Академия магических сил. Душевные секреты

Глава 1

– Майл! – первое, что воскликнула я, увидев оборотня, выходящего из портала.
Крупный парень с короткими бронзовыми волосами и такого же цвета выразительными глазами, которого я смела уже четыре года называть своим другом, аж пошатнулся от неожиданности, когда я запрыгнула на него с объятиями. Мы не виделись практически целое лето, поэтому такое проявление эмоций было оправданным. Я б и с поцелуями на него накинулась, если бы не статус и правила поведения, которые я и так успешно нарушила.
– Леди Селестина Нартиранд, вы совсем позабыли об этикете высшего общества, – притворно строгим голосом начал оборотень, но всё так же не отпускал из своих рук. Он тоже соскучился. Я знала.
– До леди мне ещё месяц ждать, Майлстон Груф, – я отпрянула от парня, поправляя своё платье, которое с самого утра приготовила для меня няня в родительском доме. – А вот вам, дорогой мой, ещё очень долго ждать статуса лорда.
– Оно и к лучшему, – перебил наш разговор низкий голос лорда Груфа. – Майлстону для начала стоит выучиться, а только потом думать о свадьбе и роде.
– Лорд Груф, леди Груф, – я склонилась в величественном реверансе. – Очень рада вас видеть, но говорите Вы, лорд Груф, совсем как мой отец. Словно опять вернулась домой.
Все весело засмеялись с моего замечания и притворного вздоха, а я слегка покраснев, улыбнулась. Так открыто и свободно я могла себя вести с немногими. Род Груф относился к высшим и приближённым к императору. Именно высшие семьи занимали самые важные должностные места и регулировали работу всей Марийской империи. Тем не менее, такое положение быстро вылилось в ужасное неравноправие. Простой народ редко чего–то добивался и часто бунтовал против империи, а особенно высших.
На род Груф грешить нельзя было никогда. Они всегда боролись за равенство, отстаивали честь и правду. Груф был единственным семейством оборотней среди всех остальных высших семьей магов. И пусть мой отец придерживался приятельских отношений с лордом Груфом, он очень долго настаивал на прекращении нашей с Майлом «дружбы», ссылаясь на том, что я слишком молода для замужества. Как бы там ни было, меня и наследника рода оборотней объединяли лишь дружеские чувства. Пришлось даже использовать артефакт правды, чтобы заверить в этом моего отца.
После недолгого прощания лорд и леди Груф исчезли в своих собственных порталах, оставив меня с их сыном наедине. Он выглядел более чем счастливым, хоть и начинался очередной учебный год.
– Ты такой довольный, словно приехал не на учебу, а на отдых, – скривилась я, направляясь из холла центрального здания в студенческую столовую.
– А почему мне быть грустным, Тина? – оборотень направился за мной, обнимая за плечи. – Впереди ещё целых два года беззаботной жизни, а потом семья, дети, род, долг перед империей и…
– Ох, хватит, Майл, – я недовольно простонала, вспоминая весь перечень обязанностей высших семьей.
– Ты–то чего переживаешь? – удивился Груф, протягивая руку для быстрого рукопожатия какому–то своему знакомому. – Вам девушкам проще. Выйдешь замуж, примут в другой род, будешь хранить там семейный очаг и бла–бла–бла.
– Так говоришь, словно эта перспектива меня радует, – я недовольно скинула его руку со своего плеча, подходя к столовой. – Ты же знаешь, последнее чего я бы хотела в этой жизни – это сидеть дома и нянчить детей от нелюбимого мужчины.
– Тина, ты утрируешь, – засмеялся Майл, замечая моё крайнее недовольство. – В любом случае, если к тому времени, как тебя будут выдавать замуж, а это не так уж скоро, я не найду невесту, то предпочту тебя, а не Эбигейл, например.
