Академия магии (ведьма с бабочкой)

20. Храм древних

Храм оказался больше, чем я думала.

С расстояния он выглядел как чёрная скала, вросшая в гору. Вблизи — как живое существо. Стены пульсировали, как кожа. Воздух дрожал от древней магии — не той, к которой я привыкла, а какой-то другой. Старше. Глубже. Опаснее.

— Здесь похоронены боги, — прошептала бабушка, оглядываясь. — Я чувствую их дыхание.

— Боги не умирают, — сказала Лилиан. — Их нельзя похоронить.

— Можно, — ответила бабушка. — Если они сами этого захотели.

Врата храма были высечены из цельного куска обсидиана. На них — символы, которых я не знала. Они двигались, перетекали друг в друга, складывались в слова на языке, забытом даже Древними.

— Миечка — позвала бабочка. — Ты можешь это прочитать?

Я пригляделась. Символы задвигались быстрее. И вдруг — я поняла.

«Только та, кто отдала всё, войдёт. Только та, кто потеряла всё, выйдет. Только та, кто умерла, будет жить вечно».

— Что там? — спросил Эйдан.

— Предупреждение, — ответила я. — Насчёт жертвы.

— Какой жертвы?

— Не знаю. Но боюсь, что узнаю слишком скоро.

Я коснулась врат.

Они открылись.

Внутри храма было темно.

Не просто темно — беспросветно. Даже моя теневая магия не могла разогнать эту тьму. Она была плотной, как вода, тягучей, как смола.

— Свет, — попросил Эйдан.

Лилиан зажгла магический огонь. Он вспыхнул — и тут же погас.

— Не работает, — сказала она растерянно. — Здесь не работает магия.

— Моя работает, — я подняла руку, и тень, которая стала частью меня, вытянулась вперёд, освещая путь. Слабо, но достаточно, чтобы видеть.

— Это место не для живых, — проговорила бабушка. — Мы здесь чужие.

— Тогда будем вести себя тихо, — сказала я.

Мы пошли.

Коридор привёл нас в огромный зал. Посредине — алтарь из белого камня. Вокруг — статуи. Высокие, в два человеческих роста, с лицами, которые казались знакомыми.

— Это… — Лилиан подошла к одной из статуй, — это моя прабабка.

— И моя, — сказала бабушка, указывая на другую.

— И моя, — я посмотрела на третью. Лицо было незнакомым, но глаза… глаза матери.

«Добро пожаловать, дочери», — раздался голос. Он звучал отовсюду и ниоткуда. Древний. Усталый.

— Кто ты? — спросила я.

«Я — хранитель. Я — страж. Я — тот, кто ждал вас тысячу лет».

Из темноты выступила фигура.

Она была огромной — под три метра ростом, с телом из чёрного камня, с глазами, которые горели красным. В руках — меч, тоже каменный, но острый, как боль.

— Вы пришли за ответами? — спросил страж.

— Да, — ответила Лилиан.

— Тогда заплатите цену.

— Какую? — спросила я.

Страж посмотрел на меня. В его глазах-угольях я увидела себя — маленькую, испуганную, ту, что плакала в детстве из-за матери.

— Ты знаешь, — сказал он. — Ты всегда знала.

Я сглотнула.

— Мою магию?

— Недостаточно.

— Мою жизнь?

— Почти.

— Тогда что?

Страж шагнул ближе. От его дыхания пахло пеплом и древностью.

— Твою память, — сказал он. — Всю. Ты забудешь, кто ты. Кого любишь. Ради чего живёшь. Ты станешь пустой. И тогда — только тогда — врата закроются.

— Нет! — Эйдан встал между мной и стражем. — Я не позволю!

— Ты не можешь мне помешать, смертный, — страж даже не взглянул на него. — Решает она.

Эйдан повернулся ко мне.

— Мия, не смей.

— Если я не соглашусь — тьма вырвется. Погибнут все.

— Тогда будем сражаться! Найдём другой способ!

— Нет времени, — я посмотрела на него. В его глазах — слёзы. — Прости.

Я повернулась к стражу.

— Я согласна.

— Мия! — закричали Лилиан и бабушка хором.

Но страж уже поднял руку.

Мир померк.

Я стояла посреди белого ничто.

Ни стен. Ни пола. Ни неба. Только я и тишина.

«Ты сделала правильный выбор», — голос стража звучал теперь внутри меня.

— Я ничего не чувствую, — ответила я.

«Это потому, что ты уже начала забывать. Скажи, как зовут твоего мужа?»

— Эй… Эй… — имя кружилось на языке, но не могло сорваться с губ.

«А подругу? Твою королеву?»

— Ли… Ли… — я замерла. Я не помнила.

«Бабушку? Ту, что вырастила тебя?»

Тишина. Я не помнила ни имени, ни лица. Только тепло. Смутное, далёкое.

— Кто я? — прошептала я.

«Ты — жертва. Ты — ключ. Ты — та, кто закроет врата».

— А потом?

«Потом ты исчезнешь. Растворишься. Станешь частью мира».

— Я не хочу исчезать.

«Ты уже согласилась. Обратного пути нет».

Я опустилась на колени в пустоте.

Слёзы текли по щекам, но я не знала, почему плачу. Не помнила причин. Только боль. Огромную, всепоглощающую.

«Ты готова?» — спросил страж.

— Готова, — ответила я, хотя не знала, к чему.

«Тогда иди».

Пустота раскололась.

Эйдан.

Он вылетел из врат вместе с Лилиан и бабушкой.

Храм захлопнулся за ними. Стены стали непроницаемыми — ни магия, ни сила не могли их открыть.

— Тамия! — закричал Эйдан, колотя кулаками по камню. — Мия, вернись!

— Бесполезно, — бабушка сидела на земле, бледная, как смерть. — Она сделала выбор.

— Не может быть, — Лилиан упала на колени. — Она не могла…

— Могла, — голос раздался сзади.

Моргана стояла за их спинами, спокойная, как всегда.

— Ты знала, — Эйдан бросился к ней. — Ты знала, чем это кончится!

— Знала, — Моргана не отшатнулась. — И ничего не могла изменить. Тамия — ключ. Она всегда им была.

— Верни её!

— Не могу.

— Ты — Древняя!

— Древняя, но не всемогущая. Храм древних старше меня. Его правила не нарушить.

Эйдан упал на колени.

— Я не хочу жить без неё.

— Придётся, — Моргана посмотрела на него с чем-то похожим на жалость. — Ты нужен королеве. Миру. Ей — если она выживет.

— А если нет?

— Тогда ты будешь помнить. Это и есть твоя жертва.

Тамия.

Я шла по коридору.

Не знала, куда. Не знала, зачем. Но ноги несли меня вперёд, к свету — маленькой точке в конце тьмы.