Академия Изначального. Проклятые даром

– 33 –

– Ищущий, – произнесла Лиссандра слово–пароль для входа.

Белесый туман не исчез. Он подёрнулся чернотой, сгущаясь в плотные облака. В следующее мгновение аэронавтка вновь оказалась на поляне рядом с Тэем.

Её вышвырнуло обратно! Почему?

Девушка устремила взгляд на жетон. Он принадлежал Тэю и должен был открывать проход в его сферу. Потому жетоны пронумерованы. Лисса, конечно, не ожидала, что в чужие сферы можно проникать точно так же, как в свои. В голову не пришло проверять. Зачем лезть к другому, если с собой разобраться не получается?

Какой же ключ у Тэя.

У Лиссы – Ищущий, а у него?

Недолго думая, девушка выхватила сумку из–под спины парня и принялась в ней копаться. Её жёг стыд, но она не остановилась, пока не отыскала красную обложку дневника. Тэй говорил, что записывает в него всякие важные вещи. В нём должен был быть и пароль.

Сразу на форзаце значился номер значка.

Девушка перелистывала страницы, ища одинокое слово, которое бы выбивалось из привычного ряда. Это было сложно. Она изо всех сил старалась не вчитываться и не вдумываться в смысл прочих надписей, чтобы случайно не прочесть что–то непредназначенное для её глаз. Есть определенные границы, которые друзья не должны переступать. И чтение дневников – как раз одно из таких.

Как бы Лисса не старалась, некоторые строчки мимоходом отпечатывались в голове, тут же получая комментарии от неприятного внутреннего голоса.

Например, дневник заметно прибавил в объеме исписанных листов. Также в глаза бросилось аккуратно записанное стихотворение Изначального, имена одноклассников, напротив каждого из которых стояла пометка с обозначеним расы. Список предметов и мэтров.

Она почти осилила треть дневника, когда на глаза попалась первая картинка. Тэй зарисовал схему расположения дверей сферы. Даже где–то раздобыл цветные карандаши, чтобы закрасить прямоугольники.

Поджав губы, Лисса пролистала ещё несколько страниц, почти не вглядываясь в строчки. Рука лишь дрогнула, когда на листе появились фиолетовые оттенки. Похоже, друг подошел к решению загадки гораздо серьёзней, чем аэронавтка. Это немного кольнуло сердце. Она столько книг перелопатила, а толку?

Под фиолетовым рисунком значилась запись.

«Сиреневая дверь – феи. Подсказки – подвох.»

Лисса сощурилась.

Прочитанное смутило её. Слишком грубая ошибка.

«Феи.»

Тэй писал красивым разборчивым почерком. С вензелями и закорючками, будто происходил из высокородной семьи и это разительно контрастировало с его записями в обычной рабочей тетради, где буквы выскакивали за поля и едва ли читались.

Житель пределов сократил неофей до фей. Кто ж так сокращает, срезая первые две буквы?

В голове мелькнула крамольная мысль.

«Есть ли похожие странности в пометках к другим дверям?»

Нет, Лисса не имеет права смотреть. Она и этого видеть не должна была!

Путающимися пальцами аэронавтка продолжила листать дальше.

Схемы миров. Сопоставление их с дверями.

Да, да. Тэй высказывал предположение о том, что двери могут быть связаны с каждым из фундаментальных миров и с их первоэлементами. Лисса сама задумывалась об этом, но никогда не доходила в своих размышлениях до логичного финала. А Тэй довёл.

Белая дверь – Внешние Пределы. Холод.

Она помнила иней на белой краске. Почти чувствовала покалывание льда.

Зелёная – Апейрон. Трансмутация.

Чёрная дверь – Туманные и Грозовые Пределы. Эфир.

Голубая – Небосвод. Воздух.

Синяя – Океания. Вода.

Сиреневая – Семицветье. Природа.

Красная – Низины. Земля.

Лиссе не нравилась подобная трактовка. На её вкус, стихи с предложенной концепцией не складывались. Или так, или она ошибалась, считая себя достаточно образованной в истории иных миров, чтобы проводить ассоциативные связи.

В самом деле, что Тэй плохого усмотрел в Низинах, что присвоил им дверь, которую нельзя открывать? Почему она красная, если её первоэлемент земля?

С распределением Океании и Небосвода тоже было не всё в порядке. Почему тайны принадлежат аэронавтам, а дар океанидам? Уместнее тайны хранить на глубине океана, а не высоко в горах.

– Не о том думаешь, – буркнула себе под нос девушка.

Позже обсудит с Тэйем, когда спасёт от ловушки сиреневой двери.

Аэронавтка продолжила листать.

Больше записей не было. Иногда, конечно, мелькали зарисовки кожаных крыльев, подобных тем, что Лисса видела у темномирца; с металлическим покрытием, как у Акиена; перьевые и много других разновидностей.

– Наконец!

Почти потеряв надежду, аэронавтка добралась до конца дневника. Конечно же заветное слово нашлось на форзаце с другой стороны! Как только сразу не догадалась туда заглянуть? Если бы Лисса вела записи, именно там бы оставила главную заметку, чтобы не рыскать вот так по всей тетрадке. Не то что бы она могла забыть пароль. Хотя, учитывая последствия и прочие подлости дверей, не стоит исключать и этого.