Такое заявление меня рассмешило, потому что представить Эбигейл Лиздор и Майлстона Груфа перед алтарем было невозможно. Эта девушка выводила из себя и меня, и Майла, и всю нашу компанию одним своим видом. К слову, больше всего она не любила меня. Однажды на первом курсе Тиррел Блоубост, в то время помощник профессора Кларинса, а сейчас – главный инспектор Императорского следственного комитета, пригласил меня на танец на Балу Магического Солнца. Кто же знал, что сердца этой непреступной глыбы Эбигейл добивалась уже год! Этот бал был последним шансом завоевать лорда Блоубоста, наследника одного из самых влиятельных и больших родов, но Лиздор проиграла эту битву. Тиррел Блоубост тогда в последний раз был в Академии магических сил. Прошло столько времени, а Эбигейл всё так же меня ненавидит.
– Сколько можно вас ждать? – пробурчала явно недоброжелательно настроенная Реввека, моя хорошая подруга. – Ладно, Селли себе такое позволяет – ничего нового, но Груф!
– Эй, я сегодня раньше всех прибыла, – фыркнула я, присаживаясь за большой стол, где уже все собрались. – В этот раз задержался Майл, а я просто его ждала.
– Перестаньте ссориться, – вступился за друга Рик. – Лучше подумайте о том, что это уже наш предпоследний год!
– Ещё бы, – заулыбалась рыжеволосая Линда, которая походила из древнего рода ведуний, хоть и пока её дар полностью не раскрылся. – Нас ждёт инициация в этом году.
На лицах моих друзей заиграли счастливые улыбки, а я попыталась выглядеть так же довольно, как и они. Не хотелось портить хорошее настроение других своими проблемами, но Майл, который из-за своего происхождения был чувствительный к эмоциональному фону близких людей, всё же заметил мою напряженность.
– Как обстоят дела с… – начал тихо парень, пока все остальные обсуждали предстоящий Вечер Открытия на следующей неделе.
– Никак, – быстро ответила я, приступая к еде, которую нам заранее взяла Реввека. Овсянка с лесными ягодами уже давно остыла и выглядела совсем неаппетитно, но позавтракать дома я также не смогла, поэтому приходилось пихать кашу в себя насильно. – Я испробовала, пожалуй, всё, но результата нет.
– Я уверен, что–то можно сделать, ведь твои родители сильные маги, – попытался меня успокоить оборотень.
Это была правда. Мои родители относились к одним из самых сильных магов империи, чем и заслужили почтение и уважение императора. Им покорялись все стихии, а мама даже могла лечить сложные болезни и травмы. Это был настоящий дар, но, несмотря на всё это, род Нартиранд считался слабым. Более столетия Нартиранды не отличались даже средним магическим резервом, но потом появились мои родители, и считалось, что на этом проклятие рода закончилось. Мне приходилось слышать множество легенд, придуманных людьми, о том, как моя семья добилась такой силы. Некоторые из них были совсем абсурдными: они отдали Тьме своего старшего наследника или убили духа–хранителя рода. Тем не менее, сейчас мне уже двадцать два года, а магический резерв не то чтобы едва дотягивает до среднего, он с трудом и до минимального доходит.
– Почему ты сегодня так рано? – решил уйти от болезненной темы Майл, но попал на ещё одну не менее неприятную для меня.
– Поссорилась с отцом, вот и активировала портал сама, – тяжело вздохнула я, отодвигая практически нетронутую кашу.
– Сама активировала портал? – прорычал оборотень, зло глядя на меня. – Да отец тебя убьёт! Чем ты думала? С твоим магическим резервом ты могла и вовсе…
– Хватит, – я перевела спокойный взгляд на своего друга, показывая, что эта беседа ничего хорошего нам не принесёт. – Я всегда хорошо осознаю всевозможные последствия. Нотации здесь излишни.
– А мне кажется, что не осознаешь, – продолжал Груф, привлекая внимание всех остальных. – В следующий раз думай, когда собираешься отправляться в саму Тьму.
Я ничего не ответила. Майлстон был прав в том, что такая выходка могла мне многого стоить, но всё закончилось хорошо, а я знала о последствиях заранее. Тем не менее, меня в очередной раз задело воспоминание о том, насколько мал мой магический резерв. Пока мои однокурсники уже вовсю пользовались собственными телепортами, мне приходилось довольствоваться семейным, сделанным специально для меня. Настроить его было не так тяжело, но перемещение всё равно было энергозатратным, поэтому меня обычно кто–то сопровождал.
