Академия Клейто

Глава 7. А что ты сейчас сломал?

Катя

Мы отплыли как можно дальше и обернулись, чтобы посмотреть на результат глупой вспышки гнева. Храм некогда был красив. Такой же скелетообразный, но с необычными вылезающими пузырями. Знаете, есть такая игрушка-антистресс, где шар перевязали сеткой, и если его сжать в руке, то сквозь ячейки этой сетки будут вылезать раздутые части шарика. Только храм выглядит намного благороднее и величественнее, а эти пузыри, скорее всего, являются окнами. А в местах, которые выступали подобно балкончикам, лежат перламутровые раскрытые моллюски с огромными мерцающими жемчужинами.

Монументальный вход в храм, из которого мы так стремительно вылетели, украшают статуи с морскими коньками, которые явно сейчас посматривали на нас совсем недобрым взглядом.

И роскошные, взмывающие ввысь красные водоросли словно обнимали храм, пытались пожалеть его и утешить за тот вред, что ему причинили несносные людишки, то есть русалки.

Храм напоследок жалобно хрустнул и с протяжным скрипом рухнул на дно морское, сметая резким водным потоком растущие рядом рифы и рыбок, случайно мимо проплывающих.

— А что ты сейчас сломал? — поинтересовалась я, вглядываясь в воду, ставшую непроглядной из-за поднявшегося со дна песка и мелких водорослей.

— Храм Посейдона… — грустно ответил мужчина.

Я удивленно обернулась на его голос, вскинула брови и сказала:

— О-о-о… ну если раньше он не обращал внимания на мольбы Сида, то на такое точно обратит. — заключила я, устало вздыхая.

Кайнерис, не отрываясь, смотрел на разрушенный храм, а я смогла лучше разглядеть его русалочий образ. Интересно то, что его костюм полностью исчез, открывая на всеобщее обозрение красивую, накачанную грудь и крепкий торс, наделенный всеми необходимыми кубиками и мышцами. А еще у него удивительно красивый хвост! Ярко-красный! Я и не знала, что у русалок такой бывает. А на бедрах у него висел широкий пояс из какого-то металла, с которого свисали красные водоросли, точно ленты.

На верхней части груди, ключицах и плечах также имелась россыпь мерцающих чешуек. А на сильных руках были надеты массивные перчатки с широкими наручами, украшенными красными морскими цветами. Левое плечо прикрывала большая раковина такого же алого цвета с серебряными цепями и красными драгоценными камнями. В ушах были вставлены небольшие серебристые колечки, по несколько штук на каждое ухо.

Лоб и скулы молодого Ведьмака украшала все та же чешуя, но она имела несколько иную форму и словно становилась более округлой, как если бы это были рубины. А длинные белые волосы с цветными прядями живописно развевались в воде и были украшены красным жемчугом, нанизанным точно бусины.

Красив тритон. Те, что выходили из поезда, не отличались подобной эффектностью. Даже их чешуя была более земляного и грязного цвета. А у Кайнериса она вся блестит и светится, имеет настолько яркий цвет, что оттеняет окружающий пейзаж.

Но от созерцания меня отвлекла мысль, как долго я здесь? Сколько прошло времени с момента моего исчезновения? Наверное, не слишком много, но события отличились такой насыщенностью, что мне захотелось прямо здесь просто упасть и притвориться трупиком. Лишь бы меня никто не трогал, не обзывал, не обвинял и не пытался похоронить заживо.

А еще я не кушала, о чем усиленно запел мой живот. Только вот представлять, чем питаются русалки, мне совершенно не хотелось. Сырую рыбу я даже в рот не возьму, не то что проглочу.

— Идем, ведьма. Ступай за мной. — сухо произнес мужчина, даже не оборачиваясь в мою сторону.

Я же медленно поплыла за ним. Больше все равно было некуда. Хотя кто бы знал, насколько сильно мне хотелось домой, к маме и папе… А еще я очень боялась за брата, но искренне надеялась, что ему удалось выбраться… Не то, что мне…

Плыть нам пришлось недолго, скорее всего мы по-прежнему находились на территории той академии, потому что спустя несколько минут мы уперлись в дверь с табличкой: “Убедительно просим вас убрать хвост”. И я мысленно застонала, представляя, что сейчас снова придется “переобуваться” из хвоста в ноги.

Мы зашли в знакомый шлюз и дождались, когда вся вода уйдет. Мужчина моментально сменил хвост на ноги и вытянулся во весь рост, красуясь совершенно сухим и чистым костюмом, даже про черные лакированные ботинки не забыл.

Я посмотрела на него щенячьими глазками, уже и не надеясь на помощь. Кайнерис фыркнул, не скрывая своей глумливой ухмылки, присел на корточки и медленно подался вперед, заглядывая в мои глаза.

— Снова не можешь? — хрипло произнес он.

Я лишь отрицательно помотала головой, не отрываясь смотря в его красивое лицо. Вот сколько раз я пересматривала “Ведьмака”, втайне мечтая выйти за него замуж. И вот теперь он стоит на корточках у моих ног. А я едва сдерживала свои шальные руки, чтобы не потрогать его.

Мужчина положил на мое бедро свою руку, которая оказалась удивительно горячей, а еще говорят, что рыбы хладнокровные. И медленно начал вести ею по направлению к моему заду, обернутому в чешую. Хоть все и прикрыто, только все равно казалось чем-то очень интимным.

— Что… что ты делаешь? — дрожащим голосом спросила я, испуганно посматривая то на его самодовольное лицо, то на наглую руку, почти добравшуюся до моей очень ранимой мадам сижу.

— Помогаю убрать твой хвост. — все так же хрипло ответил он.

— Но до этого ты так не делал. Ты уверен, что именно так надо? — пискнула я, сглатывая слюну, вмиг ставшую вязкой.

— Абсолютно… — выдохнул мужчина.

И со следующим ударом своего трепыхающегося сердца я отчетливо почувствовала горячую ладонь, поглаживающую мою голую кожу в опасной близости от трусов купальника.

Я оттолкнула назойливую конечность и вскочила на ноги, чтобы смутиться еще сильнее, потому что мою грудь обдало горячим дыханием. Испытывая желание прикрыться, я сложила руки на груди, только вот это не помогло ни капельки. Мужчина и не подумал встать с корточек, а продолжал нагло пялиться на мою грудь, спрятанную самым обычным розовым купальником.