Академия Изначального. Проклятые даром

– 79 –

– Я выжат как лимон, – Мирт повалился на лавку. Рука с зачёткой опустилась на пол. – В жизни так не напрягался с учёбой.

– Смерть – хорошая мотивация. – Подтвердил Тэй, сидящий рядом.

– Кажется я даже схуднул. – Не унимался перевёртыш. – Прям до костей. Нет ну точно. – Он откинул край мантии и принялся ощупывать живот. – Тэй, скажи! Рёбра же выпирают?

– Выпирают. – Эмоций у жителя Пределов как всегда было на порядок меньше, чем у среднестатистического звездомирца.

– Нет, ты потрогай! – Оставаясь в лежачем положении, он попытался поймать руку бледного Тэя, ещё не отошедшего от ученических мук.

– Я тебе так верю. – Отмахнулся адепт от назойливого приятеля. Впрочем, покидать лавку не спешил. Сил на сопротивление у него не осталось.

Мирт продолжил ощупывать себя на предмет торчащих костей, причитая о собственном истощении, которое почему–то никак не сказалось на его румяных щёчках.

– Лисса! – внезапно обнаружил перевёртыш ещё одну жертву.

Девушка поспешила пересесть на край соседней лавки. Вне досягаемости рук Мирта.

Последний экзамен вымотал нервы абсолютно всем. Даже аэронавтка, назубок знавшая все правила и схемы, в какой–то момент поймала общее настроение паники. Настигло это чувство её аккурат в тот момент, когда она вытащила билет. Строчки тут же запрыгали перед глазами. Слова, понятные по отдельности, перестали складываться во вразумительное предложение. В голове засвистел весенний ветерок.

Уже выйдя из аудитории и дожидаясь результатов, Лисса почувствовала, что её слегка подташнивает. Не имело значения, что девушка абсолютно точно знала, что ответила на все вопросы верно. Мандраж пробирал до костей. Впрочем, в своих мучениях она в одиночестве не осталась. Остальные адепты находились в схожем состоянии. Тяготы сессии нашли отпечатки на каждом.

Тэй с каждым днём становился всё бледнее и бледнее. Под глазами океаниды залегли глубокие мешки. Мирт казалось забыл, как находиться на одном месте больше трёх секунд. У Гаэля образовался нервный тик. Он то постукивал пальцами по колену, то ногой по полу. Рамилин окончательно ушла в себя, перестав подавать признаки осознания мира вокруг. Илса обзавелась привычкой заплетать мелкие косички, потом расплетать, потом злиться что не может их расплести. Заканчивалось сие действие попытками их выдрать. К счастью рядом с ней всегда был Шакс–Ирэ, который вовремя останавливал подругу от вредительства. За что и получал. На него постоянно шипели и скалили зубы, хотя так ни разу и не укусили. Что уже многое говорило о степени близости этих двоих. Один лишь Акиен оставался невозмутим. Если бы Лисса не знала, что каждую свободную минуту он посвящает небу, выделывая опасные кульбиты и выматывая себя до предела, то решила бы, что общее настроение паники его совсем не коснулось.

– Тц, успокойся, – шикнул Тэй, перебивая очередной поток слов разбушевавшегося перевёртыша.

Из кабинета показался Эльд.

Обведя дружную компанию звездомирцев вместе с их новоприобретенными расстройствами, парень радостно сообщил, что сессия окончена. Они сдали. Все. Теперь официально. Десять адептов выдержали первый семестр в академии Изначального и могут двигаться дальше.

Впереди ребят ждали каникулы и очередное занятие сфер. Но это потом. Сначала, Звездопад!

В честь праздника в столовой обновилось меню. Накрыли столы. Украсили стены разноцветными полотнами. Намечалось большое пиршество, наподобие того, что было во время поступления. Только в этот раз без опасности исключения из–за опозданий. Наоборот, для тех, кто предпочитал ночные посиделки с традиционным наблюдением ночного волшебства, предлагался индивидуальный звездопадный набор.

Таким образом Лисса обзавелась кульком мятных пряников, пакетиками с какао и корицей, парочкой одноразовых рун и веточкой эвкалипта. Закинув всё это в сумку вместе с кружками и пледом, девушка отправилась за другом.

– Я устал. – Признался Тэй, выслушав предложение Лиссы. – Извини, но я не смогу сидеть с тобой всю ночь на балконе и смотреть на звёзды.

– Это из–за двери? – Забеспокоилась девушка, поздно осознав допущенную ошибку.

Болтала о своей Сиреневой, забыв, что у друга была такая же нелёгкая задача.

– Это из–за экзаменов, – указал парень на покрасневшие глаза. – С Белой я справился. Для меня в ней сложности нет. Но теперь мне нужен сон. Много часов сна. Больше, чем предлагают сутки.

– Ты в самом деле собираешься проспать такой праздник? Это же неимоверная красота! Великое космическое явление, отражающееся во всех мирах! Небо будет пылать белым огнём! Ну же, Великий Звездопад.

Даже мать Лиссы неохотно поднималась в мансарду, чтобы понаблюдать за тем, как исчезают звезды. Отчим готовил горячий шоколад, принципиально игнорируя какао, приносил странные солёные галеты, украшал комнату в цвета Небосвода, и до самого утра рассказывал семье байки про драконов.

– Если честно, я не очень его люблю, – поёжился адепт. – Но если хочешь, могу побыть рядом пару часов. Только не стану обещать, что не усну.

Тэй – её самоотверженный верный друг.

– Нет, не надо, – махнула аэронавтка рукой, памятуя о высказываниях Вианы. – Отдыхай. Всё равно из меня не самый лучший собеседник для ночных посиделок.