Академия Города Химер 3. Срывая маски

Глава 14. Правитель Чарогорья (2)

После учитель ловко перешел на разговор с Эльдаром, став обсуждать дела с лесным народом. Майя повернулась к окну, на цветные дома: желтые, зеленые, голубые. Красивые, как яркие обвертки конфет. С крыш эту сказку сторожили каменные чудища. Теперь они приобрели в глазах Майи совсем иной смысл. Но пусть лучше город наполняют такие монстры, чем настоящие, подумала она.

Сейчас Цветоч выглядел безлюднее прежнего. Нет толп туристов, некоторые прилавки всё еще закрыты, скверы почти пусты. Узнав о проклятии многие посетители, как и жители, спешно покинули город. И в этой тишине бульвар открылся Майе в новом, спокойном и безмятежном очаровании.

Карета выехала на центральную площадь и затормозила у здания Совета – большого и монументального строения с мраморными ступенями и колоннами у входа. У фонтана резвилась детвора, плеская босые ноги. Увидев Эльдара и Майю, мальчишка в жилетке что-то крикнул другим ребятам, и те все разом повернулись к карете.

Дети неприкрыто рассматривали Эльдара и Майю. А затем самая старшая девочка с двумя хвостиками сделала своеобразный реверанс. Остальные повторили за ней, слегка склонив головы.

– Что это с ними? – удивился Эльдар.

– Они узнали вас, – пояснил профессор Белозор. – Героев, спасших город.

Майя и Эльдар удивленно посмотрели на детей, которые продолжали заворожено разглядывать их. Но учитель поторопил, показав на карманные часы. Уже на подходе к главному залу совещаний Майя увидела в коридоре Аллана. Маг стоял в чисто черном камзоле. Лишь белые перчатки и вертикальный ряд серебряных пуговиц выделялся на одноцветной одежде. Его сопровождали служанка и Валериан. Появление брата Лауры Майю не удивило. Она знала, что Эльдар и Маскарон договорились, чтобы старшего Кламориса выпустили из темницы Сумрачного Двора. Майя подумала, что со стороны мага весьма похвально не оставить на произвол судьбы своего подчиненного.

Когда они с Алланом встретились взглядами, глаза мужчины блеснули. Но он не стал подходить к ней, лишь поклонился, шепнув губами «Моя Княгиня». После чего вошел в зал, не дав Майе шанса обратиться к нему.

Широкий зал с амфитеатром уже был полон. Купольную крышу украшали фрески мифических сюжетов горного края. На одной стороне можно увидеть хоровод русалок на берегу, на другой – драконьи скалы с населяющими их троллями и гарпиями. Майя увидела, как четко распределились обе стороны магического сообщества. Министры, дворяне и представители гильдий города сидели по один бок. По другой – аристократия Мира Теней, среди которых весомая часть имела рога, хвосты, зеленую кожу и прочие выдающиеся внешние особенности.

Посредине в круге стояли кресла, которые занимали члены Светлого и Темного Советов. Магистр Буцефал, Зиневра Трилуна и Орест Центавр с одной стороны. Аллан, королева Беатриче, Валериан и сутулый старик Крюк напротив них. Еще пустовало три кресла.

Майя заметила Стефана и Савву на скамейках и уже хотела направиться к ним, как профессор Белозор задержал ее, положив руку на плечо.

– Дорогая Княгиня, ваше место там, – указал он на одно из трех кресел в центре. – И ты тоже, Эльдар, сядь рядом.

Оказалось, что три пустующих места как раз оставили для них троих.

– Леди и лорды, – заговорил Орест Центавр, – сегодня мы собрались по известной вам причине. Мы долгое время покорно сидели под властью Верховного Ковена. Но теперь наконец-то, Чарогорье стало свободным княжеством. Пришло время выбрать нового правителя для нашего края.

Ксандр Буцефал встал, поправив светлую мантию.

– Леди и лорды, я все эти годы служил городу. У меня достаточно знаний и опыта, чтобы вести дела и обеспечить нашей земле процветание.

– Мы знаем, кто ты, – произнесла Беатриче. – Но я не видела тебя в битве при белом замке.

– Я направлял своих людей издалека. Я не воин, а советник.

– В таком случае лучше тебе им и остаться, – холодно уведомила королева. – В этом зале уже есть правители. В Туманном Дворе признается сила и хитрость. Возможно, в хитрости ты еще можешь меня впечатлить, но не в бою. Я не признаю князя, который боится запачкать свои руки кровью вместе со своим народом. Разве что, ты переубедишь меня в поединке с одним из моих рыцарей прямо здесь.

Ксандр Буцефал напрягся. Схватка с рыцарем-фэйри в его планы явно не входила.

– Если мы будем держаться рознь, мы быстро утратим то, что с таким трудом отвоевали, – произнесла Зиневра Трилуна. Эльфийка остро посмотрела на фею фиалковыми глазами. – Нам пора переступить через предубеждения друг к другу, если хотим двигаться дальше.

– Не забывайте, что есть еще Сумрачный Двор, – произнесла госпожа Роксан, смотря на Эльдара. – Господин Яхонт Красный, Лорд Сумрачный готов признать человеческого правителя?

– Я найду способ его убедить, если потребуется, – заверил Эльдар и посмотрел на Магистра. – Хотя будущему правителю придется лично договориться с ним о союзе.

Встреча с легендарным духом гор, знаменитым жестокостью и силой, еще больше смутила беловолосого чародея. Он сел на место, видно перехотев претендовать на трон.

– Темный Совет уже признал своего правителя, – подал голос Валериан. Он похудел после заключения в темнице, однако держался в своей привычной, слегка надменной манере. Под тонкими усиками играла лукавая улыбка. – Мы присягали Ее Темнейшеству.

– Я приняла эти полномочия исключительно ради победы в войне, – ответила Майя. – У меня нет причин оставаться на троне теперь, когда мы разбили врага.

Среди темных магов прошелся шепот. Майя старалась держать лицо непроницаемой маской. Она много думала о том, что делать со своей властью дальше. Именно потому ей так нужно было поговорить с Алланом, спросить его совета. Только он игнорировал ее все эти дни. И даже сейчас, когда она глянула на него в поиске поддержки, он избегал ее взгляда. Расслабленно рассевшись в кресле, маг со слегка скучающим видом следил за происходящим.

– Похоже, мы в патовой ситуации, – вздохнул Орест Центавр, поправляя очки-полумесяцы. – Мы должны избрать правителя, который способен повести и светлых, и темных в новое будущее. Но, говоря честно, найти такого человека в одном лице маловероятно, ведь обе стороны так долго противостояли.