Академия Ищущих и Следящих

Глава 16

Малкольм сидел на одном из мест в лектории, где в первый учебный день проходила лекция профессора Грофта, и смотрел прямо перед собой в одну точку. Тошнота понемногу успокаивалась, и руки дрожали уже не так сильно, хотя по телу то и дело пробегали волны жара и холода. Тянуло вскочить и отпроситься в комнату, чтобы сменить китель, однако Малкольм себе этого не позволял. Слишком невыносимо было думать о том, как на него посмотрят.

Пришлось сидеть довольно долго и ждать, пока профессор Хубертус пригласит в зал ректора и достаточный, на его взгляд, преподавательский состав. Руководство академии явно неохотно отрывалось от текущих дел. Первым в зале появился инструктор Айко Магнус. Чуть позже вошли деканы потоков Ищущих и Следящих — Адольф Осмунд и Фридрих Зингер. Матильда Диккенс с видом каменной статуи, сложив сухопарые руки с выпирающими венами на столе, ожидала их за кафедрой. Последними вошел ректор Вольфганг фон Бергер в сопровождении Хайнриха Фрома. Малкольм проводил последнего взглядом, ожидая, что он посмотрит на него, но тот был явно увлечен беседой с ректором и пребывал в приподнятом настроении.

Малкольм мрачно огляделся вокруг. Он сидел один на целом ряду первых парт, поднимавшихся рядами вверх. Выше и левее от него сидели мрачные Кифер и Хейли. Они не разговаривали, но Кифер то и дело поглядывал на подругу, словно порываясь отчитать ее. Малкольму хотелось подсесть к ним, понять, в чем дело, и отвадить Кифера, но под пристальным надзором профессора Диккенс он будто и сам прирос к скамье. Штольц и Эльман сидели еще выше и демонстративно отсели на самый край ряда, словно это могло помочь им спрятаться от взглядов профессоров.

Когда комиссия, наконец, расселась за длинным столом, стоящим на сцене лектория, профессор Диккенс начала рассказывать о случившемся в трапезной. Она говорила сухо и строго, как будто зачитывала приговор на суде. В ее изложении, между курсантами Кроссом и Штольцем вспыхивает уже не первый конфликт с применением силы или порчей имущества академии. И, пусть в этом конфликте форменные кители были испачканы у обоих курсантов, профессор Диккенс уже не раз видела пострадавшей стороной курсанта Кросса и считала, что к этому есть всего один повод — его нестандартный перевод на поток Следящих с потока Ищущих.

— Так как однажды я уже обещала выступать свидетельницей со стороны курсанта Кросса при следующих прецендентах, я не могу считаться объективной в своих суждениях и самостоятельно выносить наказание. Поэтому я посчитала нужным созвать дисциплинарный совет.

Малкольм посмотрел, как на это реагирует профессор Фром. Похоже, его забавляла манера разговора Матильды Диккенс, потому что с его лица не сходила легкая улыбка, пока он на нее смотрел. Самому Малкольму от ее манеры держаться было слегка не по себе, она казалась ему неживой, как паровой двигатель или мобиль на улицах.

— Спасибо, профессор Диккенс, — кивнул фон Бергер. — Интересно, отчего этот курсантский конфликт выходит на поверхность только сейчас?

Малкольм тихо откашлялся.

— Если позволите, это было мое решение, господин ректор, — сказал он.

— Привычки Ищущих, — тихо, но достаточно, чтобы его услышали, проворчал декан Зингер, бросив недовольный взгляд на Осмунда. Тот лишь приподнял голову, словно с вызовом, но предпочел не отвечать. Зингер лишь усмехнулся.

— Обойдемся без конфликтов между Ищущими и Следящими хотя бы в преподавательском составе, — призвал их к миру инструктор Магнус.

Фон Бергер приподнял руку и решительно посмотрел на Малкольма.

— Согласен. Я бы хотел услышать виновников конфликта и их версии случившегося. Курсант Штольц? Раз уж профессор Диккенс называет зачинщиком конфликта именно вас, объяснитесь.

Штольц нехотя поднялся и пригладил свои почти серые волосы на фоне бледного лица.

— Курсант Кросс явно преувеличивает степень моей заинтересованности в его делах. Я просто перемолвился с ним парой слов в трапезной, а дальше руки подвели меня. Я уронил тарелку, а он стал руками размахивать. В итоге мы все в томатном супе. Но, видимо, это потому, что Кросс боится томатного супа. Может, он ему скверну напоминает?

Малкольм сжал руки в кулаки.

— Господин ректор, все было не так! — воскликнула Хейли, несмотря на явные протесты Кифера.

Увидев, что Кифер сдерживает ее, профессор Диккенс строго обратилась к нему:

— Курсант Йейтс, с вами разговор будет отдельный. Вы проявили прямую агрессию к курсанту соседнего потока.

— И готов за это ответить, — фыркнул Кифер. — Я не дал этому неуравновешенному наброситься еще и на Хейли. Если хотите знать, все его слова — ложь. Он не проливал суп случайно. Он сделал это специально, хотя у меня и нет большого желания защищать курсанта Кросса.

Малкольм поморщился. Вражда с бывшим лучшим другом давалась ему тяжело, однако пойти на мировую, зная, что предметом их конфликта является Хейли, он не мог, поэтому просто отвернулся.

Штольц все это время стоял, плотно стиснув челюсти. Он, похоже, понимал, что последняя выходка в трапезной выйдет ему боком, однако просто не сумел себя проконтролировать.

— Давайте выслушаем курсантку Энкель, — напомнил Фром, все это время с интересом наблюдавший за происходящим.

Хейли с благодарностью кивнула.

— Я шла в трапезную вместе с Малкольмом. Мы обсуждали недавнее… убийство в лесу, когда появился Штольц. — Она пересказала дословно все, что видела даже с большими подробностями, чем Малкольму бы хотелось.