Академия Города Химер 3. Срывая маски

Глава 26. Искажение (2)

Светлый совет – группа министров в чародейском обществе, которая помогала в управлении города властям. Обычно они вели свои дела отдельно от министров Городского совета, что состоял из обычных дворян без магического дара. И хоть официально совет чародеев не управлял Цветочем, они значимо влияли на него из тени.

Поскольку Лаура не могла участвовать в тайном совещании, она отправилась в конюшню навестить Льдинку. Эльдар на завтрак не пришел. Майя убеждала себя, что это он просто не хочет ее видеть. Но тревога за него червячком грызла изнутри.

Зал совещаний располагался по соседству с библиотекой. Обычно там устраивался Ученый совет с учителями Академии, но сегодня должно пройти секретное заседание городского значения.

Толкнув тяжелую дверь, Майя вошла в зал. В его центре по кругу стояли колонны, а внутри – круглый каменный стол с массивными креслами. У одной из стен возвышалась круглая площадка с мозаикой крупного магического круга – портал. Оттуда и прибыли чародеи. Как слышала Майя, ректор установил его вместе с усилением барьеров Академии. Открыть его можно только изнутри замка. Он служил безопасным проходом для таких теневых встреч, когда к внешним воротам нельзя привлекать внимание.

По одну сторону стола сидел отец и три декана факультетов. Профессор Белозор занимал место справа от ректора, как его заместитель. С левой стороны – тонкая и жилистая, как пантера, госпожа Роксан – декан воинов. За ней круглобокий профессор Чуб в простецкой белой рубашке с вышивкой – декан мастеров. От волнения старик поглаживал свою пышную белую бороду.

Отец указывал на карту города на столе, а именно на Тайлогос. Он как раз рассказывал министрам о том, что Академия должна сыграть какую-то роль в планах Маскарона.

С другой стороны стола его слушали с десяток чародеев, среди которых Майя лично знала только Зинерву Трилуну – провидицу и одну из тайных советников министров. Ее острые эльфийские уши украшали множество золотых колец. Тонкую фигуру обтекало темно-багровое платье из расшитого шелка. Под ладонью на черной ткани лежал круглый кристалл. Увидев его, Майя застыла.

Однажды через этот кристалл она получила предсказание о предстоящих проблемах. Сейчас мысль, что всё сбылось, как сказала провидица, свернула в животе холодный ком.

Неужели Небеса знали, что ее ждет? Неужели так и желали…

– Он держится молодцом.

Майя не успела испугаться, как из тени вышел Эльдар.

Сердце девушки пропустило удар. Судя по виду, он не возвращался в башню, а если и возвращался, то не стал переодеваться. Усталый вид, круги под глазами, растрепанные темно-красные волосы вились у висков. Но взгляд сосредоточенный и спокойный, как темная гладь замерзшей реки. Ни намека на ту бурю, которую она наблюдала утром.

– Держится молодцом? – переспросила она, не сумев придумать ничего умнее.

– Должно быть трудно публично признаваться, что академия, которую основал, на самом деле инструмент для уничтожения города, – пояснил Эльдар. На нее он не взглянул, но говорил обыденно, без капли злости. Чем вызвал у Майи еще больше замешательства.

Он решил делать вид, что утром ничего не случилось? Или, как и она, из-за места и времени отложил их личные проблемы для более удобного момента.

Поняв, что слишком глазеет на него, Майя отвернулась к ректору. Она вспомнила, как отец расстроился, узнав про причастность Маскарона к появлению замка. Сейчас ему пришлось объявить это перед главными министрами города. А это значит признать, что его, опытного и сильного чародея, использовали. После инцидента с Лесаной это должно быть еще тяжелее. Но отец всегда ставил безопасность города выше своих желаний или гордости.

– Они уже расспрашивали тебя? – спросила она Эльдара.

– Они и так знают про подземелье Арены. Твой отец выложил им всё в докладе. Я здесь, чтобы показать Царь Самоцветов.

– Эльдар, – заметил их профессор Семироз, – подойди.

Юноша прошел мимо колонн и вышел на свет. Майя отметила, как смотрят на него все маги за столом: с интересом и уважением. Как положено смотреть на выходца из великого рода, пусть и наполовину нелюдя. Все же он первый, кто в одиночку обыграл Маскарона. Это не удавалось никому на протяжении пяти сотен лет.

Когда Эльдар закончил доклад, он спрятал крупный рубин в мешочек и встал под тень колонн со стороны профессора Белозора. Отец посмотрел на Майю и кивнул ей подойти. Он выглядел спокойным, но тем, кто хорошо его знал, заметны его напряженные плечи и сжатые губы.

Пока Майя шла к столу, министры ее рассматривали. Она же, в свою очередь, рассматривала их.

Среди гостей сидел Леопольд, Хранитель мудрости – самый старый летописец в городе. Простая мантия цвета старой желтоватой бумаги скрывала его высокое сухое тело и сутулые плечи. Борода, заплетенная в косу, доставала почти до пола. Орест Центавр, Главный фонарщик – из ордена магов, которые следят за фонарями, удерживающими вокруг Цветоча барьер. Глядя на Майю, он задумчиво поправил очки-полумесяцы. Ведагор, Министр эха – приземистый лысый маг с козлиной бородкой и быстро бегающими глазками. Командует сетью шпионов по всему Чарогорью.

Остальных министров Майя раньше в газетах не видела или не запомнила.

Прямо напротив отца сидел широкоплечий мужчина в темно-серой шинели. Его белые волосы собраны в короткий хвост, густые брови торчат кисточками в стороны. Крупные черные глаза, как у совы, смотрят на Майю внимательно, изучающе. Недобро.

Ощущая, как ее решетят множество взглядов, она неожиданно приободрилась. За долгие ночи в подземелье острые взгляды стали ей, как рыбе вода. Она инстинктивно расправила плечи, подняла голову. Часть ее даже обрадовалась повисшему напряжению от ее присутствия. Тень страха на их лицах звучала для нее немой лестью.

Так положено приветствовать хозяйку теней…

Майя оборвала мысль и откинула ее. Собственные чувства ее встревожили.

– Велизар, полагаю, это твоя дочь, – произнес чародей с бровями-кисточками, идя взглядом по всему росту девушки. – И темная княгиня, коронованная Маскароном…