Сегодня же мы с отцом в очередной раз поссорились. Я понимала его заботу и любовь, но его чрезмерный страх за меня – выводил из себя. Это заставляло чувствовать себя беззащитной игрушкой. В этот раз причиной ссоры стал очередной разговор о том, что мне не стоит обращать внимание на ухаживание парней, и все они хотят от меня одного – породниться с влиятельной семьей. Мне стало обидно, что меня воспринимают, как глупую девчонку, которая сама не может решить таких проблем, как парни, зовущие на свидания. На почве всего этого скандала отец пригрозил запереть меня в родовом поместье и оставить на домашнем обучении. Вот я и сбежала.
К счастью, встречи с родными возможны лишь на выходных, поэтому всю мощь гнева я смогу ощутить только через пять дней. И этого бы не хотелось, но меня ждёт последняя примерка платья для Бала дебютанток.
– Нам стоит поторопиться, – первой поднялась из-за стола Реввека. – Не хочется опоздать на первое занятие в новом учебном году.
– Кстати, вы уже видели списки нового распределения? – спросил Рик, а я мысленно дала себе подзатыльник, что не включила личную систему уведомлений после прибытия в Академию.
– У нас новое распределение? С какой стати? – удивился Майл, взмахивая рукой, чтобы открыть доступ своего студенческого помощника.
Перед нами замерцала небольшая плоская пластина с красным свечением. Я повторила действия друга, но передо мной появился золотой «помощник». С каких пор они вообще стали разноцветными? Всегда ведь были белыми.
– Поздравляю, вы теперь студенты разных направленностей, – улыбнулась Реввека. – Говорят, что они как–то отбирали нас и делили, но понятия не имею как. Знаю одно – есть три направленности: золотая, красная и синяя. В зависимости от этого у нас будет разная нагрузка и разное количество часов на некоторые предметы.
– Подери меня Тьма, почему я не могу учиться в одной группе с Селестиной? – простонал Майл, обреченно опуская голову на стол.
– Потому что ума тебе не хватило попасть к золотым, – засмеялся Николас, сидевший напротив нас. – Или же Селестине физической силы.
– Не расстраивайся, – ободрительно улыбнулась Реввека, глядя на оборотня. – С тобой учиться теперь Рик. Будет у кого списать.
– А Рику как хватило сил на то, чтобы попасть к красным? – удивился Майл, глядя на тощего парня, который относился скорее к ботаникам.
– Отец настоял, – Рик недовольно фыркнул, показывая своим видом, что ему такая идея тоже не по душе.
– Ладно, а со мной кто? – я с надеждой посмотрела на улыбающуюся Реввеку.
– Эбигейл, – наконец–то, призналась девушка. Мы с ней не общались слишком хорошо, но всё же лучше бы хоть кто–то из близких мне людей был рядом. Я надеялась на это, но с каждой следующей секундой понимала, что зря. – Не смотри на меня так. Я, Линда и Николас теперь на синей ветке.
– Я что осталась одна? – пробормотала я, поднимаясь вслед за остальными. – Каким образом вообще происходит деление, кто–то нам скажет?
– Возможно ректор Тенесси, – вмешался в разговор Рик в тот момент, когда все наши личные службы оповещения тут же дали о себе знать. – Первое занятие у всех сборы в Главном Колизее. Будут все курсы, кроме последнего.
– Было бы странно делить и их, ведь они уже получили свою узкую специализацию, – резонно подметила Линда.
Мы все вместе направились к Главному Колизею, где происходили самые важные и масштабные мероприятия Академии. Нам пришлось поторопиться, ведь завтрак уже давно закончился, а времени к началу занятий было очень мало. Мы быстро подошли к центральному зданию, где и находился нужный нам зал. К сожалению, практически все места были заняты, при этом пустовали только верхние дальние ряды. Недолго думая, вся наша команда вскочила по большой лестнице, усаживаясь в углу под стенкой зала. Нас было не видно на большом возвышении, но сами мы видели всё.
