Академия Города Химер 3. Срывая маски

Глава 22. Собираясь с силами (1)

В кабинете ректора уже довольно долго царила тишина.

Сжимая в руках чашку горячего чая, Майя сидела на диване. Рядом с ней лежал венец, который декан вернул ей по возращению в замок. Когда они разместились в кабинете отца, у профессора Семироза к ней было много вопросов. Рассказ Майи затянулся на несколько часов.

Она поведала про три желания, что она задолжала магу в маске. Про ночь коронации, про прошлое Маскарона и трагедию с его народом. Затем осторожно упомянула про заключение в Пожирателе Судеб, упустив подробности пыток, но рассказав, как Морган признался, что Ковену давно известно, за что мстит маг в маске.

Так же она рассказала, что сам Маскарон четвертый Основатель города. Его влияние на Цветоч до сих пор отставляло вопросы, но точно Майя знала одно – Академия Тайлогос как-то связана с появлением армии монстров. Маг позаботился, чтобы замок построили по образу, который придумал он. Не говоря уже о том, что Маскарон провернул жертвоприношение на Источнике в башне Тайлогос.

Эта новость сильнее всего озадачила отца. Он задумчиво сидел за столом, переплетя пальцы перед собой и нахмурив брови. Майя понимала его чувства – осознать, что твое искреннее желание создать что-то полезное и благородное с самого начала использовали для какой-то темной и мерзкой цели.

Эльдар стоял у подоконника скрестив руки. Он повернулся к окну, Майя видела его лицо в отражении, скрытое тенями. На улице уже царила темнота, и парень неотрывно смотрел в нее. Впрочем, Майя подумала, что видит он сейчас вовсе не звездное небо и черные силуэты гор. Когда Майя рассказывала историю Маскарона, они часто с Эльдаром пересекались взглядами. Это была та история, которой она хотела поделиться с ним еще у озера в лесу. Та, которую он тогда отказался слушать. Та, из-за которой они не виделись долгих два месяца.

Теперь Эльдар узнал правду. Узнал, что за сила вела того, кто убил его семью. Но Майя не могла прочесть по его лицу никаких чувств – он опять их умело скрыл за маской отстраненности.

Сидевший на одном диване с Майей профессор Белозор что-то быстро писал в своем блокноте. Весь вечер он фиксировал важные сведенья, пока девушка говорила.

– Выходит, Маскарон на самом деле падший ангел, – подал он голос, отложив блокнот и изящно отпив из фарфоровой чашки. Профессор Семироз и Эльдар отказались от чая, когда декан предложил. – Гении места в некоторых культурах приравниваются к божествам. Обычно светлым, несущим защиту и покровительство. Это объясняет и долгожительство мага, и его силу. И его желание служить, пусть весьма извращенным образом. – Декан посмотрел на Майю, и она увидела свое отражение в его черных очках. – У него это такая же потребность, как у художника в музе.

– Мы имеем дело с духом-хранителем, – произнес профессор Семироз. – Создания, вроде гениев места, служат сотни лет одной цели. На сколько мне известно, они могут жить одним чувством очень долго. Будь то желание защищать или мстить. И теперь он зол еще сильнее.

– Сейчас важнее, откуда он призовет Армию, – произнес Эльдар, поворачиваясь к остальным. Он оперся корпусом на подоконник. – Майя, ты не говорила Лауре, когда отдать отцу маску?

Майя уже рассказала про власть маски над Армией и похищение артефакта у мага. Чем вызвала новую паузу, пока все изумленно смотрели на нее. И пока ее не закидали вопросами о подробностях, где меньше всего ей хотелось рассказывать, как она приковала мага к кровати, она заявила, что Маскарон намерен натравить бесконтрольных чудищ на город.

– Я сказала Лауре самой решать, как и когда отдать отцу маску. Маскарон мог узнать у меня что угодно, так что я решила не знать о дальнейших планах Лауры.

– Я могу отправить на ее поиски жителей Сумрачного Двора, – сказал Эльдар.

– Попробуй, но сомневаюсь, что твоя лесная братва ее найдет, – отставил чашку с блюдцем профессор Белозор. – Раз даже оборотни Маскарона не нашли ее, она хорошо прячется.

– Думаю, она скоро сама придет к нам, – сказала Майя. Жаль, она не могла послать Лауре послание, что ждет ее в Академии.

– Уже поздно, – произнес профессор Семироз, посмотрев на напольные часы. – Майя, это все, что мне стоит знать? – повернулся он к дочери.

Майя неспешно отпила чай, давая себе время обдумать ответ. За этот вечер она открыла много тайн. Начиная от истребленного народа Акротер и заканчивая связью Маскарона с созданием Академии. Однако Майя пока не представляла, как сказать отцу про сделку матери и мага в маске. Точно не сейчас, когда отец и так нагружен мыслями про роль Тайлогос в войне и предательством своего давнего друга.

– Самое важное, что касается угрозы городу, я рассказала.

Профессор Семироз кивнул и вручил Майе ключ от мансарды возле западной башни. Он объяснил, что там гостевые комнаты с кроватями, где она может переночевать.

– Домовики обеспечат тебя всем необходимым, – сказал ректор. – А к вам двоим у меня еще остались вопросы, – обратился он к юноше и учителю, подразумевая, что они так и не рассказали про схватку с магом.

– Пусть Эльдар проведет Майю, а я начну все объяснять, – сказал декан. – Не хорошо пускать леди ходить по темному замку саму.

Майя удержалась от уточнения, что после жизни в мрачном, полном чудищ подземелье темнота пустого замка пугает ее не больше песочницы. Но вспомнила взгляд всех троих, когда она стояла с ножиком, и разумно промолчала. Возможно, даже здесь ей придется играть роль. Роль той Майи, к которой все ее близкие привыкли.

Она поднялась и повернулась к ректору. Он сидел задумчивым и мрачным.

– Даже не сомневайся, – сказала она. Профессор Семироз поднял на нее вопросительный взгляд. – Не сомневайся в том, что основал Тайлогос. Она принесла городу много пользы и еще принесет. Мы не дадим войне все испортить.

Профессор Семироз благодарно посмотрел на нее.

Они с Эльдаром вышли из дирекции и на миг погрузились в кромешную тьму коридора. В ладони парня вспыхнула огненная стрекоза и взмыла над головами. Увидев ее, Майя не сдержала улыбки. Она помнила много вечеров, когда пламенная летунья освещала им двоим дорогу – когда зимними вечерами они шагали к секретной калитке, а под ногами хрустел серебристый снег; когда шли через ночной лес в самую опасную и волшебную чащу. Эта огненная стрекоза была заклинанием, что Майя увидела на первом уроке магии в академии. И тогда казалась настоящим чудом.