные конверты разных мастей.

Виктор привычным жестом скинул пальто и оставил его на незанятой бумагами кушетке и, не глядя на меня, распахнул следующую дверь.

«Ну конечно, зачем ему искать вешалку и следить за порядком, — вздохнула мысленно я. — Придет еще один Марис или Марсель и все тут уберет».

Я стояла у порога и не решалась сделать шаг вперед.

На полу расстилался такой же светлый, как и все вокруг ковер, мягкий даже на вид. Виктор просто прошел по нему. В той же самой обуви, в которой он был в ресторане. Он не стал разуваться, он даже не задумался об этом! Его ботинки были чисты, и видели снег только по пути из отеля до автомобиля.

А я стою, смотрю на свои старые, подмокшие в пути до ресторана сапожки и не могу заставить себя ступить на нежный ворс.

Виктор тем временем вернулся обратно и недоуменно посмотрел на меня, мол, что это вы мнётесь на пороге.

Я сделала вид, что занята расстегиванием пуговиц у пальто. В груди кольнуло, и на глаза навернулись глупые слезы. Я злилась на себя, злилась на него. Виктор снова скрылся в следующей комнате.

И в этот момент, я так остро ощутила свое несоответствие всему вокруг! Что я тут делаю? Крошечная деталь указала мне мое место быстрее, чем взгляды соседей по столикам в ресторане или некоторых особ нашей академии.

Здесь нет Эви, который откроет мне ворота. Никто мне не поможет. И если я согласилась на эту роль, то и решаться я должна сама.

Готова ли я наследить в жизни аристократов, и будет ли для них этот след значить хоть что-то? Заметят ли они его?

Я постаралась так же небрежно бросить пальто на кушетку-рекамье, но не удержалась и сложила аккуратно. И, выдохнув, ступила на светлый ворс. Сделав пару шагов, я оглянулась — ни пятнышка!

«Глупая, глупая Люция! — горько усмехнулась я. — Бытовые артефакты убрали грязь быстрее, чем ты создала новую! Так что смелее! Твой след даже не появится в их жизни, так что ты свободна! Хватит думать о других, думай о себе».

С этими мыслями я расправила плечи и прошла вслед за Виктором.

Обстановка этой части апартаментов была еще более странной и на удивление обжитой. По задумке архитектора это, наверное, должен был быть овальный зал для приема гостей.

Уютный камин, огромный обеденный овальный стол светлого дерева, тяжелые стулья с золотой обивкой, несколько кресел, кофейный столик, напольные вазоны с цветами, рояль, огромная хрустальная люстра — практически полностью повторяли интерьер ресторана, но здесь все кричало о хозяине. Я с улыбкой рассматривала невероятных размеров чертеж, занимавший практически всю площадь стола, расставленные по его краям книги, не дающие листу скрутиться в рулон. В креслах снова лежали книги, кофейный столик был завален вскрытыми письмами, рояль явно не использовался по назначению, и на его крышке красовались интерьерные мелочи, которые явно мешали хозяину: начиная от статуэток и заканчивая диванными подушками.

Но предметом, который поглотил все мое внимание балы переговорный аппарат. Он напоминал напольные часы и был втиснут в простенок между двумя огромными окнами. Виктор стоял около него и что-то там настраивал и подкручивал.