В центре зала стоял ректор Тенесси, одетый в черную мантию с нашивкой академии и стихии, которая преобладала в его магическом резерве – воздух. Такие мантии выдавали студентам на пятом курсе после проверки и инициации. Это было великое событие, которого ждали все учащиеся. Я, в том числе.
Позади ректора стоял весь преподавательский состав Академии магических сил. Их мантии были точного такого же глубокого черного цвета. Единственным отличием от студентской формы одежды для пятикурсников было наличие светящегося ободка вокруг герба Академии. Разглядеть всех преподавателей я не успела, потому что ректор поднял руку вверх, успокаивая гул студентов.
– Светлого дня, всем присутствующим, – начал свою речь ректор Тенесси. Этому мужчине уже было далеко за шестьдесят на вид, но он был бодрым и полным энергии. – Я рад приветствовать вас в стенах Академии магических сил. Я надеюсь, что вы отдохнули и ещё больше увеличили резервы своих сил. Теперь это вам точно понадобиться, – Тенесси сделал короткую паузу, а затем снова продолжил: – Впервые за последних сто лет была пересмотрена программа обучения в Академии. Мы считаем, что нужно идти в ногу с современным миром и его проблемами, поэтому должны признать, что предыдущая программа была устарелой. Специальной комиссией было решено, что всех студентов с первого по четвертый курс нужно поделить на три направленности. Это не просто деление по цвету. Это вы и ваши способности без магии. Магическую специализацию вы, как и раньше, получите на последнем курсе обучения.
Студенты сидели тихо, вникая в каждое слова ректора Тенесси, ведь о таких изменениях нас никто не предупреждал. Мне было понятно, что такое деление было вовсе не по магическому резерву, как в конце четвертого года обучения, а по человеческим способностям.
– Хочу вам представить деканов ваших направленностей, – продолжал ректор, не обращая внимания на удивленные лица студентов. – Они подробно расскажут о каждой и в дальнейшем смогут ответить на все ваши вопросы.
Мужчина обернулся к преподавателям, и только сейчас я заметила, что трое из них не были в привычных черных мантиях, их цвета отличались от стандартного.
– Лорд и магистр Флинт Блоубост – декан красной направленности, – поприветствовал ректор первого декана.
Это был подтянутый, крупный мужчина лет сорока на вид, его черные волосы опускались чуть ниже плеч. Цвет его мантии был темно–красный, даже бордовый. Он выглядел словно хищник. Я на секунду даже подумала, что магистр Блоубост оборотень, но по реакции Майла поняла, что ошиблась. Да и вспомнила, что однажды судьба столкнула меня с его младшим братом – Тиррелом, после чего Эбигейл на меня и обозлилась.
– Мне приятно, что мне позволили прилучиться к учебному процессу в Академии магических сил, – начал мужчина ровным голосом. – Последние десять лет я преподавал в Академии боевой магии, поэтому будет не странно узнать, что красная направленность – это сила. Многие из вас показали высокие результаты на предыдущих курсах, а адепты первого года – на дополнительных испытаниях. Я рад знать, что у нашей империи есть будущее с такими адептами. Главная задача красной направленности – боевая и охранная магия. Надеюсь, вы меня не подведёте.
Первая речь была мотивирующей и очень строгой. Мне даже стало немного жаль «красных» студентов, но судя по довольному лицу Майла и недовольному Рика, всё не так плохо, как я думала. Следующим был представлен Гартон Пикалосон – пожилой мужчина, который выглядел не так бодро, как наш ректор. Его голос звучал тихо и спокойно. Он мне понравился. Цвет его мантии был – глубоко-синий.
– Синяя направленность – это душа, дети мои, – Гартон терялся на фоне остальных преподавателей, ведь выглядел совсем тощим и сухим. – Именно эмоциональный фон, состояние души и многие другие факторы влияют на ваш магический резерв. Мы будем заниматься контролем и частичным управлением в этой сфере.
«Синие» воодушевились таким раскладом, ведь ментальная магия была одной из самых сильных и важных. Тем не менее, я была уверенна, что изучать её настолько глубоко, насколько себе придумали адепты, никто не позволит. Слишком опасно для каждого человека и империи в частности.
