Академия Изначального. Проклятые даром

– 36 –

– Тэй, ну давай поговорим!

Лисса неслась по темнеющим пригоркам вслед за бескрылым. Тот двигался быстро, легко ориентируясь среди запутанных дорожек. Девушка едва поспевала, спотыкаясь о каждую кочку, о каждую неровность. Полумрак безжалостно слепил непригодные к темноте глаза аэронавтки.

– Да, я подсмотрела пароль! – прокричала она в спину другу. В парковой зоне академии не осталось никого кроме них двоих. Шелест густых крон и крючковатые кустарники, радующие сочной зеленью днём, с наступлением ночи обрастали причудливыми силуэтами и подозрительными шорохами, пробуждая в девушке воспоминания о сумрачном городе. Она была почти уверена, что за одним из деревьев разглядела мощную крылатую фигуру. – Но я же не специально! Я хотела помочь! Давай скажу свой и будем квиты?

Тэй не замедлился ни на секунду.

– Ищущий. Мой пароль – Ищущий! Вот, – Лисса сделала рывок, ухватила парня за локоть. Остановила. – Давай, войди в сферу. – Сунула под нос свой жетон. – Загляни в мою дверь!

Казалось, адепта проняло. Он вздрогнул, покосился на подругу, потом на блестящий кругляш. Девушка ощутила слабую надежду, которая тут же была уничтожена.

Тэй мотнул головой и наконец заговорил.

– Знаешь, если бы ты спросила, – в тихих словах сквозила горечь. – Я бы сказал. Я бы разрешил. – Бескрылый отвёл локоть, выдергивая его из пальцев подруги. – Нет, Лисса. Ничего ты не поняла.

Аэронавтка вздрогнула, отшатнулась.

– Я испугалась, – жалобно пролепетала она в последней попытке достучаться. – Испугалась, что ты откроешь сиреневую дверь и сам того не ведая забудешь кого–то важного!

Ну же, Тэй, пойми.

Но он не понял.

– Некоторых стоит забывать, – опустошенно ответил тот, отворачиваясь от Лиссы. – Оставь меня.

Адепт поправил сумку, сунул руки в карманы и зашагал прочь.

И аэронавтка отступилась. Замерла посреди площадки у входа в замок, растерянно взирая на удаляющуюся фигуру. Грудь сдавило от тяжести. В горле образовался ком.

Усилием воли Лисса сдержала подступающие слезы.

Её снедали обида, стыд и злость.

Первая неделя в академии Изначального завершилась для аэронавтки абсолютным падением. Она потеряла новоприобретённого друга, струсила перед второй дверью и истратила все моральные силы перед грядущим днём. Как ей теперь двигаться дальше?

Несколько минут девушка стояла на продуваемой со всех сторон площадке, позволяя ночному осеннему ветру пробираться под грубую ткань ученической робы. Она считала секунды, ожидая, пока Тэй поднимется на этаж и закроется в своей комнате.

Когда нужное окно озарилось мягким светом, аэронавтка хлюпнула носом, на всякий случай утёрла рукавом глаза, и направилась в замок.

Тэй верно подметил. Она его не поняла. Не поняла, отчего у бескрылого столь бурная реакция? Да, Лисса переступила черту, поддалась эмоциям, в порыве жуткого предчувствия бросилась другу на помощь. И допустила ошибку. Но не со зла же! Так в чём же дело?

Разглядывая выщерблины на полу, девушка переступила порог жилого крыла.

Почему Тэй разозлился? Это последствия зелёной двери? Отреагировала бы Лисса так же, если бы он застал болезненный момент из её жизни? Если бы услышал тот разговор с матерью?

Она не знала. Она всеми силами стирала тот день из памяти, закапывая сказанные слова в самые потаённые глубины своей сферы.

Незаметно для себя девушка добрела до развилки коридоров.

«Мне жаль, что я не могу тебя любить».

Щёлкнул замок одной из комнат. Дверь отворилась и на аэронавтку уставились тёмно–карие радужки удивительно бодрого Мирта.

– Отбой до полуночи отменили или он действовал только в первый день? – сходу выпалил тот, не замечая, что перепугал аэронавтку резким появлением.

– Н–не знаю. – Оторопело ответила она.

– Первый час ночи, – пояснил Мирт, повертев головой, будто проверяя, нет ли кого ещё рядом. – Ты нарушаешь устав академии.

Сердце глухо ухнуло. Запоздалый страх пробежал по спине мурашками. Лисса пропустила отбой. Позабыла о важности соблюдения правил.

– Не знала, что так поздно.

Паника сковывала её мысли и почти сразу исчезла. Теперь–то что беспокоиться? Или она нарушила ключевое правило Изначального и её уже отчислили, или устав академии не имел к «другим» адептам никакого отношения.

– Ага, – мотнул головой перевёртыш, теперь полностью сосредоточив внимание на Лиссе.

Почувствовав, что должна что–то сказать, аэронавтка спросила:

– Как Рамилин? Ой, и Илса конечно же.

– Не выходила, – кивнул тот в сторону двери демоноида. – А Илса весь день бесится. – Поёжился он. – Отсюда чувствую. Оно и понятно. Мы, знаешь ли, непривычны к замкнутым пространствам.

Лисса вздёрнула брови, демонстрируя непонимание.

– Ну, знаешь, как говорят, – встряхнул тот головой. – Перевертыши – ночные жители. Главные ценители звёздного света и опавших листьев.