Академия Кальдриди: Око дракона

22 глава

Сознание возвращалось медленно. Словно я поднималась с самого дна глубокого озера — звуки становились чётче, запахи сильнее, но глаза всё ещё отказывались открываться. Было холодно. Каменный пол под щекой, металлический привкус во рту и… тусклый свет где-то вверху.

Я пошевелилась — тело ныло, особенно запястья. Руки были связаны тонкой, но прочной нитью, пронизанной магией. Я сразу это почувствовала — она гудела, обжигая кожу при каждом движении.

— Очнулась? — раздался голос. Мужской. Спокойный. Даже слишком спокойный.

Я резко подняла голову. Мужчина стоял у стены, в полутени. Его черты были чёткие, глаза — цвета стали. Он смотрел на меня, как на диковинного зверя в клетке.

— Кто ты? — прошептала я, с трудом узнавая свой голос.

Он сделал шаг вперёд.

— Не важно, кто я. Важно — кто ты. Велларион, верно? Наследница старой крови. Интересно… почему ты только сейчас начала проявлять магию?

Я молчала, скользнув взглядом по комнате. Каменные стены, массивная дверь без ручки, щель в потолке, откуда пробивался свет. Очевидно — подземелье. Пахло сыростью и… кровью.

Он снова заговорил:

— Ты в будущем станешь проблемой, Лира. А мы не любим проблемы. Но у тебя есть шанс… если выберешь правильную сторону.

— Я уже на своей правильной стороне, — прошипела я, сжимая кулаки.

Мужчина усмехнулся.

— Посмотрим, как долго ты будешь так думать.

И он вышел, оставив меня в темноте.

Только тогда я поняла — браслета оплаты на руке больше не было.

Дверь снова открылась с тихим скрипом, и в проём вошёл кто-то в сером плаще. В руках — поднос с едой: миска с тёплой похлёбкой, кусок хлеба, металлическая ложка. Он поставил всё на пол недалеко от меня и молча вышел, не сказав ни слова.

Я попыталась приподняться, но движения отдавались болью. Пальцы едва слушались, запястья были сжаты до онемения. Когда я потянулась к ложке, пальцы просто скользнули по холодному металлу и не смогли удержать её.

— Ну конечно, — прошептала я с горечью. — Издевательство.

Они даже еду принесли не для того, чтобы накормить, а чтобы посмотреть, как я пытаюсь справиться и не могу. Слабость, унижение, беспомощность — вот чего они добиваются.

Я стиснула зубы и, опираясь на локти, дотянулась до хлеба. Хоть как-то. Хлеб оказался черствым, но я всё равно вгрызлась в него.
Что делать? В панике я перебирала в голове все варианты, но снова и снова упиралась в одно — мои руки связаны магией. Тонкие нити, почти невидимые, но прочные, как сталь. Я чувствовала, как они перекрывают поток энергии, не давая ни вздохнуть свободно, ни даже толком пошевелиться.

Сломать их? С моим скромным резервом — невозможно. Разве что я каким-то чудом найду способ обмануть заклинание. Или накопить силы. Но на это уйдут дни… если не недели.

Я оперлась лбом о холодную стену.

Думай, Лира. Думай.

Что у меня есть? Мои чувства. Ощущения. Наблюдения. Может, магия реагирует на эмоции? Или на внешний источник? Может, если меня тронут, я смогу использовать этот момент, чтобы пробить слабое место?

А может, стоит сделать вид, что я слабею? Пусть думают, что я сдаюсь. Тогда охрана ослабит бдительность, и появится шанс сбежать.

Точнее, я так думала… Но за всё это время — ни шагов, ни голосов. Никто не пришёл. Никто не проверил, жива ли я, ела ли, в порядке ли.

Тишина была такой густой, что казалось, она обволакивает меня со всех сторон.

Еле-еле поднявшись на ноги, я оперлась о стену. Руки по-прежнему стянуты магическими путами, и любое движение отзывалось в теле болезненной дрожью. Но я заставила себя сделать шаг. Потом ещё один. И ещё.

Каменные стены, пол, резной деревянный потолок — всё выглядело странно дорогим для темницы. А вот окна… нет, ни одного. Лишь тусклое свечение от факела в углу, будто специально, чтобы не дать мне провалиться в полную темноту.

Я подошла к двери. Конечно, заперта. Магией. Я чувствовала слабое покалывание в ладонях, когда приблизилась. Значит, заклятие не просто удерживало её — оно реагировало на приближение. Наверное, охранное поле.

Но вот что странно: никакой охраны. Ни одной души. Только я.

Что это за место? И зачем им держать меня здесь — живой, но в полной изоляции?

Что-то здесь не так.

Я подошла к стене и провела пальцами по камню. Он был гладкий, но холодный. Вдруг я почувствовала лёгкую вибрацию. Где-то глубоко под этим местом — что-то работало. Жило.

Я прислушалась.

И наконец… где-то очень далеко, будто эхом: чьи-то шаги.

Я резко отпрянула к стене, когда дверь скрипнула, и внутрь вошли люди в длинных тёмных плащах. Их лица скрывались под капюшонами, и от них веяло холодом — не от температуры, а от чего-то… чужого, опасного.

— Идём, — произнёс один, голос был сухим, безэмоциональным.

Я подняла подбородок, чувствуя, как внутри поднимается протест.

— Нет, — сказала я твёрдо, хотя сердце колотилось, как бешеное. — Пока не скажете, кто вы и что от меня нужно.

Они не стали ничего объяснять. Один из них сделал шаг вперёд. Я успела увидеть движение — как мелькнул его рукав — и тут же почувствовала резкий удар по голове.

Всё потемнело.

Я снова падала в темноту.

Без звуков. Без мыслей.

Просто… провал.