– И на завершение – главный цветок нашего деканского состава – магистр Реджина Таластер, – ректор протянул руку женщине, но та свою не подала.
Могу сказать сразу – она мне не понравилась. Деканом моей «золотой» направленности была женщина лет тридцати с длинными, доходящими до поясницы каштановыми волосами, в которых переливались золотые прядки. Дорогое удовольствие, которое могут себе позволить далеко не все. Её походка была грациозной, но уверенной, а высоко поднятый подбородок свидетельствовал о том, что она часто появляется в высшем свете. Тем не менее, её фамилия была мне незнакома, поэтому к высшим родам она не относилась. Да и приставку леди к ней не использовали.
– Золото – это один из самых драгоценных металлов во всём мире, – начала свою речь женщина холодным голосом. Подери меня Тьма, от него у меня даже мурашки по коже пробежались. – Это всегда лучшее из лучшего. Мои студенты не должны быть лучшими. Они должны быть неповторимыми. Золотая направленность – это ум. То, что отличает нас от низших существ. Адептам данного факультета не нужна сила или манипуляция душой. Они решат любую свою проблему умом. Главная задача – это дать вам знания и научиться пользоваться ими так, что вы не единожды спасете не только свою жизнь, но и жизнь других.
Таластер закончила свою речь и отступила назад, цокая по натертому полу своими каблуками. В зале повисла тишина. Я поняла красную и синюю направленность, но что с золотой? Нас просто будут учить, как учили раньше? Тогда зачем весь этот фарс? Видимо, впечатленные такими изменениями, адепты даже не поняли, как начали переговариваться друг с другом.
– Собрание окончено, – подытожил ректор, прерывая нарастающий гул. – Далее занятия по расписанию. И, конечно же, на следующей неделе будет проведен традиционный Вечер Открытия. В этом году вам придётся подобрать наряд к цвету вашей направленности. Всего светлого, адепты!
После этих слов появилось несколько десятков вихрей на центральном возвышении, и все преподаватели исчезли в серой дымке. На это ушло всего секунд двадцать, но это был любимый момент всех адептов, ведь такой совместный телепорт задействовали очень редко. Да и выглядело это всегда очень красиво. Высшая магия, как она есть.
– Вы видели? – воскликнула Линда, подпрыгивая со своего места. – Один вихрь был чёрный!
– Линда, тебе показалось, – улыбнулась Реввека, толкая девушку к выходу.
– Да нет же! – воскликнула повторно рыжеволосая, останавливаясь на ступеньках. Большая часть студентов уже покинули Главный Колизей. – Дымка ещё осталась и она… Она… Спаси меня Свет, Селестина!
Я удивленно посмотрела на подругу, которая смотрела на меня обезумевшим взглядом. Такое бывало очень редко с ней, но всё же иногда случалось. Так как Линда была провидицей, её дар мог вырываться на волю в совсем странных и неподходящих ситуациях. Обычно это были ничего ничего не значащие видения. Тем не менее, они всегда оказывались правдой.
– Что случилось, Линда? – я аккуратно схватила девушку за запястья, пытаясь успокоить. Её лицо скривилось от растерянности.
– Я не знаю, но чёрная дымка тянулась к тебе, – прошептала рыжеволосая, оглядывая меня с ног до головы. – Она даже сейчас тебя слегка окутывает. Я не знаю, что это.
Все вокруг остановились и уставились на меня, но и я ничего на себе не заметила. Страшно не было, хоть я и понимала, что здесь всё не так просто. Возможно, меня должен вызвать ректор к себе? Или из-за моего слабого магического резерва у меня испытательный срок? Ответа я не знала.
Понадобилось несколько минут, чтобы успокоить Линду. В конце она уже равномерно дышала и виновато смотрела на меня, прошептав лишь тихое «прости».
– Забудь, всё нормально, – я слабо улыбнулась, направляясь к выходу из зала.
– Вовсе не нормально, – послышался снова тихий голос провидицы, но я решила ничего не отвечать, ведь уже опаздывала на своё первое занятие в этом учебном году.