Академия Города Химер 3. Срывая маски

Глава 14. Поворот шахматной доски (3)

Когда сквозь занавес дождя стало видно верхушки трех башен, сердце Майи забилось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет через горло. Ландо несло девушку по ночному городу уже почти час. Крыша кое-как защищала от дождя, но от ледяного ветра не спасала. Майя успела прозябнуть, от чего ежилась и куталась в плащ.

Ландо заехало в сквер, и Майя попросила кучера остановить, сказав, что дальше доберется сама. Она не стала ждать, когда ей помогут выйти, сама спрыгнула на землю и понеслась по аллее, игнорируя встречные лужи. Очень скоро ее сапожки промокли насквозь, как и вся одежда. Подол платья из благородно синего стал грязно-серым, отяжелел и путался под ногами.

Майя поспешила в темноту чащи, и по знакомой тропинке вышла к бульвару. Замкнутые ворота Академии подсвечивались двумя фонарями над аркой. Из-за густых туч было трудно понять, как близко рассвет. Замок сейчас по большему счету пустовал. Шло лето, у адептов каникулы. В Академии в этот сезон работают в основном учителя и персонал. Однако Майе только бы добраться до ворот и попросить Люси пустить ее под защиту стен замка. А там даже Маскарон через свои зеркала ее не найдет.

Прячась в темноте сквера, Майя окинула взглядом бульвар, проверяя, нет ли поблизости стражей. Вдруг одна створка ворот открылась, на дорогу вышел мужчина в черном плаще.

Майя застыла, как вкопанная. Профессор Семироз держал над головой черный зонт. Майя и забыла, что с тех пор, как отца снова заставили выполнять обязанности стирателя, ему приходится работать в замке по ночам.

Чародей поспешил к бульвару. В теплом свете уличных фонарей его кожа все равно оставалась слишком бледной, под глазами залегли темные круги от недосыпания. Он словно немного постарел, а может это так тени обостряли морщины на мрачном лице.

Майя шагнула и едва удержалась, чтобы не кинуться к отцу, позабыв обо всем на свете.

Позади послышался свист. Не успела девушка осознать, как рефлекторно уклонилась, магическая сеть пролетела мимо и повисла на кустарнике за спиной Майи. Обернувшись, девушка резко послала огненный клинок туда, откуда пришло заклятие.

Силуэт между деревьев ловко уклонился, фонарь едва выхватил высокую фигуру. В слабом свете показался кто-то с волчьим черепом, скрывающим лицо под капюшоном. В больших черных глазницах сверкнули звериные глаза. Майя достала кинжал, во второй руке вспыхнуло проклятое зеленое пламя.

– Не подходи! – зло предупредила Майя. – Иначе выжгу тебе сердце!

Она узнала нападавшего. Видела его только раз на церемонии получения даров, но этого хватило, чтобы она запомнила Волкодава Кожедера. Он подарил ей несколько шкур: медвежью, саламандры и… человеческую. Тогда Майю чуть не стошнило. В Мире Теней он был знаменитым охотником за головами. Видя его горящий взгляд, она понимала, что сейчас он намерен заполучить и ее голову…

Волкодав Кожедер не двигался. Затем он повернул голову в сторону уходящего чародея и вздернул руку. Лицо Майи вытянулось, когда она поняла, что следующее заклинание полетит в ее отца. Она сорвалась с места и понесись на чернокнижника. Но тут за спиной треснула ветка, над головой что-то блеснуло.

С разворота Майя успела отбить огненной лентой две вспыхнувшие монеты. Однако еще две упали у ее ног. Майя хотела отпрыгнуть, но поскользнулась на размокшей земле. Она устояла, но не успела отскочить. Руны на монетах активировались, ноги Майи оплели веревки. Девушка вскрикнула и упала на траву.

Она кинулась с кинжалом к веревкам. Кто-то сзади схватил ее за шиворот и поднял так легко, словно она ничего не весила. Не видя врага, Майя с силой ударила клинком под ребро противника. Лезвие вошло в что-то твердое, словно в дерево, и застряло там. Развернув голову, девушка замерла: ее держала кукла, скорбная гримаса едва проступала во мраке сквера.

– Паршивая ведьма! – воскликнула Грех и сжала девушке горло. – Думала сбежать от Мастера!

Майя направила в маску огненную ленту, но кукла даже не дернулась. Одежда ее вспыхнула, но вот маску и поразительно сильную руку в перчатке никак не задело. Кукла с силой ударила Майю о землю. В глазах у девушки заискрилось, на легкие словно обрушился булыжник. Холодная рука продолжала держать горло стальной хваткой.

– Хватит! Мастер сказал привести ее живой! – сквозь гул в ушах услышала Майя вскрик Смех.

Девушка снова попыталась сплести заклинание, но бесполезно: руки не слушались, а голова шла кругом.

– Отец! – выкрикнула Майя, но ее хриплый голос утонул в шуме дождя.

За спиной кукольной служанки появился Волкодав Кожедер. Он склонился над судорожно хватавшей воздух Майей и накрыл ей рот какой-то тряпкой. Она отчаянно замычала, смотря на удаляющуюся фигуру отца.

«Обернись! – взмолилась она. – Прошу тебя, обернись! Обернись же!!!»

Но силуэт мужчины все растворялся под вуалью сильного ливня. Перед глазами сомкнулась темнота.

***

Когда Майя пришла в себя, ее несли на плече, как какой-то мешок картошки.

Девушка часто заморгала, пытаясь понять где она и что происходит. Темнота не прошла, и Майя поняла, что на голове мешок. Язык болел, в горле застыл металлический привкус. Кажется, она прикусила язык, когда кукла ударила ее о землю.

Майя попыталась вспомнить, что с ней случилось. И едва не выругалась самыми неподобающими для леди словами.

Как она могла потерять бдительность?! Увидела отца и не заметила приближение врагов! А ведь отец был так близко… Их разделяли каких-то несколько десятков шагов!

Майя поморщилась, стараясь сдержать подступившие к глазам слезы. Чтобы не разрыдаться, она прикусила и так ноющий язык и скривилась. Руки болели и оказались крепко связаны за спиной. Судя по всему, зачарованной веревкой: руки не могли плести никаких заклинаний. Зато ноги больше ничего не сдерживало. Майя вспомнила, что попалась в магию золотых монет. Выходит, они еще остались у Маскарона от Лесаны. Или же за ее спиной он поручил сделать новые…