Академия "Контроль"

Глава 12

Крис Стронг

Учебный день прошел… лучше, чем я смел надеяться. Даже несмотря на мгновенный испуг Сандры, ее растерянность, она не оттолкнула меня. Напротив. Она ответила на поцелуй. Сама. Да, потом была паника, смущение, попытки найти логичное объяснение.

Но в тот самый миг ее губы были мягкими и отзывчивыми, а тело — податливым. Она справилась с бурей внутри себя достойно, как настоящая Луна, несущая свет даже в шторм.

Я запустил реакцию. Те невидимые нити, что должны связывать наши сущности, начали натягиваться, вибрировать. Теперь равнодушие между нами невозможно. Это и благословение, и проклятие.

Горькая ирония в том, что моя истинная природа не позволяет мне просто взять и открыть ей всё. Рассказать про связь, про судьбу, про смысл этого мучительного влечения. Если я попытаюсь — древняя магия, скрепляющая узы, воспримет это как давление, как попытку укоротить путь, и сила связи может ослабнуть или исказиться.

Ей предстоит трудный путь познания — через учебники, через наблюдение, через боль и сомнения. Сначала — понять, кто я. Тогда, возможно, до нее дойдет и что мы.

Как только она всё осознает, вопрос о противостоянии моей силе отпадет сам собой. Ее собственная сила убеждения уже не действует на меня — она встретила свою пару, свой противовес. Но знать об этом Луне пока необязательно. Пусть думает, что это вызов, задача. Так будет безопаснее для ее хрупкой, еще не окрепшей в этом мире психики.

Жаль, что именно на ее долю выпадут самые тяжелые испытания. Она — человек. Ее разум требует логики, доказательств, времени. Но ее тело, ее пробудившаяся сущность уже откликнулась на зов. Организм будет бунтовать, подкидывая болезненные и пугающие симптомы, как сегодняшнюю ночь. Эти муки прекратятся, только когда она примет правду. Примет нас.

Сейчас ее подсознание, эта дикая, неосознанная часть, будет толкать ее ко мне, жаждать близости, которая утолит боль. Но сознание, воспитанное в мире людей с их условностями и страхами, будет сопротивляться. И она будет страдать. Иногда — очень сильно.

Как я и предвидел, утром она пришва ко мне еле живая. Бледная, с трясущимися руками, с темными кругами под глазами.

Зверь внутри меня рвал и метался, требуя броситься к ней, прижать к груди, согреть, успокоить, избавить от страданий любым способом. Но я сжал челюсти до боли.

Максимум, что я мог сейчас позволить, — это приготовленный отвар. Смесь успокаивающих трав и крошечная капля моей крови, чтобы укрепить связь и дать облегчение. И она выпила его, почти не задумываясь.

Доверяет ли она мне на интуитивном, глубинном уровне? Или просто видит во мне авторитетного наставника и следует указаниям? Хотелось бы верить в первое. Но даже второе сейчас — подарок.

После отвара она преобразилась на глазах. Жизнь вернулась в щеки, взгляд прояснился, а на губах — о боги — появилась та самая, дерзкая, жившая только в моих воспоминаниях улыбка. Утро мы провели в плодотворных занятиях. Она горела, впитывая знания, задавая умные вопросы, стараясь докопаться до сути каждой мелочи.

Я тихо восхищался ее упорством, ее пытливым умом. Она сможет добиться всего, что захочет. Ей нужно лишь время и правильное… направление.

Но после обеда всё переменилось. Она вернулась задумчивой, какой-то притихшей, и в ее энергетике чувствовался неприятный, резкий диссонанс. Она даже побледнела снова, будто увидела призрака.

Естественно, я не мог это оставить без внимания. И выяснил. Оказалось, в академии завелся щенок, с которым у моей Луны когда-то были «отношения». Слово обожгло изнутри. Зверь взревел, требуя крови, требуя найти этого ничтожество и разорвать его глотку, чтобы больше никогда его имя не слетало с ее губ.

Пришлось сделать глубокий вдох, втягивая воздух вместе с запахом ее волос, еще витавшим в кабинете, чтобы очистить разум от красного тумана. Мысли в порядок. Эмоции под замок. Зверя — успокоить. Иначе последствия будут катастрофическими для всех, особенно для нее.

А она, моя наивная Луна, еще и попросила выяснить дар этого… Диего. Пришлось соврать, что не знаю. На самом деле я знал. Его сила проявилась внезапно и ярко, так что он сам не сразу понял, что натворил. Не убеждение, не телекинез. Страх. Чистый, животный, парализующий ужас, исходящий волнами от него. Хорошо, что наши агенты среагировали быстро и забрали его, пока он не свел с ума пол-улицы.

Благодаря врожденной харизме и жажде знаний, парень быстро адаптировался здесь. Слухи о его даре — «внушитель страха» — быстро разнеслись по академии. И что характерно для стадного чувства, он моментально стал популярен.

Кто захочет враждовать с тем, кто может вселить в тебя кошмар одним взглядом? Лучше держать такого поближе, считать другом. У него появилась своя свита, свои почитатели.

И теперь этот щенок, играющий со страхом, снова появился на горизонте моей Луны. Зверь внутри замер, насторожившись, и зарычал глухо, предупреждая. Это была уже не просто ревность. Это была угроза.