Академия Ищущих и Следящих

Глава 14

Стоя у ступеней, ведущих вниз, Малкольм вспоминал занятия по самоконтролю. После разделения потоков эта дисциплина осталась только у Ищущих, потому что академия считала, что Следящим достаточно тех навыков, которые они получили на средних курсах. Малкольм воспроизводил в голове успокаивающий мерный звук метронома и выравнивал дыхание, прежде чем пройти по небольшой лестнице вниз на индивидуальный урок с Хайнрихом Фромом.

В голове, тревожно ускоряя пульс, проносились слова профессора.

Я вас пугаю?

Малкольм с трудом признавался в этом даже самому себе, но Фром попал в точку. Несмотря на всю помощь, которую он ему оказал, он действительно пугал его. Малкольм даже не знал, чем именно. Действительно ли тем, что в любой момент мог отвернуться от него и перестать покровительствовать ему? Или же чем-то другим?

Пока Малкольм стоял около нескольких ступеней, ведущих на межэтажную площадку, где располагалась лаборатория Фрома, невысокая дверь открылась, и на пороге появился профессор. Черные волосы, по обыкновению, завязанные в низкий хвост, были переброшены через левое плечо. Серые глаза за стеклами очков-половинок сверкнули, на губах появилась приветливая улыбка.

— Курсант Кросс, — кивнул Фром, здороваясь. — Рад вашей пунктуальности. Проходите.

Малкольм на негнущихся ногах прошел вниз по ступеням, чувствуя, как все его умения, полученные на занятиях по самоконтролю, выветриваются из него. Сердце застучало чаще, ладони взмокли от волнения.

Кабинет Фрома представлял собой не очень большую лабораторию с высокими потолками, заставленную шкафами по периметру. Пустой стол с пестрыми пятнами разных жидкостей выглядел сиротливо. Еще один стол — письменный, заваленный книгами, бумагами, карандашами и чернильными ручками, — стоял ближе к окну, притаившись между шкафами разной высоты. Помещение было светлым, но на письменном столе уже горела керосиновая лампа, хотя легкие сумерки за окном еще не успели погрузить кабинет в темноту.

Словно заметив, что Малкольм разглядывает пятна на длинном столе по центру помещения, Фром качнул головой.

— Обычно я выставляю здесь алхимические принадлежности. Но мы будем заниматься печатями, а на этих занятиях возможны эксцессы. Не стоит подвергать алхимические эксперименты такому воздействию.

Малкольм сглотнул, стараясь прогнать волнение.

— Над чем экспериментируете? — спросил он, получив в ответ многозначительную улыбку.

— Как и все человечество, над формой и содержимым. Хочу вывести формулу, помогающую закрепить эффект печатей, — развел руками Фром. — С некоторых пор я помешан на всем, что связано с печатями, ведь именно они в свое время стали отличать меня от других Ищущих.

Малкольм посмотрел на него. Впервые Фром назвал самого себя Ищущим, причислил к определенному потоку. Так он разделяет его тоску? Тоже чувствует себя чужаком для обоих потоков? Что он почувствовал, когда выдал печать Следящего?

Малкольм подошел к письменному столу, оперся на него и сцепил руки в замок, не поднимая их. Фром оценил его напряженную позу понимающей улыбкой, но ничего не сказал.

— Вас ведь тоже кое-что отличает от других, не так ли, курсант Кросс? — подтолкнул Фром, почти повторяя позу Малкольма и опираясь на алхимический стол. — Расскажите о тех снах, которые поднимают вас среди ночи.

Малкольм опустил голову.

— Да я даже не знаю, что об этом рассказать, — признался он. — Мне кажется, что это и не сны, а… я даже не знаю, что. В ту ночь, когда в лесу убили мальчика, я был в лазарете, и меня что-то разбудило посреди ночи. Потянуло к окну. Я сам не понимал, куда именно меня тянет, просто стоял и смотрел в сторону леса. Я не знал, что там происходит, но ощущение было похожим на… — он осекся, потому что хотел сказать «на источник». Однако эти слова застряли у него в горле, а перед глазами замелькал лес Рутгерда, который трясся от пружинящего бега трансформирующейся на бегу матери.

Фром медленно покивал, как будто ему и не требовалось продолжения.

— И вы думаете, что чувствовали скверну?

Малкольм пожал плечами.

— Я не знаю, — поморщился Малкольм. — Если я Следящий, я не могу ее чувствовать. Особенно на таком расстоянии. Но и Ищущий ее не почувствует так далеко, иначе у нас бы вся академия в ту ночь прильнула к окну. А это случилось только со мной. Может, дело не в скверне, а просто в моих снах. Возможно, дело просто в том, что здесь рядом лес… я не знаю…

Фром глубоко вздохнул.

— Вижу, что вам тяжело об этом говорить. И действительно загадочно, что именно потянуло вас к окну: лес, предполагаемая скверна или игры вашего собственного разума.

Малкольм сжался в тугой комок напряжения, а Фром, напротив, расслабленно сел на столешницу, нисколько не опасаясь посадить пятно на черный преподавательский китель.

— Я уже видел то, что с вами происходит. Во всяком случае, если брать состояние вашего разума. Десять лет назад, если я правильно помню, с вами случилось из ряда вон выходящее событие, которое оставило на вас отпечаток. И он до сих пор оказывает на вас влияние. Кошмары, особые ситуации, которые выбивают вас из колеи, общее напряжение, проблемы со сном.

Малкольм опустил взгляд. Ему отчего-то было стыдно слышать об этом.