Академия Эвейл. Подснежники для Люции

21

Вечер был окончен. Вспомнилась скатерть за праздничным столом. Сначала она праздничная, накрахмаленная, а потом кто-нибудь обязательно ставил кляксу: проливал яркий напиток или ронял что-то жирное. Тогда мама меняла ее и все чувствовали, что праздник окончен. Так и сейчас. Встреча с Тибо была кляксой на праздничной ярмарке, мы ехали в магмобиле Виктора в сторону академии. Он настоял на том, чтобы отвезти меня. А я потихоньку расслаблялась.

Мало ли зачем приехал Тибо де Жуан? Может быть, правда, оказался случайно, или его отправили по работе. Может быть, он ничего такого не имел в виду и правда хотел просто поздороваться с единственным знакомым человеком в городе.

«Нет, Люция, – строго одернула себя я, – не начинай придумывать ему оправдания. И вообще не думай о нем, думай лучше об экзаменах».

Затянувшееся молчание я разрушила первой.

- Куда мы поедем завтра? Надо ли мне подготовиться как-то? – спросила я нарочито веселым голосом.

- Завтра мы поедем на конезавод, – спокойно ответил Виктор, неотрывно глядя на белую дорогу, – я все подготовлю, только оденься потеплее.

- Хорошо, – произнесла я и стала разглядывать темный на фоне снега лес.

- Интересно, – подумала я вслух, – все, что я вижу сейчас, это моя стихия. Мне все (включая Тибо, – мысленно нахмурилась я) твердят о моем потенциале, что его нужно развивать, что нельзя упускать время, что я должна много учиться. Но практически никто не может мне помочь дар почувствовать по-настоящему. Я так устала от одинаковых объяснений.

Виктор ничего не ответил, но я понимала, что он внимательно слушает.

- Знаешь, – продолжила я, – единственный, кто реально помог, это безумный Анри Фоу… Хотя тебе я тоже очень благодарна! У меня успехи в теории! Но в практике ты не сможешь мне помочь.

Я старалась сгладить свои слова, мягко улыбаясь.

Виктор вдруг остановил машину. С прищуром посмотрел на меня сквозь длинные черные ресницы, и в его глазах загорелся озорной огонек.

- Поехали! До закрытия ворот академии успеем, - сказал он и резко тронул магмобиль с места.

Теперь мы ехали быстро и буквально через несколько минут, когда мы практически доехали до академии, Виктор свернул на небольшую дорогу.

Она вилась между огромных деревьев и уходила куда-то вверх, в гору, поднимаясь все выше и выше. Снег тут был не чищен, и только небольшая колея показывала, что изредка кто-то пользуется этим ответвлением. Снег шапками лежал на кронах, и деревья под его тяжестью сгибались, образуя полог. Ветви низко переплетались, и во время движения, складывалось ощущение, что лес сам открывает нам путь с каждым преодоленным метром. В нескольких местах машину подкинуло, в какой-то рыхлой яме мы чуть не застряли, но все же забрались наверх.

С лица Виктора не сходила улыбка, он явно наслаждался экстремальной ездой по зимнему лесу, а я сидела, вцепившись в какую-то ручку на двери. Мне было страшно, сердце стучало о ребра, но при этом я хотела продолжения и восхищенно смотрела, как этот нетипичный аристократ с мозолистыми руками ловко управляется с магмобилем и преодолевает любые препятствия.

И вот мы вынырнули из леса и оказались на открытом пространстве.

Виктор заглушил двигатель, и на нас обрушилась тишина.

Нам открылось снежная целина, укрывающая белым одеялом все вокруг, простирающаяся на десятки метров вперед и обрушивающаяся вниз, в темноту. Черное, но не плоское, а глубокое небо было пронизано звездами. Они переливались, подмигивали нам и словно бы разговаривали, посылая немой сигнал. Стояла такая тишина, что было слышно наше дыхание. В этой маленьком магмобиле находились два крошечных человека, и для них одних были грандиозные вечные горы, снег, небо.

- Осторожнее, тут глубоко... Подожди, - сорвался клубочек пара с губ Виктора, когда он распахнул дверь со своей стороны.

Он аккуратно подошел ко мне, держась за капот, чтобы не проваливаться в снег, оставляя в нем глубокие следы. Открыв дверь, Виктор подхватил меня, словно маленькую девочку, под мышки и поставил перед собой:

- Иди по моим следам, - я только кивнула в ответ, завороженная окружающей красотой.

Юбка мешала, сапожки сразу промокли, я старалась идти вперед, наступая точно в следы. Неожиданно большие ладони подхватили меня за талию. Это было так неожиданно, что я даже не дернулась, когда Виктор взял меня на руки и посадил на горячий капот.

Кудряшки у лица покрылись инеем от горячего дыхания и стали белыми, как и ресницы сидящего рядом мужчины. Мне, вдруг, отчетливо стало понятно, что он очень красивый, раньше я это отмечала, но только сейчас по-настоящему увидела.

Здесь было значительно холоднее, чем в городе и академии, и от мороза, а может быть, от высоты казалось, что звезды так близко! И еще казалось, что они мерцают и переливаются всеми цветами радуги, медленно меняя оттенок. И казалось возможным, что пар нашего дыхания долетит до них, отогреет и передаст привет.

- Это все моя стихия... - прошептала я, разглядывая суровые темные утесы, лес, скалы.

Такая огромная. Такая чистая, настоящая... В ней так много правды.

Виктор молчал.

Молчала и я.