Академия Эвейл. Подснежники для Люции

62

Сначала я увидела сизое марево, наползающее из-за очередного поворота дороги, а потом почувствовала острый запах машинного масла и гари. Я побежала с такой скоростью, что оказалась там буквально через мгновенье. Сердце подсказывало, что Виктор рядом.

Светящаяся струна обогнула что-то темное и скользнула в лес, где выстрелила в небо и опала, погаснув у самой земли, словно бы указывая на достигнутую цель. И я, подбежав поближе, чуть не закричала.

Этим темным пятном был искореженный магмобиль Виктора. Он сгорел. Воздух был пропитан запахом чего-то химического и паленого. Но струна указала мне на место рядом и я свернула в лес.

Привалившись к дереву, с рассеченным лбом, в опасной близости от почерневшей груды металла лежал Виктор. Его глаза были закрыты, дыхание не было заметным.

Упав перед ним на колени, я быстро приложила руку к оголённой шее. Меня всю, от кончиков пальцев, касавшихся снежно-белой кожи с синюшными прожилками вен, до волос, затопил ужас. Он был похож на лёд. Холодный, выглядевший неживым. Ища хоть что-то, я бегло осмотрелась и отметила, что крови нигде нет.

Я выдохнула. Оказалось, что я не дышала последние несколько секунд, пока осознавала увиденное. Видимо, он выполз из магмобиля и потерял сознание, а потом… Лёгкое подрагивание под моими пальцами. Жив!

Я пошарила по чужим карманам пальто, пытаясь найти хоть что, что может помочь, но они были пусты. Тогда, как нас учили, я ощупала Виктора и, убедившись, что он цел, кости не сломаны, открытых ран нет постаралась успокоиться.

Глупая я! Он замерзает! А я сижу и хлопаю глазами! Что же делать? Что я могу сделать?

Вызвать подмогу? Ракетницы у меня не было, сигнальный огонь запустить в воздух я не могла. Думай, думай, Люция, как ему помочь.

Нет, сначала надо его как-то обогреть или защитить от холода.

Я наскоро выстроила земляной щит, благо они не забирали много энергии, и укрыла от ветра, но этого было недостаточно. Он длительное время пролежал на снегу. Даже если я взвалю его на себя и так потащу до академии, не факт, что мы дойдем, и что он не умрет от переохлаждения раньше. Даже если лес рядом, укутать не поможет, он промерз так, что ему нужен прогрев изнутри. Еще раз пошарив по карманам в отчаянной надежде найти хоть что-то, я заплакала. Ничего.

Тогда я спохватилась и поставила еще одну стену, вокруг магмобиля на тот случай, если он взорвется. Может и зря, но я в этом мало понимала. А дальше я не знала, что делать.

Так, соберись. Слезы хоть и горячие, но его не согреют.

А что согреет? Огонь. Огня нет. Горячего питья нет. Воздух ледяной. Что делать?

Как нагреть землю? Желательно под ним? Вырастить траву? Но она только разроет снег, это я и без магии могу.

Так. Земля. Моя. Она же бывает летом теплой и даже горячей. Но лето я не организую. Солнцем не управляю. Что еще?

Вулканов поблизости нет, да и чем они помогут.

Так, стоп. А если? Ну, это, конечно, на грани, но вдруг получится, если нет, то потащу его на себе или на еловых лапах до академии. Оставить его здесь точно не вариант.

Решившись, я очертила вокруг Виктора круг прямо на снегу и сама зашла в него.

Первым делом, расчистила сугроб и нашла под ним пожухлую траву вперемешку со мхом. Приложила к ней ладони. Холодно, как же холодно. Пальцы сводило от боли и мне казалось, что ничего не выйдет.

Я запретила себе думать о поражении. Нет. Всё получится. Сосредоточилась и представила то самое место в горах, куда водил меня Виктор.

Там снег. И ранней весной тоже, хоть уже и начинает пригревать солнце. А вот ближе к середине, в апреле, вокруг деревьев начинают образовываться проталины, снег тяжелеет и проседает. Под уже тёплым солнышком земля постепенно оголяется, скидывая зимнюю белую шубу, и стыдливо открываются первые прогретые участки.

Каждая травинка, каждое семечко, оброненное цветами или птицами, ощущает пробуждение и жизнь. Тянется к свету, тянется к теплу. Крошечные листочки прорезают землю и проклёвываются зелёными иголочками, раздвигая прелую листву и хвойный покров.

С каждым тёплым днём земля всё глубже прогревается, просыпается и отдаёт энергию жизни. Весна. Новыми звуками и ароматами наполняется лес: журчание ручьёв, пение птиц, запахом мокрой земли и талого снега, свежестью.

Пахнет весной, ни с чем несравнимый аромат после зимней спячки… Время бежит дальше, и земля становится ещё теплее, и из неё выскакивают первоцветы. Хрупкие подснежники в низинах и впадинах, а на солнечных пригорках яркая мать-и-мачеха. Травы ещё мало, но цветы уже празднуют жизнь. Их едва уловимый аромат щекочет нос, да так, что хочется чихнуть.

-Апчихи! – громко чихаю я и распахиваю глаза.

Темные круги пляшут перед глазами, застилая все тьмой с радужными кольцами. Они кружат, словно на карусели, я теряю ориентацию в пространстве и все, что я успеваю отметить перед тем, как потерять сознание – это оттаявший пятачок земли на котором лежит Виктор. Между его безвольных пальцев пробивается трава, он завалился на бок, больше не опираясь на ствол дерева. А его длинный выдох-стон качнул стебель белого подснежника.

***

Жду вас завтра, друзья!