Академия Эвейл. Подснежники для Люции

33

На меня разом навалились воспоминания, которые я гнала от себя как можно дальше все время это время.

В них я переместилась к самому страшному моменту нашего романа с Тибо.

После ссоры с девушками из гимназии, после потерянной девичьей репутации, после обнаружения другой невесты у «жениха», наступил период, когда я не могла объяснить всего даже Анне, ведь невозможно передать свои ощущения другому.

Тогда у меня стали пропадать вещи, я получала записки с признанием в любви и заверением вечных чувств. Они не были рукописными, но я догадывалась, что они от Тибо. Он мерещился мне повсюду, мне казалось, что бывший жених меня преследует, при этом, во время встреч на экзаменах он вел себя подчеркнуто холодно. Я чувствовала, как чувствует дичь, что на нее ведется ох-о-о-та. Я пыталась себя успокоить, приводя доводы, что мне могло показаться, что записки мог писать кто угодно и с любой целью, что, возможно, я и правда теряла вещи. Но это помогало на короткий промежуток времени. До следующей встречи, письма или внезапной паники во время прогулки.

Я не могла себя защитить, не могла никому рассказать, у меня не было ни одного доказательства, и я стремилась уехать из города как можно скорее, чтобы, наконец, избавиться от жуткого ощущения. Анна верила мне, но при этом ничем не могла помочь. И вот сейчас, спустя столько месяцев, это чувство проявилось снова. Животный страх, охота, преследование, ожидание удара.

Переехав в академию, все страшные ощущения пропали, я старалась запихать их подальше, стереть из памяти. Но приезд Тибо все изменил.

И либо я сошла с ума, либо это жестокая правда, которая известна только мне.

Очнулась я от размышлений, только когда лифт звякнул колокольчиком, оповещая об открытии дверей. Я и не заметила, как мы дошли до отеля, поднялись по ступеням, как зашли в тепло.

Я кинула взгляд на Виктора, но казалось, что он тоже погружен в свои мысли. Его взгляд казался колючим льдом. А снег облепил пальто сверху донизу.

«Наверно, он сильно замерз, – подумала я, оглядывая свою одежду, на которой снега было меньше, – похоже, он укрывал меня от ветра снова, ограждая меня от злой непогоды».

- Виктор, – спросила я, как только мы вышли из лифта, – у тебя есть зелья? Я боюсь, ты можешь заболеть. Позволь позаботиться о тебе?

Он встрепенулся.

- Да, конечно, сейчас я закажу нам что-нибудь согреться и попрошу принести укрепляющее средство, болеть нельзя, – он погладил меня по щеке, и его глаза потеплели, – Не перед экзаменами.

От этой ласки, которая вышла у него так естественно, мои щеки залились румянцем, а Виктор продолжил:

- А после ты мне расскажешь, что случилось и почему ты оказалась на улице. В любом случае, ночь будет долгой, и коротать нам ее вместе.

Только тут я сообразила, что мы зашли в апартаменты Виктора в отеле. Я следовала за ним так легко, что мне было абсолютно все равно, куда мы идем. Я бы шла за ним сквозь метель хоть в автомастерскую, хоть в таверну, хоть пешком в академию, даже зная, что до закрытия ворот мы все равно не успеем.

Уже привычно я сняла пальто, но на этот раз аккуратно повесила его на спинку дивана и, смирившись с неизбежным, произнесла:

- Раз так, то тогда давай поддержим легенду жениха и невесты? Разожжём камин и устроимся у него учить билеты?

- Нет. Мы поужинаем, если хочешь, с камином, а потом ты пойдешь спать, - он указал на дверь, находившуюся внутри овальной гостиной ровно напротив знакомой двери, за которой мы обедали днем.

Я прошла туда, и оказалось, что за ней располагаются такие же личные покои, как и у Виктора. Сначала небольшой аванзал, а из него дверь в спальню и ванну.

Спальня была также красива, как и все помещения отеля, но была выполнена в бордовых и розовых оттенках. Кровать с темным бархатным балдахином, темная мягкая мебель, светлые стены и пол. Два окна с тяжелыми портьерами, столик с косметическими принадлежностями — всё было идеальным, но нежилым.

Ванная комната выполнена из розового мрамора с множеством золотых деталей. Самым главным ее предметом был небольшой постамент, в котором скрывался бассейн, рядом находился душ, ванная, шкафы из заговоренного от намокания дерева с различными маслами и травами.

А вот аванзал был светлым и оттого казался больше, чем такое же помещение на территории Виктора. Здесь было много живых цветов, книжный шкаф и одно кресло с пуфиком для ног. Наверное, эти покои принадлежали Сюзи, сестре Виктора.

Умывшись, я поспешила вернуться в гостинную и зашла в тот момент, когда на столике у камина Марис, давнишний официант из ресторана, расставлял легкие закуски и горячие напитки. Воздух наполнился ароматами меда и трав, а еще хвои.

Вместо вездесущих в этом отеле пионов в вазе стояла колючая еловая ветвь с шишками, украшенная магическими огоньками.

***

Дорогие друзья, ждем реакцию Виктора!

Спасибо за звезды, просчтения, рекомендации и комментарии!

Вы — моя суперподдержка!